Линки доступности

Беженцы из Идлиба сомневаются, что смогут вернуться домой


За девять лет войны свои дома были вынуждены покинуть более половины сирийцев

«Если мои дети плохо себя ведут, я говорю им, что отвезу их обратно в Идлиб, – шутит 36-летняя Абель, воспитывающая девятерых детей. – Тогда они меня слушаются».

По ее словам, дети боятся возвращаться домой в провинцию Идлиб, где на протяжении последних трех месяцев идут почти непрекращающиеся бомбардировки. Один из ее сыновей погиб в результате авиаудара два года назад.

За девять лет войны больше половины сирийцев были вынуждены покинуть свои дома, как Абель и ее семья, которые переезжали уже пять раз. Однако битва за Идлиб, где война, судя по всему, обретет свое кровавое завершение, вызвала беспрецедентное бегство мирных жителей.

Многие семьи, устроившиеся в изрешеченном пулями жилом комплексе в Ракке, где некогда квартировали боевики «Исламского государства», не видят возможности когда-либо вернуться домой.

«У меня на глазах умел мой ребенок, а другой был ранен, – продолжает Абель. – Как я могу об этом забыть? А как же мой муж? Я не знаю, где он. Что, если я потеряю и его? Лучше уж остаться здесь».

Когда Абель добралась до места неделю назад, свободных квартир в полуразрушенных зданиях не было. Пока она живет с золовкой и ее мужем. Все 11 человек спят в одной комнате.

«Мы добирались сюда два дня, – рассказывает она. – Мы ехали, не включая фары, потому что из-за малейшего света в нас бы начали стрелять».

В одной из соседних квартир живет отец троих детей Диб Зарра, парализованный ниже пояса. Во время одной из битв с боевиками «Исламского государства» в 2013 году в него попала шрапнель, и с тех пор он прикован к постели. Раньше он выращивал маслины и продавал оливковое масло, а теперь живет на подаяния и гуманитарную помощь.

Бомбардировки в его районе начались три месяца назад, но он уехал совсем недавно. Бежать из дома с парализованными ногами казалось почти невозможным.

«Но потом кроме меня там никого не осталось, – рассказывает мужчина. – Я не смог бы выжить там один».

В поисках безопасности

Большинство из приблизительно миллиона человек, бежавших из Идлиба за последние три месяца, направилось на север, к закрытой границе с Турцией, где уже не хватает укрытий, и дети умирают от холода.

В Ракке семьи беженцев латают разбитые окна полиэтиленом и прикрывают дыры в крышах брезентом. Здесь есть место, чтобы разместить еще людей, но дорога опасна, и многие семьи не могут добраться.

Однако ожидается, что в ближайшие недели и месяцы война доберется до центра города Идлиб. В городах вокруг Ракки уже строят дополнительные лагеря в ожидании прибытия новых беженцев. В Идлибе и его окрестностях еще осталось около 2 миллионов человек.

Не зная масштабов предстоящего кризиса, местные лидеры гадают, удастся ли бежавшим семьям когда-нибудь вернуться домой.

Если война закончится, как ожидается, победой сирийского президента Башара Асада, некоторые жители не смогут вернуться домой, потому что Идлиб считается оплотом повстанцев, и они боятся, что их арестуют.

Как отмечает директор Совета по делам внутренне перемещенных лиц в Ракке Хайтам Хадж Абдулла, решением могло бы стать прекращение боевых действий с соглашением, гарантирующим безопасность беженцев.

«Сейчас никто не решится отправиться назад», – говорит он.

Однако многие семьи считают, что за насилие ответственны все стороны конфликта, и говорят, что не будут чувствовать себя в безопасности, кто бы ни победил.

«Представьте, как кто-то истекает кровью у вас на глазах, а вы ничего не можете поделать, – говорит 60-летний Ахмед Хашем. – Вы же человек, и это тоже человек».

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG