Линки доступности

На XXII ПМЭФ решали, как улучшить отношения России и Запада


Владимир Путин, Кристин Лагард, Синдзо Абэ и Эммунаэль Макрон

По мнению экспертов, в ближайшей перспективе ожидать прорыва на внешнеполитическом направлении не стоит

Две энергетические секции, прошедшие утром в пятницу в рамках XXII Петербургского международного экономического форума, продолжили тему, заданную участниками форума днем ранее.

Тему эту можно сформулировать так: «во всем виноваты США». Вначале Герхард Шредер, занимающий ныне пост председателя совета директоров оператора проекта «Северный поток – 2» - компании Nord Stream 2 AG, сказал, что прокладке второй линии газопровода из России в Германию «мешают наши конкуренты». Далее он напрямую обвинил США в том, что они не проявляют солидарности с Европой и продвигают экономические санкции для того, чтобы продавать в ЕС свой сжиженный газ.

Эта обвинительная речь прозвучала во время спонсируемого «Сбербанком» делового завтрака «Энергия для Европы: надежное партнерство».

А чуть позже, выступая с ключевым докладом на Энергетической панели форума, на США обрушился Игорь Сечин. Председатель правления публичного акционерного общества «НК “Роснефть”», входящий в санкционный список США, заявил, что Америка добивается положения монополиста на рынке торговли углеводородами, и что она специально вышла из соглашения по ядерной программе Ирана, чтобы поднять цены на нефть. По мнению Сечина, выиграет от этого Америка, а Европа проиграет.

«Бизнес создает мосты между государствами»

Участники бизнес-диалога «Россия – США» не знали о высказываниях Игоря Сечина, поскольку их мероприятие проходило параллельно с Энергетической панелью. Но, так или иначе они старались показать, что в отношениях двух стран еще не все потеряно. Генеральный директор Американо-Российского делового совета Дэниэл Расселл начал так: «Состояние наших отношений известно, не будем на этом останавливаться».

Далее он отметил, что все должны выполнять законы тех стран, в которых они находятся. Но, в то же время, по мнению Расселла, готовящийся в Госдуме закон о наказании за выполнение санкций повышает риски инвесторов. «Важно, чтобы те, кто принимает этот закон, не забывали, какое влияние он может оказать на бизнес и на граждан», – отметил генеральный директор Американо-Российского делового совета. И сказал, что у него есть опасения принятия новой поправки Джексона-Вэника в ответ на действия российских законодателей.

Экспозиция форума
Экспозиция форума

Заместитель гендиректора «Трубной металлургической компании» Владимир Шматович рассказал, что у его предприятия есть уникальный опыт работы с американскими партнерами. «У нас в США 11 заводов и мы внесли свой вклад в сланцевую революцию», – с гордостью заметил он. – Чтобы развивать бизнес дальше, надо мыслить позитивно. Бизнес создает мосты между государствами, и мы будем продолжать их создавать».

О том, что американские промышленники и предприниматели немало сделали для индустриализации России, напомнил президент глобальной платформы тракторной техники Deere & Company Маркварт фон Пентц. «У Российской Федерации есть огромный потенциал для того, чтобы накормить всю планету», – не сомневается фон Пентц. Он резюмировал: «Ситуация сложная, но мы не будем сдаваться и опускать руки. И сделаем все, чтобы преодолеть нынешние трудности. Мы верим в Россию.

Выступление президента фонда «Сколково» Виктора Вексельберга, также находящегося в санкционном списке США, оказалось не столь оптимистичным. Он констатировал, что атмосфера партнерства России и США с момента окончания прошлого ПМЭФ в целом стала хуже. «Оптимистов становится все меньше, но что-то надо делать, – продолжил он. – Мы должны поддерживать диалог, должна быть сформулирована конкретная позиция бизнеса и она должна быть донесена до правительств наших государств».

«Люди сорвались с рабочих мест в надежде найти хоть какой-то выход»

Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» попросила прокомментировать итоги этого бизнес-диалога кандидата исторических наук, доцента кафедры американских исследований факультета международных отношений СПбГУ Ивана Цветкова.

«На меня эта секция произвела тяжелое впечатление. С одной стороны, видно, что она собрала очень много уважаемых людей, бизнесменов, директоров ведущих команий. Но с другой стороны, совершенно не было людей, которые еще не вложились в процесс российско-американского сотрудничества, а только собирались бы это сделать», – отметил эксперт.

По мнению Ивана Цветкова, бизнес-диалог «Россия – США» выглядел, как собрание людей, которые попали в очень неприятную ситуацию и не знают, как из нее выбраться. «Разговоры о том, что форум проходит удачно, поскольку на него приехало много людей, не совсем справедливы. То, что эти люди приехали, это не свидетельство успеха форума, а показывает, что международное сотрудничество России находится в критической ситуации – все эти люди сорвались со своих рабочих мест и приехали в надежде найти хоть какой-то выход из существующего положения», – считает Иван Цветков.

«Принципиальных изменений российской позиции пока не происходит»

Центральным событием каждого экономического форума в Санкт-Петербурге становится пленарное заседание с участием президента РФ и кого-нибудь из высокопоставленных зарубежных гостей. На этот раз гостей было трое: президент Франции Эммунаэль Макрон, премьер-министр Японии Синдзо Абэ и директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристин Лагард.

Во время пленарного заседания Владимир Путин сказал: «Достойное будущее нельзя создавать в одиночку. Действительно неограниченные перспективы открывает только сотрудничество и сложение сил. Россия настроена именно на такое взаимодействие. Уверен, вместе, укрепляя доверие и дух партнерства, мы обязательно добьемся успехов».Кроме того, он пообещал, что Россия будет перенимать лучшие достижения других стран.

Нечто подобное звучало и во время нескольких предыдущих экономических форумов в Санкт-Петербурге, между тем, отношения России с западными странами год от года не улучшаются. Означает ли фраза Владимира Путина лишь дежурную любезность хозяина форума к своим зарубежным гостям, или Россия действительно стремится наладить отношения с Западом?

Этот вопрос корреспондент «Голоса Америки» задала генеральному директору Российского совета по международным делам Андрею Кортунову.

«Мне кажется, говорить о том, что в российской внешней политике происходят существенные изменения, на данный момент было бы преждевременно. Есть риторика, есть определенные сигналы, мы видим, что в Россию приезжают Ангела Меркель, Эммануэль Макрон. То есть, какой-то диалог начинается, и, конечно, хочется надеяться, что он будет продуктивным. Тем не менее, каких-то принципиальных изменений российской позиции по фундаментальным вопросам, разделяющим Россию и Запад, пока не происходит. И в этом смысле я бы очень осторожно говорил о восстановлении российско-западных отношений, поскольку по-прежнему: взгляды на мир, на его динамику, на движущие силы, на то, что является справедливым и несправедливым, законным и незаконным – очень сильно различаются», – отметил Кортунов.

«Я так и не понял, о каком самолете идет речь»

В пятницу от имени Европейского Союза было распространено Заявление Верховного Представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерики Могерини о выводах Объединенной следственной группы, расследующей крушение малазийского «Боинга» над Донбассом летом 2014 года.

В заявлении, появившимся незадолго до начала пленарного заседания ПМЭФ, говорится, что объединенная следственная группа пришла к выводу, что установка «Бук», использовавшаяся, чтобы сбить самолет, выполнявший рейс МН 17, без сомнения, принадлежал вооруженным силам Российской Федерации.

Вскоре появились сообщения, что Нидерланды и Австралия официально возложили на Россию ответственность за крушение самолёта , где на борту находилось 298 человек. А ЕС и НАТО призвали Россию взять на себя ответственность за эту трагедию.

Андрей Кортунов полагает, что публикация этого заявления не была заранее запланирована именно на момент публичной встречи президентов России и Франции. «Вряд ли кто-то мог предвидеть конкретные сроки завершения расследования по “Боингу”, и наверно, все-таки, речь идет о совпадении по времени», – считает он.

Тем не менее, по мнению гендиректора Российского совета по международным делам публикация результатов расследования создает дополнительный негативный фон, на котором идут переговоры о восстановлении диалога России и с Европейским Союзом в целом, и с отдельными странами-членами Евросоюза. «Это показывает еще раз, что есть объективные ограничители в том, как далеко мы можем пойти в восстановлении этих отношений. Поскольку, случай с “Боингом”, это, в конечно счете, вопрос о доверии сторон друг к другу, вопрос о том, насколько откровенно и честно мы можем друг с другом общаться. И, конечно, первая российская реакция показывает, что, к сожалению, здесь, наверно, если мы достигнем взаимопонимания, то очень нескоро», – констатирует Андрей Кортунов.

Во время пресс-конференции по итогам пленарного заседания Владимир Путин так ответил на просьбу одного иностранного журналиста прокомментировать решение Объединенной следственной группы: «я так и не понял, что за решение, о каком самолете идет речь». Однако, позже Путин все же признал, что речь идет о малазийском «Боинге», выполнявшем рейс MH17: «Мы, к сожалению, не допущены к полноценному расследованию, поэтому у нас нет оснований полностью доверять результатам этого расследования… Мы хотели бы проявить полноценное участие в расследовании».

  • 16x9 Image

    Анна Плотникова

    Корреспондент «Голоса Америки» с августа 2001 года. Основные темы репортажей: политика, экономика, культура.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG