Линки доступности

Москва и экспорт вооружений: в чем российское конкурентное преимущество?


По данным SIPRI, объем поставок оружия Россией за рубеж сокращается

МОСКВА – Объем российского экспорта вооружений в 2013-2017 годах сократился на 7,1% по сравнению с 2008-2012 годами, что произошло на фоне повышения доли экспорта в данной отрасли со стороны ближайших конкурентов – США и Франции, а также ряда других стран.

Это следует из нового доклада Стокгольмского международного института исследований проблем мира (SIPRI).

По данным SIPRI, на долю США за исследованный период приходилось 34% общего объема экспорта вооружений, а объем американских поставок увеличился на 25%. Это на 58% выше показателей России, которая пока сохранила за собой статус второго крупнейшего экспортера вооружений в мире.

Таким образом, безусловным лидером на рынке остаются Соединенные Штаты, которые поставляют вооружения 98 государствам. Экспорт оружия Францией возрос на 27%, и она вышла на третью позицию в мире по объемам экспорта вооружений.

Между тем, глава Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству Владимир Кожин заявил, что невзирая на антироссийские санкции Россией перевыполнила план по экспорту оружия в 2017 году.

«План этот (…) не просто выполнен, а немножко даже перевыполнен, это несмотря на беспрецедентное санкционное давление, которое и весь 2017 год было и еще больше усилилось в связи с принятием последнего пакета (американских) санкций», — сказал Кожин.

При этом он отметил, что в 2017 году планировали реализовать экспорт оружия на сумму около $15 млрд.

Заведующий лабораторией военной экономики Института Гайдара Василий Зацепин снижение уровня российского экспорта объясняет колебаниями мировой конъюнктуры. По его мнению, отчасти это вызвано тем, что меняется спрос и меняются возможности российских клиентов.

«Ведь нельзя же, например, требовать от Венесуэлы продолжать закупки прежними темпами, если страна обанкротилась, – уточнил он в комментарии «Голосу Америки». – Но мы, конечно, можем и дальше продолжить давать кредиты Каракасу, хотя их выдано и так уже немало. Словом, здесь сказываются и последствия выбора Москвой своих торговых партнеров».

Венесуэла до сих пор не расплатилась за взятый у РФ еще в 2011 году кредит в $2,2 млрд на поставку вооружений для своих сухопутных войск. Позже стороны договорились консолидировать образовавшуюся задолженность и гасить ее, начиная с марта 2019 года в течение трех лет. Но и такая перспектива многим экспертам кажется сомнительной в связи с испытываемым Каракасом экономическим и политическим кризисом.

Вместе с тем Василий Зацепин не считает санкции в отношении России беспрецедентными: «Американцы только полгода назад взялись за нас по-серьезному. Мы еще не ощутили эффект от их применения в полной мере. Для этого нужно года два-три подождать. Так что все еще впереди. Мне кажется, что российское руководство торопится с определением виновных. Самим надо лучше работать».

Как видится экономисту, в SIPRI исследователи считают вооружение поштучно, поэтому их статистика отличается от официальной российской.

«А нам всему приходится верить на слово. В результате показатели (в сфере поставок вооружений) у нас три года улучшаются, как сказал президент, и мы достигли уже «около 15 миллиардов». В то время как в рекордном 2013 году было почти 16 миллиардов. Если все и дальше так будет «улучшаться», то мы не далеко уйдем», – резюмировал он.

По официальным данным, в 2013 году объем экспорта вооружений из России составил $15,7 млрд.

В свою очередь, независимый военный обозреватель Павел Фельгенгауэр полагает, что экспорт вооружений – такое дело, о котором никто толком ничего доподлинно не знает, поскольку достоверных данных в этой области совсем нет. Поэтому существует свобода интерпретаций или толкований на заданную тему, замечает он.

«Данных по российскому экспорту вооружений объективно нет вообще, – утверждает он в комментарии «Голосу Америки». – Миллиарды, о которых упоминал Кожин, так же эфемерны, как и цифры, которые приводит Стокгольмский институт. Там они, правда, об этом предупреждают, давая очень мелким шрифтом сноску, что приводимые ими суммы не имеют никакого отношения к реальным деньгам».

По словам эксперта, у Владимира Кожина такие же псевдоденьги в расчетных единицах: «Потому что они имеют очень опосредованное отношение к тому, сколько чего было продано. Те данные, которые публикуются, это так называемые поставки, то есть как бы справочная информация о том, сколько в условных единицах вооружения и техники пересекло таможенную границу России. Это вовсе не значит, что эти деньги были заплачены или они будут когда-либо заплачены, как в случае с Венесуэлой, Сирией и так далее».

Поэтому все разговоры о том, что Россия за год заработала 15 миллиардов долларов на поставках вооружений – «пустой треп», уверен Павел Фельгенгауэр: «Во многих случаях от поставок оружия на экспорт страна терпит только убытки, в целом. Но сделки отнюдь не бессмысленны, так как отдельные личности при этом набивают себе карманы».

По оценке эксперта, при оружейных сделках нередко определяющим является не качество продукции, а коррупционная возможность, и у Москвы здесь очень большое «конкурентное преимущество».

«В России это законно: давать высокопоставленным чиновникам стран так называемого третьего мира взятки в виде комиссионных, – подчеркнул он. – А за границей – нет. Десять процентов комиссии от суммы контракта на много миллиардные поставки – далеко не предел, бывает и больше. Поэтому иногда, может, что-то из российской военной техники по качеству и хуже, но возьмут именно ее. Да, для страны, в целом, это, разумеется, не выгодно, но на тех, кто конкретно этим занимается, льется золотой дождь. При этом налажена практика взяток с «откатом»».

А главное – подобные сделки оплачиваются из российского бюджета, причем на абсолютно законной основе, заключил Павел Фельгенгауэр.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG