Линки доступности

Какие учебники нужны российским школьникам: качественные или «идеологически правильные»?


Из Федерального перечня учебников, разрешенных к использованию в российских школах, изымают учебники, заподозренные в недостатке патриотизма

В 2006 году, накануне саммита G-8 под Санкт-Петербургом, тогдашним заместителем руководителя Администрации президента РФ Владиславом Сурковым был введен в оборот термин «суверенная демократия». И в среде оппозиционеров родилась шутка, что теперь, пожалуй, следует ожидать «суверенного закона Бойля – Мариотта», «суверенной таблицы Менделеева» и даже «суверенной таблицы умножения».

Тринадцать лет спустя это уже не кажется шуткой. Все началось с того, что в 2014 году Минобрнауки РФ решил убрать из обращения учебник математики для начальной школы, написанный Людмилой Петерсон. Поводом для этого стала проведенная министерством экспертиза, где утверждалось: «Содержание учебника математики не способствует формированию патриотизма. Герои произведений Родари, Перро, братьев Гримм, Милна, Линдгрен, Распе, гномы, эльфы, факиры со змеями, три поросенка вряд ли призваны воспитывать чувство патриотизма и гордости за свою страну и свой народ».

Правда, когда в Минобрнауки посыпались письма из учителей и родителей младшеклассников с требованием вернуть «космополитический учебник», чиновники пошли на попятную. Попутно запретив множество других учебников.

Об этом эпизоде напомнил в своей недавней статье для издания “The Insider” экономический обозреватель Борис Грозовский. В публикации под названием «“Просвещение” от Ротенберга. Как “патриотичные” учебники друга Путина захватили рынок образования» приводятся и другие примеры цензурирования школьных учебников. В частности, из-за религиозной нетолерантности в «опалу» попал учебник по литературе для 5 класса Александра Архангельского. Один из учебников по изобразительному искусству запретили из-за наличия в нем обнаженной натуры, а учебник по географии был уличен в недостатке патриотизма. И это – далеко не весь перечень. Последний по времени пример – исключение из Федерального перечня учебников, разрешенных к использованию в школах на территории РФ, учебника Игоря Липсица «Экономика».

В результате изъятые из процесса обучения книги были заменены учебниками издательства «Просвещение», до недавних пор принадлежавшего Аркадию Ротенбергу. Свою публикацию в “The Insider” Борис Грозовский подытоживает так: либо экономика, либо патриотизм. Либо просвещение, либо “Просвещение”… Вместо того, чтобы менять бесполезные учебники на интересные, мы отбраковываем последние хоть сколько-нибудь живые школьные книги. Это превращает школу в пустую трату 11 лет, итогом которых становится у большинства детей отвращение к образованию как таковому».

Две стороне медали, которые «весьма по нраву чиновникам» от образования

В комментарии для Русской службы «Голоса Америки» экономический обозреватель пояснил: «Если учебники лучшего качества заменяются учебниками худшего качества, то, очевидно, и качество образования в целом ухудшается».

А на уточняющий вопрос, чем можно объяснить тенденцию замещения хороших учебников «правильными», Борис Грозовский ответил так: «Как во всех подобных ситуациях, тут действуют две цели, которых планомерно добивается Министерство просвещения.

Первая: увеличить бюрократический контроль над школами и учителями, снизить вариативность образования (в частности, возможность выбирать между разными программами и учебниками), и вторая: обеспечить дополнительный заработок дружественной структуре, которая выпускает учебники, нравящиеся чиновникам больше всего.

Расширение бюрократического контроля, лишение школ и учителей последних остатков самостоятельности и рост прибыли у издательства, чье положение на рынке постепенно приближается к монопольному, оказываются двумя сторонами медали, - и обе они весьма по нраву чиновникам».

«Происходящее – одна из версий закона Паркинсона»

Прокомментировать данную ситуацию корреспондент «Голоса Америки» попросила также писателя и публициста Дениса Драгунского. С его точки зрения, идеологическая сторона вопроса не является главной. «Советские учебники были сталинистские и патриотичные, - напоминает он. – Тем не менее, по какой-то загадочной причине уровень образования тех, кто оканчивал советскую школу в довоенные или первые послевоенные годы был значительно выше нынешнего. Поэтому я думаю, что дело не в этом, и самому хорошему учебнику можно приписать в начале и в конце, или даже на каждой десятой странице какую-нибудь патриотичную фразочку.

И наоборот, учебник с самым демократическим и свободолюбивым содержанием может при этом быть пустым и негодным», - считает Денис Драгунский.
И добавляет: «Хотя, конечно, противно, когда нормальный, хороший учебник запрещается из-за того, что в нем недостаточно патриотизма».

Возвращаясь к учебникам советского периода, публицист напоминает, что в учебниках по физике всячески педалировалась патриотическая составляющая: «Закон Лавуазье стал законом Ломоносова-Лавуазье, нам рассказывали про братьев Черепановых, которые изобрели первый паровоз до Стефенсона, про Ползунова, который до Уатта изобрел паровую машину, далее – коллизия Попов-Маркони и вся эта лабуда в рамках концепции “Россия – родина слонов”, то есть – “борьба с низкопоклонством”. Так что в учебниках по естественным наукам все это тоже было, и от этого никуда не денешься», - признает Драгунский.

А непосредственно в истории с заменой «непатриотичных» современных учебников продукцией издательства «Просвещение» собеседник «Голоса Америки» усматривает, по его словам «могучий подводный инфляционный процесс».

«Когда чиновникам и депутатам нечем заняться, они занимаются подобными вещами, в результате которых будут создаваться новые рабочие места для людей, которые будут проверять учебник на патриотизм. Им нужно будет платить деньги, то есть включать печатный станок и так далее. То есть, в этом всем есть еще некая подспудная экономика. И все эти козни с введением новых контролей и запретов подразумевают введение новых контролирующих инстанций или расширение личного состава существующих. И перед нами – одна из версий закона Паркинсона («Рост приводит к усложненности, а усложненность — это конец пути» - А.П.), в конечном итоге», - считает Денис Драгунский.

Почему не опровергаются геометрические аксиомы?

Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» попыталась узнать, как оценивают современные учебники те, кому приходится иметь с ними дело в силу профессиональных обязанностей.

Почетный работник общего образования РФ, учитель математики с 48-летним стажем Владимир Шубин напомнил в этой связи высказывание Альбера Камю о том, что школа готовит выпускников к жизни в мире, которого не существует. «Конечно, этого не должно быть, - считает Шубин. - Общественные науки, изучаемые в школе, могут показать: как развивалось общество, какие идеи оказались ошибочными. При строительстве нового общества наверняка будут сделаны новые ошибки, но надо хотя бы не повторять старые».

Создание учебников по общественным предметам школьный учитель считает сложнейшим делом из-за сильного влияния идеологических установок. А при этом надо еще учить и переучивать самих педагогов.

«Вот математикам гораздо проще, - считает он. - Причину сформулировал английский философ и математик XVII века Томас Гиббс: "Если бы геометрические аксиомы задевали интересы людей, они бы опровергались". Поэтому учителя могут спокойно доказывать теоремы, выводить формулы, решать задачи для того, чтобы дети учились логично рассуждать, анализировать, делать выводы».

При этом Владимир Шубин признает, что проблемы с учебниками есть и у математиков. «Очень трудно написать книгу научную и строгую, но при этом интересную. Иногда хорошие учебники появляются, но высокие комиссии, имеющие право рекомендовать учебники для школ, не выясняют мнение учителей и школьников. Члены этих комиссий, скорее всего, в школах никогда не работали. Поэтому у них могут быть очень странные критерии отбора учебников, вплоть до того, герои каких сказок - "наших" или "не наших" - упоминаются в задачах для младших школьников».

Выяснить мнение самих учителей по данному вопросу, по мнению собеседника «Голоса Америки», очень просто: «В каждом регионе есть организация, где учителя занимаются на курсах повышения квалификации. Распространить там анкету с главным вопросом, насколько интересен детям учебник. Обработать анкеты в едином центре и в дальнейшем учитывать мнение учителей как важный показатель. Жаль, что за многие годы работы в школе я никогда не слышал о подобных опросах»,- заключает свой комментарий почетный работник общего образования Российской Федерации Владимир Шубин.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG