Линки доступности

Роман Арбитман расставляет оценки англоязычным сериалам

«105 современных сериалов, на которые не жаль потратить время». Таков подзаголовок новой книги российского литературного критика и писателя Романа Арбитмана «Сериальные любимцы». Под псевдонимом Лев Гурский он пишет иронические детективы. Лауреат нескольких литературных премий. В последние 10-15 лет Роман Арбитман всерьез увлекся англоязычными сериалами. Живет в Саратове. Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» побеседовал с Романом Арбитманом по Cкайпу.

Олег Сулькин: Почему вас, литературного критика и писателя, привлекли сериалы? Это что, хобби?

Роман Арбитман: Всякое хобби у меня превращается в профессию. Я к этому уже привык. Начал я с того, что читал книги. А потом начал их писать. Потом я начал смотреть кино и выпустил книгу об американских кинодетективах. В последние годы увлекся сериалами. Сначала я к ним относился плохо, как к мыльной опере, где все несерьезно, где кинозвезды снимаются только в камео, а в основном заняты второстепенные сериальные актеры. Ну и так далее.

О.С.: Разве это не так?

Р.А.: Последние 10-15 лет в сериальной продукции Америки и Европы ситуация резко поменялась. Сериалы стали вытеснять большое кино. Блокбастеры ориентируются на молодежь, а сериалы – на все возрастные сегменты. У ТВ и стриминговых сервисов стало гораздо больше возможностей – финансовых, технических, творческих. И что важно, они более свободны в содержательном плане, и могут быть неполиткорректными.

О.С.: Вы сказали, что сериалы вытесняют большое кино. Но разве у большого кино и сериалов не разные ниши? Одни показываются в кинотеатрах, другие – по телевидению. Кинопрокат вроде пока не умирает.

Р.А.: С одной стороны, это так. С другой – смотрите, актеры большого кино со все большим удовольствием снимаются в сериалах. Есть и прямые вторжения в ниши. Премьеры популярных сериалов, таких, как «Игра престолов» (Game of Thrones), проводят в больших кинотеатрах. Аудитории, конечно, разные, но тем не менее довольно близкие.

О.С.: Кстати, Роман, как вы объясняете феноменальный успех «Игры престолов»?

Р.А.: Если рассматривать «Игру престолов» как чистую фантастику, это вряд ли что-то объяснит. Ее воспринимают как реалистическую эпопею, как историческую или квазиисторическую сагу, как, например, «Викингов». А это импонирует широкой аудитории, также как и расширение границ политкорректности. Брутальная жестокость «Игры престолов» вряд ли возможна в блокбастере для кинотеатров, где действуют возрастные рейтинги.

«Игра престолов» на пике популярности
«Игра престолов» на пике популярности

Вообще заметно, что наиболее популярны неполиткорректные сериалы. Взять хотя бы «Во все тяжкие» (Breaking Bad), где главный герой – преступник. И мы ему сочувствуем, чего, в общем, не должно быть. Недавно закончился первый сезон «Озарка» (Ozark), где главный герой – негодяй, сотрудничающий с наркомафией. Но все сделано так, что мы невольно ему симпатизируем. Производители сериалов ставят такие этические эксперименты, какие производители киномейнстрима ставить не решаются.

О.С.: Сколько сериалов вы за свою жизнь отсмотрели? Хотя бы примерно?

Р.А.: Тех, что я посмотрел от начала до конца, не так уж много. Ну, может быть, 150. В моей коллекции 500-600 сериалов, которые я когда-то надеюсь посмотреть. Я довольно-таки всеяден и толерантен. Сериалов, которые мне совсем не нравятся, довольно мало. Иногда первый сезон не очень, а второй очень даже неплох.

Бывает, сериал закрывают после одного-двух сезонов, что для меня бывает полной неожиданностью и порой огорчением. Скажем, «Карнавал» (Carnivale) или «Светлячок» (Firefly), которые мне очень понравились. Но оказалось, что мое восприятие и восприятие широкой публики очень разные. У этих проектов был низкий рейтинг, и продюсеры их закрыли. А сегодня они воспринимаются как культовые.

О.С.: Объем просмотренного вами непостижим. Как вы строите свой день? Вы же востребованный литературный критик. Откуда у вас столько времени? Наверное, смотрите не все подряд, а кусками?

Р.А.: Во-первых, слухи о моей востребованности сильно преувеличены. Становится все меньше площадок, где я пишу о литературе. Издания закрываются, сайты закрываются. Или меняют свою ориентацию. Я все меньше печатаюсь как литературный критик, не потому что не хочу, а потому что негде. В нескольких изданиях я веду рубрики как телеобозреватель, рецензируя сериалы, так что смотрю их и для этих целей.

О.С.: Все 105 сериалов, которые вы рецензируете в книге, легально показывались в России?

Р.А.: Трудно сказать. Часть куплены федеральными и кабельными каналами. Но я телевизор не смотрю вообще. Я подписан на платные сервисы, которые позволяют мне скачивать сериалы из Интернета. Конечно, не факт, что мои деньги попадают правообладателям. Часто трудно понять, показывались те или иные сериалы на российском ТВ или нет? Интернет сегодня в России позволяет смотреть практически любой англоязычный сериал, переведенный на русский язык.

О.С.: То есть вы не подписаны на американские сервисы типа Netflix, Amazon или Hulu, которые имеют в своих коллекциях огромное число сериалов? Таким образом, вы пользуетесь некоей серой зоной русского Интернета, в которой трудно понять, легитимный продукт там предлагается или нет.

Р.А.: Я с вами абсолютно согласен. К сожалению, мое знание английского языка не позволяет мне знакомиться с сериалами в оригинале. Ситуация примерно такая же, какая была с переводными книгами в начале 90-х. Среди моих консультантов есть люди, хорошо знающие английский, и они мне указывают, где я что-либо неправильно понял.

О.С.: Вы ставите высокие оценки практическим всем отрецензированным фильмам. 9 из 10 баллов, 8 из 10, даже нескольким по 10 баллов даете. Не кажется ли вам, что вы излишне великодушны?

Р.А.: Мне не встречались сериалы, безнадежные по всем параметрам. Всегда можно найти, за что зацепиться. Ниже 7 баллов я не ставлю, остальное, качеством ниже, я просто не смотрю.

О.С.: Вы пишете в книге: «сериал демократичен по природе своей. Как правило, его авторы упрощают фабулу и понижают планку качества». Почему же тогда вы ставите такие высокие оценки?

Р.А.: Есть лучшие эпизоды, есть похуже. Я потом определяю общее впечатление от всего сериала. Даже провальные эпизоды не могут погубить сериал.

О.С.: Знаете, что меня больше всего не устраивает в сериальном формате? То, что в спорте называется игрой на затяжку времени. Искусственную медлительность сериальной драматургии почти всегда ощущаю.

Р.А.: А я не замечаю сериальных длиннот, как мы вообще не замечаем длиннот нашей реальной жизни. Сериал – это живое искусство, оно в каком-то смысле похоже на явление природы. В дерево ударила молния, одна ветка отпала, а другая начала расти. Сценаристы играют важную роль: если они обрезают не те ветки, то сериал умирает.

О.С.: Чем российскому зрителю интересны американские сериалы?

Р.А.: Смотрение сериалов – своего рода эскапизм. По этой же причине в советское время зачитывались американской фантастикой, детективами. Мы смотрим на то, чего у нас нет, и, возможно, не будет никогда. Мы не хотим смотреть сериалы о нашем суде, потому что понимаем, что это ложь и фальшивка. В американских судебных сериалах мы упиваемся состязательностью и непредсказуемостью процесса. Мы смотрим американские юридические сериалы как репортажи с Марса. То, то мы видим, это альтернативная версия нашего общества, то, что могло бы быть, если бы мы двинулись в другую сторону.

О.С.: Может быть, поэтому и появились лицензионные римейки, пересаживающие американские сюжеты на российскую почву?

Р.А.: Да, иногда американские сюжеты покупают и делают римейки. Но чаще как-то выкручиваются, не платя за лицензию. У нас есть аж четыре версии «Доктора Хауса». Ни одна, по-моему, не куплена. В «Докторе Тырса» главного героя играл Михаил Пореченков. Сериал этот слабый, сделан за маленькие деньги, буквально на коленке. Но это еще не самый плохой вариант. Самый плохой – это римейк «Родина».

Американцы купили права у израильтян и сделали Homeland. Мы же купили права у израильтян, а все слизали у американцев. Заметное жульничество. В американском сериале все говорится свободно, без каких-либо политических препон, там злодеи расхаживают в самых высоких коридорах власти. В нашем эти препоны видны необычайно. И злодей не мог быть выше рангом депутата Госдумы. Хороший режиссер Лунгин поставил себя в идиотское положение и снял очень плохой сериал. Красноречивый провал!

О.С.: При описании сюжетов, наверное, важно не проговориться, кто кого ударил канделябром. Трудно избегать спойлеров?

Р.А.: С сериалами немного проще, чем с фильмами. Огромный массив информации позволяет многое сказать и не проговориться о важных сюжетных поворотах. Кстати, в моей предыдущей книге «500 спойлеров» я подробно рассказываю о зарубежных приключенческих фильмах и не скуплюсь на спойлеры.

О.С.: Насколько я знаю, вы не только критикуете, но и выступаете автором сериальной продукции?

Р.А.: В 90-е годы по моему роману был поставлен сериал «Д.Д.Д. Досье детектива Дубровского». Меня спрашивали, будет ли продолжение, а я отвечал, что это совершенно невозможно. Жанр политического триллера возможен в любой другой стране, но не в нашей. Может, когда-нибудь Netflix, например, захочет сделать римейк нашего «Д.Д.Д.» – на американском материале. С большим интересом бы посмотрел.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG