Линки доступности

Дмитрий Орешкин: «Вертикаль в период коронавируса показала свою неэффективность»


Дмитрий Орешкин

Число инфицированных в России превысило 260 тысяч, в Москве – 135 тысяч

В России общее число заразившихся коронавирусом, по официальным данным, достигло 262 843 человек. За минувшие сутки прирост новых случаев вновь превысил 10 тысяч, из них около половины приходится на Москву. Всего в российской столице с начала вспышки выявлено более 135 тысяч инфицированных.

О том, как в России борются с эпидемией, Русская служба «Голоса Америки» побеседовала с политологом Дмитрием Орешкиным.

Виктор Владимиров: Насколько, по-вашему, российские власти справляются или не справляются с эпидемией коронавируса?

Дмитрий Орешкин: Я бы отделил тут Москву от всей остальной России. Столица имеет целый ряд преимуществ. У нее есть деньги, кадры, более-менее наработанные навыки менеджмента, лекарства и медицинская инфраструктура. Понятно, что вся система работает плохо, сбоит, организуются – случайно или не случайно – пробки в метро, люди не могут вовремя получить пропуски. Но по сравнению с условными Тамбовом, Пензой или Вологдой – это небо и земля, начиная с того, что там элементарно ни на что не хватает денег. Поэтому если в Москве коронавирусная технология могла быть имплементирована относительно удачно, то вообще непонятно, как она может быть имплементирована в остальной части России. Если только с помощью повсеместно установленных полосатых шлагбаумов и силовиков, которые просто отлавливали бы людей на улицах, как собственно и поступил Кадыров в Чечне. Но Россия все-таки не полностью построена на авторитарных принципах. И вот этот ее промежуточный статус очень опасен. Потому что, с одной стороны, мы говорим про полицейские меры. А с другой – по всей России их организовать невозможно. Суровость российских законов тут уравновешивается необязательностью их исполнения. Вдобавок здесь речь идет даже о большем – о невозможности их исполнения. Поэтому, подытоживая, Москва раньше выйдет на плато, пик и, если все будет благополучно, раньше пойдет на спуск. А у России все произойдет со сдвигом по фазе примерно на месяц.

В.В.: Что скажете по поводу достоверности российской статистики в контексте эпидемии?

Д.О.: Еще одно важное отличие между Москвой и заМКАДьем заключается в качестве статистики. В столице много разных измерений статистики, ведомств, которые ее занимаются – медицинская, Росстат, муниципальная. Поэтому проводить политику тотального фальсификата данных здесь невозможно. Где-нибудь что-нибудь да уплывет. Так стало известно, что в апреле средний норматив смертности в Москве превышен на две тысячи человек, а по коронавирусу диагностировано менее 700 смертей. Из этих двух тысяч примерно только треть официально зафиксирована как жертвы эпидемии. А все остальные летальные исходы вроде как бы самопроизвольно произошли. Да, в Москве данные занижаются, но не Собяниным. Просто любой главный врач и медицинский начальник стараются приукрасить у себя общую картину, чтобы прикрыть свою задницу. Поэтому они показывают картинку более лакированную. Но вот в Москве толщина лака – где-то 2-3 слоя. То есть, если в столице с начала эпидемии от коронавируса умерли 1200 человек, то на самом деле их, наверное, где-то 3600. А в остальной России глубина лака минимум раз в пять больше. Привычка докладывать начальству победоносные результаты там сильнее. В Москве, по-видимому, удалось взять ситуацию под контроль. В большинстве же регионах просто ждут, какую команду им дадут из Кремля, теряя время.

В.В.: А насколько Путин ослабил или упрочил свои позиции в результате коронавирусной эпопеи?

Д.О.: Ослабил, и сильно. Ослабил и в глазах избирателей, и в глазах элит. В глазах населения это ситуация когнитивного диссонанса. Избирателю 20 лет вдалбливали в голову, что мы поднимаемся с колен, строим сплоченную государственную вертикаль с сильным лидером который ездит верхом на медведе с обнаженным торсом, присоединяет Крым и так далее. И это делалось под соусом рассуждений о том, что кругом враги, нам надо сплотиться и быть готовым к любой кризисной ситуации. И вот кризис на пороге дома, а модель не работает. Ради строительства вертикали многим жертвовали – в частности, экономическим ростом. Но в кризис она не помогает.

В.В.: Почему?

Д.О.: Дело в том, что российская вертикаль в принципе не предназначена для того, чтобы помогать населению. Она решает прямо противоположную задачу: эксплуатирует населения для решения своих задач – строительства армии, покорения космоса, войны в Сирии. А народ это скорее источник средств для вертикали. Вертикаль в период коронавируса показала свою неэффективность. Она собирает деньги, всасывает в себя, использую их для какой-то державной нужды.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG