Линки доступности

Гринпис: авария в Норильске только водоемам нанесла ущерб примерно в 10 миллиардов рублей


Владимир Чупров

По официальным данным, в реки вылилось 15 тысяч тонн нефтепродуктов

Для ликвидации последствий аварии в Норильске может быть построен трубопровод с последующей его утилизацией. В ином случае пришлось бы сжигать на месте образовавшееся «море» нефтепродуктов.

Об этом сообщает в пятницу, 5 июня, «Интерфакс» со ссылкой на главу правительства Красноярского края.

Напомним, 3 июня президент России Владимир Путин дал добро на введение режима чрезвычайной ситуации федерального уровня в регионе. Правда, сделано это было спустя несколько суток после происшествия на Таймыре. Авария на территории ТЭЦ, принадлежащей группе компаний «Норильский Никель», произошла 29 мая. По мнению специалистов, время для локализации пятна безвозвратно упущено.

По данным главы Росприроднадзора, в близлежащие реки попало 15 из 20 тысяч тонн разлившегося из огромного резервуара дизельного топлива. Толщина слоя нефтепродуктов на водной поверхности доходила до 20 см. Одна из рек впадает в озеро Пясино, из него вытекает одноименная река, в свою очередь, впадающая в Карское море. В настоящее время в ликвидации последствий аварии принимают участие около пятисот человек.

Разлив нефтепродуктов в Норильске стал первой аварией такого крупного масштаба в заполярной Арктике.

Об аварии в Норильске и ее последствиях Русская служба «Голоса Америки» побеседовала с проектным директором российского отделения Гринпис Владимиром Чупровым.

Виктор Владимиров: В чем, на ваш взгляд, причина происшествия и как вы оцениваете предпринятые усилия по ликвидации аварии?

Владимир Чупров: Судя по тому, что пятно не отловили на начальной стадии аварии, отреагировали плохо. Любые нефтяные пятна нужно локализовать в первые четыре часа после аварии – это, кстати, забито в российском законодательстве. А затем, по прошествии четырех часов, уже начинается неконтролируемая ситуация. С помощью боновых заграждений удастся собрать только незначительную часть загрязнения, поэтому можно утверждать, что почти всё дизельное топливо останется в окружающей среде. Вторая вещь связана с превентивными вещами. Все знают, что вечная мерзлота тает, климат меняется. Российское правительство это также признало. Действующие в регионе нефтегазовые компании с этим сталкиваются постоянно. Поэтому, если даже причина аварии в таянии вечной мерзлоты, это не снимает вины с компаний, которые должны адаптироваться к изменению климата. В 2010 году в Гринписе вышел доклад о рисках для инфраструктуры на российской Арктике. Там действуют четыре ядерных реактора, сотни тысяч километров нефтегазопроводов, мосты, железные дороги, очистные резервуары. Тут огромные риски.

В.В.: То есть, ничего не гарантирует от повторения в Арктике аварии в том или ином виде?

В.Ч.: Да, аналогичные ЧП возможны. Причем, далеко не только на севере Красноярского края. Естественно, такие зоны риска есть и в других регионах. У нас нефтегазовая инфраструктура расположена почти вдоль всего побережья Арктики. Поэтому рвануть может где угодно. Ближайшее что приходит в голову – остров Колгуев в Ненецком автономном округе, там подмывается берег. В итоге две аналогичные таймырским цистерны с топливом могут просто свалиться в Баренцево море со всеми вытекающими отсюда – в прямом и переносном смыслах – последствиями. Север ошибок не прощает. Мы направили письмо (Михаилу) Мишустину (главе кабмина РФ – В.В.) с просьбой организовать проверку таких цистерн, разбросанных по всему региону, посмотреть. Очень надеюсь, что хотя бы в этой части правительство отреагирует быстро и адекватно.

В.В.: Каков предварительный ущерб от аварии?

В.Ч.: По некоторым прикидкам, общая цифра ущерба может составить около 100 миллиардов рублей. По оценкам Гринпис на основании специальной методики, только для водных объектов выходит примерно 10 миллиардов убытков. Но сюда нужно еще добавлять ущерб, нанесенный почвам, подземным водам, животному миру и атмосфере (поскольку был пожар). Вот тут непонятно, во сколько все это выльется. Пока мало вводных.

В.В.: А последствия?

В.Ч.: Известно, что 15 тысяч тонн дизтоплива попало в водную среду и 5 тысяч осталось в почве. Одна капля нефти делает непригодной для употребления кубометр воды. Дальше вопрос, сколько уберут. По нашим прикидкам, 5-10%, а все остальное останется в окружающей среде. Сколько потом природа все это будет перерабатывать, тоже вопрос больной. В Арктике, в северных регионах с низкими температурами процесс течет гораздо дольше. Бактерии там не так активно едят нефть, и она очень плохо очищается. Последствия сопоставимой по масштабам аварии 30-летней давности у берегов Аляски (на танкере Exxon Valdez – В.В.) заметны до сих пор. (Авария обошлась компании-виновнику более 6 миллиардов долларов – В.В.). В данном случае дизель, а не нефть. Поэтому можно смело говорить, что в ближайшие годы мы будем наблюдать негативные последствия в регионе.

В.В.: Кто расплатится за случившееся?

В.Ч.: Российское законодательство выстроено таким образом, что позволяет компании-виновнику уйти от полной финансовой ответственности. Допустим, экологический ущерб в итоге составил 10 миллиардов рублей. Дальше согласно законодательству компания всю сумму, которую она потратила на уборку нефти, можно зачесть в качестве компенсации ущерба. При этом посчитать могут так, что на ликвидацию последствий ушло 20 миллиардов рублей, хотя уберут, к примеру, процентов 10 нефти. Не исключен мухлеж с стоимость проделанных работ. Словом, используя законодательную брешь априори, компания останется безнаказанной, а мы с вами как налогоплательщики еще будем у нее в должниках.

В.В.: Какие выводы напрашиваются?

В.Ч.: Это очередной звонок, свидетельствующий, что сегодняшняя модель экономики, основанная на сверхэксплуатации ресурсов, не работает. Нужно развивать новые климатически-дружеские, «зеленые» технологии. Тот же «Норникель» мог бы давно перейти на ветровые станции, потому что в Норильске постоянные ветра, и тем самым уходить от газа и дизеля как источника энергии. Как хорошо сказал Алексей Кудрин (глава Счетной палаты – В.В), коронавирус подарил нам уникальную возможность и можно, пользуясь случаем, вложить средства в новые направления и технологии, а не спасать старые, которые показали свою неконкурентоспособность. Остается надеяться, что в Кремле все же переоценят стратегию развития российской Арктики и существующую модель экономики.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG