Линки доступности

Политолог Сэмюэл Грин: Путину нужна популярность


Crimea Putin

Американо-британский политолог и социолог считает, что президенту России для сохранения власти крайне необходима поддержка россиян, которые, в свою очередь, голосуют за президента Путина, чтобы избежать социальной изоляции  

Сэмюэл Грин (Samuel Greene, King’s College London), директор Института исследований России, доцент, преподаватель курса по российской политике в Королевском колледже Лондона считает, что, несмотря на отсутствие политической конкуренции в России, президенту Путину для удержания власти необходима поддержка населения. Россияне же голосуют за российского президента не потому, что ожидают от него изменений условий жизни к лучшему, а потому, что так делает большинство. Также, президент Путин стал не просто символическим элементом политической жизни россиян, а отражением их собственной адекватности. Пытаясь избежать социальной изоляции, россияне, тем самым, поддерживают режим снизу.

Путин является скорее символическим элементом политической жизни россиян, нежели тем, кто воспринимается ими как человек, который может улучшить условия жизни
Сэмюэл Грин

Об этом, а также о московских протестах и «проблеме 2024 года», Русская служба «Голоса Америки» поговорила с Сэмюэлом Грином после презентации в Вашингтоне его книги «Путин против народа. Опасная политика разделенной России» (Putin v. the People. The Perilous Politics of a Divided Russia). Она была выпущена в соавторстве с профессором политических наук университета Северной Каролины Грэмом Робертсоном. В книге рассматривается российское общество и его поддержка президенту Путину. Выводы авторов основываются на проведенных ими социологических опросах. Книга, вышедшая недавно в печати Йельского университета, также готовится к публикации на русском языке.

Валерия Егисман: Вы опубликовали книгу, в которой исследуете популярность президента Путина. Как вы видите его популярность среди россиян?

Сэмюэл Грин: Россия, конечно, не является демократической страной, и в ней нет свободной политической конкуренции. Политические партии, избирательная система, СМИ – особенно телевидение – целиком находятся в руках Кремля. Тем не менее, просто по щелканью пальцами, без активной поддержки россиян, Путин не может продлить свое правление. Путину нужна популярность и поддержка народа.

Одной из его главных функций для политической системы является управление конкурентной борьбой внутри элиты. В том числе, создание легитимности этой системы, чтобы она могла продолжать функционировать. Ведь сама система не производит каких-то общественных, экономических или материальных благ для населения. Притом, так считают и сами люди – если спросить рядового россиянина, думает ли он, что российское государство управляется в интересах обычного гражданина, ответ почти всегда будет отрицательным. Даже те люди, которые нам говорили, что они с умеренным оптимизмом смотрят в будущее, отмечали, что ожидают этого в результате собственных усилий, а не каких-то действий властей. В этом контексте Путин является скорее символическим элементом политической жизни россиян, нежели тем, кто воспринимается ими как человек, который может улучшить условия жизни. В то же самое время Путин нужен в качестве символа даже не самого государства, а собственной адекватности, когда человек дает понять другим людям, что он нормальный и, как и большинство, поддерживает существующий строй.

Мы имеет дело с так называемыми «эхо-камерами», когда человек сталкивается с убеждениями или мнениями, которые уже совпадают с его собственными, и альтернативная точка зрения не воспринимается
Сэмюэл Грин

В.Е.: Насколько высокой является эта поддержка и искренне ли она? Какую роль здесь играет пропаганда?

С.Г.: Сейчас поддержка Путина не такая высокая. Если когда-то она была в районе 80 процентов, то теперь – в зависимости от того, как именно сформирован вопрос – где-то в районе 60-ти. Притом готовность голосовать за него на следующих выборах, если он все-таки будет в них участвовать, еще меньше. Безусловно, всегда есть некоторое количество людей, которые при приходе к ним анонимного социолога, скажут, что поддерживают Путина просто, чтобы избежать каких-нибудь негативных последствий.

Что касается искренности, то в основе этой поддержки, как я отметил, не лежит обмен на экономическое благополучие или безопасность. Она является проектированием собственной нормальности и адекватности. Это как необходимость соблюдать ритуалы и реверансы в социальной среде, в которой все поддерживают Путина. Как можно не поддерживать Путина? Если ты его не поддерживаешь, значит ты – не такой как все.

Мы видим, что хотя рейтинг Путина и снизился, но намного меньше, чем должен бы, учитывая экономическую ситуацию в стране. До этого экономика, так или иначе, влияла на его рейтинг. В последние пять лет мы видим, что россияне продолжают поддерживать Путина. Конечно, свою роль здесь играет пропаганда. Мы наблюдаем, что она действует не только на отдельно взятого человека, но и резонирует в социальных кругах. То есть, мы имеет дело с так называемыми «эхо-камерами», когда человек сталкивается с убеждениями или мнениями, которые уже совпадают с его собственными, и альтернативная точка зрения не воспринимается.

Например, буквально только, что мы получили данные последнего опроса, в котором видим, что примерно 65% людей, которые смотрят «Первый канал» считают, что телевидение находится под цензурой. Иными словами, те, кто смотрит «Первый канал» или читают «Известия» и «Комсомольскую правду», прекрасно понимают, что все эти СМИ цензируются Кремлем. Тем не менее, они также понимают, что им надо уметь общаться и с другими людьми, кто потребляет эти СМИ – и их сегодня большинство.

Собственно, такой же эффект «эхо-камеры» мы видим и среди тех, кто, напротив, смотрит «Дождь», читает материалы «Радио свободы» или «Медузы».

Но это две социально разные группы людей, которые не пересекаются.

В.Е.: В Москве из-за недопуска независимых кандидатов на выборы в Мосгордуму проходят протесты с середины лета. Каким вы видите развитие ситуации, и смогут ли протесты что-то изменить?

С.Г.: Ситуация в России меняется постоянно и постепенно. Но что нового мы видим в этих протестах – это готовность людей выходить, несмотря на насилие со стороны властей, а также способность движения существовать и мобилизоваться, когда почти все его лидеры были отправлены в СИЗО.

Мы видим и способность движения производить новых лидеров и просто активистов, а также то, что лидеры уживаются между собой. Например, мы не наблюдаем среди Навального, Соболь, Милова, Волкова, Яшина, Гудкова и других, такую вражду, как, скажем, видели между Явлинским, Касьяновым и Немцовым.

Власть Путина имеет два аспекта, оба из которых не передаются конституционным путем
Сэмюэл Грин

Мы также видим и готовность властей прибегать к большему насилию. Я думаю, то, что видео с применением насилия со стороны властей доступны в социальных медиа, также является в некотором плане сигналом того, что они готовы применять насилие в защиту интересов системы. В то же самое время, российские власти понимают, что усиление насилия будет только способствовать большей солидарности протестующих. К тому же, Кремль прекрасно знает, что диктаторы падают именно тогда, когда они просчитывают с насилием. Мы видели это на Майдане в Украине, в Египте, других местах. Если российские власти просчитают с насилием, то результаты могут быть самыми непредсказуемыми.

В.Е.: Как вы видите решение проблемы перехода власти, так называемой «проблемы 2024 года»?

С.Г.: Это сложный вопрос. Я думаю, что на данный момент и сама система не видит решения этой проблемы. Власть Путина имеет два аспекта, оба из которых не передаются конституционным путем. Первый – это та символическая поддержка в глазах народа, о которой мы говорили. Такой поддержки не было у Ельцина или Медведева, и не факт, что она будет у того нового человека, которому могут передать власть. Без этой поддержки система не может функционировать, потому что сами по себе олигархи, силовики и бюрократы – они нелегитимны в глазах народа.

Второй аспект, это доверие внутри элиты, то есть Путин является тем человеком, к которому элита приходит решать свои вопросы. Тем самым необходимо, чтобы эта система как-то функционировала после Путина – он должен найти способ уйти таким образом, чтобы интересы элиты были сохранены. Это, по сути, означает, что они все-таки должны найти человека, которому можно будет передать власть. Здесь сложно проделывать какую-то подготовительную работу, потому что, как только такой человек найдется, власть может мгновенно перейти от Путина к нему. Вряд ли это то, с чем согласен Путин.

Поэтому, я думаю, что этот вопрос будет откладывался до самого последнего момента. В свое время про Медведева мы услышали месяца за четыре до выборов. Вариант нового тандема, конечно же, вызовет смех у населения. В Кремле это прекрасно понимают. Какое-то решение, которое позволит им оставаться у власти, конечно, ищется.

  • 16x9 Image

    Валерия Егисман (Valeria Jegisman)

    Журналист «Голоса Америки». До этого работала в международных неправительственных организациях в Вашингтоне и Лондоне, в русскоязычной версии эстонской ежедневной газеты “Postimees” и в качестве пресс-секретаря МВД Эстонии. Интересы - международные отношения, политика, экономика

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG