Линки доступности

ФСБ, сталинские репрессии и «перегибы на местах»


Российский суд отклонил иск к главе ФСБ

Районный суд Москвы отклонил иск к главе ФСБ РФ Александру Бортникову, который в 2017 году в интервью «Российской газете» («РГ») назвал массовые казни, осуществленные в сталинскую пору, «перегибами на местах», сообщают СМИ. «РГ» – официальный печатный орган российского правительства.

Иск подавал бывший следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры, полковник юстиции Игорь Степанов, у которого в эпоху сталинизма было репрессировано и расстреляно около двух десятков родственников. Степанов настаивал на предоставлении информации, подтверждающей заявление главы ФСБ, или на публикации опровержения, а кроме того хотел, чтобы газета разместила его точку зрения на затронутую Бортникову тему, причем в том же объеме и на тех же страницах. Во всем ему последовательно отказали.

При этом в «РГ» утверждали, что в интервью приведено личное мнение директора СФБ и ссылались на Конституцию, гарантирующей свободу мысли и слова.

Высказывания Бортникова было жестко раскритикованы литераторами, журналистами и правозащитниками. А академики РАН подписали открытое письмо по этому поводу.

«Такой подход является надругательством над памятью бесчисленных погибших и лагерников – великих писателей, ученых, военачальников, артистов и безвестных тружеников, чьи имена возвращаются из забвения ценой подвижнического труда, вопреки сопротивлению сегодняшних чекистов, до сих пор отказывающих исследователям и гражданам в допуске к своим архивам», – отмечалось в послании.

Впрочем, на положении главы ФСБ это никак не сказалось. На традиционном праздничном концерте 20 декабря, посвященном Дню чекиста, он сидел по правую руку от Владимира Путина.

Заместитель заведующего кафедрой конституционного и муниципального права ВШЭ, профессор Илья Шаблинский в интервью Русской службе «Голосу Америки» не стал давать правовую оценку решения суда, поскольку не посвящен в детали иска. Однако, по его словам, в ФСБ «полно людей, которые фактически солидаризируются с палачами»: «Они придерживаются той точки зрения, что миллионы людей, погибших в результате действий НКВД, ГПУ и КГБ, умерщвлены вполне правомерно. Что здесь можно еще сказать? Это весьма опасное явление».

К сожалению, в список тех, кто оправдывает сталинские репрессии и сталинизм как таковой, входят не только сотрудники ФСБ, но и представители других групп общества, добавил профессор: «Это мрачное и печальное наследие той эпохи. В сознании многих людей царит неразбериха и осталась готовность приукрасить зверства. Правда, не надо это относить ко всему обществу.

Илья Шаблинский констатировал, что Бортников имеет право высказывать личное мнение: «У нас, надо признать, есть свобода высказываний сталинистских взглядов. Можно ли отказать сталинистам в этом? Нет. У нас запрещено лишь разжигание социальной розни. А если кто-то просто говорит, что при Сталине было уничтожено несколько миллионов человек из-за «перегибов», ну что ж... Однако если подобную мысль доводит (до читателей) директор ФСБ, который непосредственно влияет на карательную политику государства и от которого зависят судьбы многих людей, то это крайне опасно. К тому же, чего тогда ждать от его подчиненных?»

Бортников может выражать свою точку зрения, но понятно, что после подобных публичных высказываний он не должен занимать такую должность, резюмировал профессор.

В свою очередь, директор центра Сахарова Сергей Лукашевский думает, что в российских реалиях суд действительно не мог принять иного решения.

«Не просто потому, что судебная система у нас полностью зависима от власти и в подавляющем большинстве случаев решения автоматически выносятся в пользу ее представителей, – уточнил он в комментарии Русской службы «Голоса Америки». – Но в первую очередь потому, что коммунистический режим Советского Союза так и не получил в нашей стране судебной оценки. Если бы состоялся процесс наподобие Нюрнбергского и там бы советский режим был бы признан преступным, то современный российский суд, скорее всего, не смог бы отказать в (упомянутом) иске».

А поскольку подобного процесса не было, то суд может относиться к этому высказыванию Бортникова исключительно как к его личному мнению, что, собственно, и произошло, констатировал правозащитник. При этом ему не кажется, что у данного решения будут какие-то конкретные последствия: «В общем, государственная политика в отношении этих событий определена. Да, в Москве стоит открытая (в 2017 году) президентом «Стена скорби» (мемориал жертвам политических репрессий), и это указывает на то, что факт репрессий признается, они осуждаются».

На открытии мемориала Владимир Путин заявил, что «это страшное прошлое нельзя вычеркнуть из национальной памяти, а тем более, невозможно ничем оправдать, никакими высшими так называемыми благами народа». Президент также признал, что политические репрессии стали трагедией, последствия которых ощущаются до сих пор.

Тем не менее, с точки зрения современной российской власти – это далеко не самое важное событие советского периода, считает Сергей Лукашевский: «По мнению властей и официальной пропаганды, наше общество должно в первую очередь помнить все-таки о других вещах. Как, например, о Великой Отечественной войне, действительно достойной памяти, так и о разнообразных «индустриальных» достижениях той поры, забывая о том, что они обеспечены руками и жизнями репрессированных в те годы людей».

Одновременно Сергей Лукашевский признает, что в обозримой перспективе «нюрнбергский» процесс, о котором он говорил, невозможен по объективным причинам, а с течением времени проблема и вовсе может утратить свою актуальность за давностью лет, «как зверства опричников Ивана Грозного».

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG