Линки доступности

Сатирический взгляд на постсоветскую реальность

Более пятнадцати лет в программах международного кинофестиваля в Торонто не показывались фильмы из Литвы. И вот – долгожданное возвращение на эту ключевую для коммерческого продвижения в США фестивальную площадку. В программе Discovery демонстрируется сатирическая лента «Чудо» (Miracle) молодого литовского режиссера Эгле Вертелите (Egle Vertelyte). Фестиваль в Торонто продлится до 17 сентября.

1992 год, литовская деревня. Свиноферма, на которой работают большинство местных жителей, на грани банкротства. Ее владелица Ирена подпадает под чары энергичного и щедрого американского бизнесмена Бернардаса, который предлагает инвестиции в гибнущее предприятие и сулит златые горы Ирене и ее работникам. Но проходит время, и Ирена начинает сомневаться в искренности и благородстве мотивов заезжего иностранца.

Эгле Вертелите родилась в литовском городе Шауляй. Изучала историю в Вильнюсском университете. Продолжила образование в киноколледже в Дании и киношколе в Лондоне. Автор нескольких документальных лент, одну из которых она сняла в Монголии, где прожила год. Пишет сценарии для телевидения. «Чудо» – ее игровой дебют.

Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» побеседовал с режиссером фильма.

Олег Сулькин: Вы затрагиваете противоречивый и сложный период современной истории Литвы – начало 90-х, обретение независимости, переход, вернее, начало перехода от социализма к капитализму. Почему вас заинтересовало то время?

Эгле Вертелите: Когда Литва провозгласила независимость, мне было семь лет. Я взрослела и наблюдала за происходившими изменениями. Мое поколение застало обе эпохи.

О.С.: Ваш фильм – это копродукция Литвы, Польши и Болгарии. Каким был вклад каждой из сторон?

Э.В.: Мы снимали в Литве и Болгарии. Операторская группа была болгарская. Это первая совместная картина литовских и болгарских кинематографий. Польша обеспечила весь цикл постпродакшн. Нас объединила и тема фильма, актуальная для всех стран Восточной Европы.

О.С.: Показанная в фильме сельская жизнь, свиноферма, крестьянский быт – это все вам лично знакомо?

Э.В.: Я росла в маленьком городке, и некоторые мои родственники жили в окрестных деревнях. Я наблюдала многие драмы, происходившие вокруг. Мне захотелось разобраться в источниках этих драм.

О.С.: Почему вы выбрали жанр сатиры и свинарник как место действия? Невольно вспоминаешь знаменитую сатирическую притчу Джорджа Оруэлла «Ферма животных».

Э.В.: Не забывайте, что свинина – очень важный компонент литовской кухни, а свинофермы-колхозы в советское время стали неотъемлемой частью сельского пейзажа Литвы. Так что лучшего объекта для сатирического осмысления, чем свиноферма, не найти.

О.С.: Сюжетный ход с приездом американца, решившего спасти ферму от банкротства и влить в нее долларовые инвестиции, основан на реальной истории?

Э.В.: Какой-то одной конкретной историей я не руководствовалась. Таких историй много. После краха Советского Союза в Литву хлынули с Запада всевозможные авантюристы. Один такой делец приехал из Великобритании в мой родной городок, купил старое здание, объявив о том, что там будет развлекательный центр. Дом разрушили, никакого центра не открыли, а гость испарился, куда-то сбежал.

О.С.: Почему вы сделали своего героя американцем?

Э.В.: Исторически так сложилось, что самая крупная иностранная часть литовской диаспоры живет в США. После 1991 года многие американцы литовского происхождения отправились в Литву, где никогда прежде не были. Кто-то покупал землю, кто-то открывал совместные предприятия. Местные жители смотрели восторженно на гостей. Вот ведь какие люди к нам едут, будут нам помогать строить новую жизнь. Но часто результатом эйфории становилось разочарование. Далеко не все гости были чистоплотны в делах, в их планы благотворительность вовсе не входила. Мне хотелось показать на конкретном примере смену настроений в литовском обществе, горькое отрезвление. Никто нам просто так ничего делать не будет, это все иллюзии, надеяться надо только на самих себя.

О.С.: В пресс-материалах к фильму особо отмечено, что этот американец, Бернардас, внешне похож на Дональда Трампа. И, действительно, похож. Это было заложено в сценарий?

Э.В.: Нет, это совпадение. Я начинала писать сценарий в 2008 году и вообще тогда к стыду своему не знала, кто это, Дональд Трамп. Когда же из Америки приехал актер на роль Бернардаса, то он сказал мне, что его персонаж, как он описан в сценарии, немного напоминает ему Трампа. Но мы не старались усилить эту похожесть, это не входило в наши планы. Словом, поверьте, это совпадение.

О.С.: Кстати, представьте, пожалуйста, актеров, сыгравших Ирену и Бернардаса.

Э.В.: Ирену воплотила известная в Литве театральная актриса Эгле Микулионите (Egle Mikulionyte) из Национального театра драмы в Вильнюсе. Она лауреат многих театральных премий, сыграла несколько небольших ролей в кино. Мне нравится ее понимание юмора. Исполнивший роль Бернардаса Вито Ругинис (Vyto Ruginis) живет в Лос-Анджелесе, он родился в Великобритании, его родители литовцы. Так что он первый раз приехал на родину своих предков, и в этом история Бернардаса совпала с его личной историей. Вито подзабыл литовский и учил его заново на съемках. К концу съемок он уже бойко разговаривал по-литовски, видимо, язык где-то хранился в тайниках его памяти. Его американский акцент оказался очень кстати.

Эгле Микулионите – представительница классической театральной школы, Вито Ругинис играет в другой, скорее, голливудской манере. И это столкновение актерских стилей тоже, на мой взгляд, стимулирует «химию» в отношениях наших героев.

О.С.: На роль католического священника вы пригласили известного польского актера Даниэля Ольбрыхского (Daniel Olbrychski). Почему именно его?

Э.В.: Мне нужен был актер нездешней внешности, который бы «выламывался» из своего окружения. Такого актера найти в Литве мне не удалось. И тогда наши польские сопродюсеры предложили Ольбрыхского. Ему послали сценарий, он Даниэлю понравился. То, что священник поляк, исторически абсолютно оправданно. В Литве живет много поляков. Что касается религии, то она играет огромную роль в жизни литовцев, благодаря нашему духовному единению мы и добились независимости. Ирена возвращается в лоно церкви, и это тоже очень символично.

О.С.: В одном из интервью вы говорили, что мессидж вашего фильма не политический. Можете пояснить?

Э.В.: Давайте на время забудем о политике и поговорим о личных драмах обычных людей. Почему они ведут себя так, а не иначе? Я не осуждаю никого. Я хочу всех их понять.

О.С.: Вы показываете отчаяние людей, не получающих месяцами зарплату, огромные очереди в банк, недоверие простого труженика ко всему новому и непонятному. Это разве не проявление политики?

Э.В.: Конечно. Но меня больше волнуют перемены в сознании людей, не политические идеи, а экзистенциальные проблемы. Ирена переживает именно такой кризис, она разочарована, она в смятении, она не знает, как жить в новых условиях.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG