Линки доступности

Министр обороны Латвии: «Элементы гибридной войны мы чувствуем с середины прошлого века»


Раймонд Бергманис

Раймонд Бергманис рассказал об интеграции натовских военных в латвийскую сухопутную бригаду, о работе Центра стратегической коммуникации и о подготовке латвийской армии к новым учениям

Весной 2004 года Латвия, наряду с другими государствами Балтии, стала членом НАТО. Россия на официальном уровне восприняла это как «недружественный шаг», но в течение десяти лет не предпринимала каких-либо заметных попыток помешать евроатлантической интеграции бывшей советской республики.

Ситуация изменилась после российской аннексии Крыма. Российская армия стала проводить учения в непосредственной близости от границ с Латвией, Литвой и Эстонией, эти стран неоднократно становились объектами кибератак, в организации которых подозревается российская сторона.

В ответ Североатлантический альянс решил закрепить свое присутствие на восточном фланге. В частности, в Польше и государствах Балтии на ротационной основе были размещены четыре интернациональных батальона с участием военнослужащих из разных стран НАТО.

С разговора на эту тему началось интервью, которое министр обороны Латвийской Республики Раймонд Бергманис дал корреспонденту Русской службы «Голоса Америки».

Анна Плотникова: С июня прошлого года в Латвии размещён сводный международный батальон НАТО, куда входят военнослужащие из шести стран альянса. Какие задачи выполняет этот батальон на территории Латвии, и как восприняли его появление местные жители?

Раймонд Бергманис: Действительно, на саммите НАТО в 2016 году в связи с изменением ситуации в мире было принято решение по укреплению безопасности в этом регионе. Это были очень непростая задача – в сжатые сроки разместить наших союзников. Но нам это довольно хорошо удалось, потому что все союзники понимали важность этого принятого на саммите НАТО решения, и сейчас военнослужащие союзников расквартированы и продолжают обучение с совмещением тех обязанностей, которые на них возложены. Представители шести стран, как вы упомянули, полностью интегрированы в нашу механизированную бригаду сухопутных войск, и летом этого года представители еще двух стран – Словакии и Чехии – также войдут в эту группу.

В январе уже прошла первая ротация, сейчас проходит вторая – прибыли новые части, которые глубже интегрируются в нашу бригаду сухопутных войск.

Касательно местных жителей. Я думаю, они очень хорошо приняли наших союзников, с пониманием отнеслись к оборонному взаимодействию между странами Альянса. И так же, как во всем мире, мы стараемся помогать частному сектору, и для укрепления взаимоотношений это очень хорошо. Потому что были многие проекты, когда союзники участвовали в наших мероприятиях, которые не связаны с военными задачами. И в этом году очень много мероприятий, где участвуют наши союзники, показывают военную технику, рассказывают, отвечают на вопросы. Потому что общество очень заинтересовано в общении с ними. И этот процесс все время развивается. К нам прибыла довольно-таки большая группа военнослужащих из других стран НАТО, так что нам бывает нелегко, но это – приятные заботы.

Каждый месяц мы утверждаем совместные планы: кто, где и чем занимается. Просьбы приходят из различных регионов нашей республики, где люди хотят познакомиться с союзниками, с их техникой и военнослужащими, поговорить, пообщаться. Я думаю, это даст более широкое понимание тех причин, по которым наши союзники здесь находятся, и я думаю, что это очень важно, поскольку мы – тоже часть общества.

А для молодежи, тем более для школьников, это вообще всегда очень интересно, особенно – полазать по бронетранспортерам. Мальчишки это любят.

А.П.: Участие Латвии в каких международных операциях НАТО вы могли бы отметить в первую очередь?

Р.Б.: Конечно, самые большие из тех, в которых мы участвуем. Во-первых – Афганистан и Ирак. Также две операции в государстве Мали в Африке под эгидой Европейского Союза и Организации Объединенных Наций. Также мы принимаем участие в операции по борьбе с пиратами в Аденском заливе и операции «София» в Средиземном море (международная операция по спасению беженцев и борьбе с контрабандистами – А.П.).

Конечно, наши возможности не такие, как у стран, обладающих более крупными вооруженными силами, но мы участвуем во всех операциях, и я очень рад слышать лестные слова о наших солдатах. У меня была возможность побывать и в Мали, и в Афганистане, и, надеюсь, в этом году съездить в Ирак. Мне легче принимать решения, связанные с участием наших солдат в этих операциях, когда я вижу их на месте. Это – очень сложные операции, в том числе по климатическим условиям, но наши солдаты, как я уже говорил, показали себя с наилучшей стороны, чему я очень рад. Тем более, что я сам видел, как они служат и выполняют те задачи, которые перед ними поставлены.

И, конечно, участие в международных операциях – это еще одна возможность пообщаться с военнослужащими других стран НАТО. Чтобы не только поделиться своим опытом, но и получить те знания, которые очень важны для нас. Это способствует развитию наших вооруженных сил и обогащению наших знаний.

А.П.: С момента присоединения стран Балтии к Североатлантическому альянсу Эстония, Латвия и Литва находятся в зоне повышенного внимания со стороны России. В частности, Латвия становилась объектом информационных атак со стороны восточного соседа, в Латвии происходили сбои электронных систем безопасности и так далее.

Какие меры предпринимает руководство республики, и в частности – высшие чины министрества обороны для того, чтобы граждане страны чувствовали себя в безопасности?

Р.Б.: Это наша основная задача – укреплять безопасность и меры сдерживания и сделать вместе с нашими союзниками этот регион более безопасным. К ней присоединились наши соседи по Балтийскому морю, которые не входят в альянс НАТО – Швеция и Финляндия. Те меры, которые были приняты на саммите в Уэльсе в 2014 году и на саммите в Варшаве, укрепили безопасность в нашем регионе. И это отмечалось и во время моего визита в Финляндию, и во время визита министра обороны Швеции в Латвию.

Конечно, очень многое еще надо сделать, потому что лишь в этом году мы достигли минимального уровня тех задач, которые были утверждены на упомянутом саммите в Уэльсе. Это – карта, которую приняли и разрабатывают все страны НАТО. У каждой – свои планы того, как они достигнут минимальных 2% от внутреннего валового продукта на оборону.

Нам это удалось, благодаря нашему народу, правительству и вообще всем, кто отнесся к этому с пониманием и воспринял позитивно. Это, конечно, дает нам возможность, но и накладывает очень большие обязательства.

И это надо развивать, потому что прошлые годы, и особенно кризис 2008 года нанесли очень чувствительный удар по развитию вооруженных сил и нашей боеготовности. А в настоящее время – могу сказать об этом с радостью – все это очень быстро развивается. Конечно, есть и серьезные вызовы, и один из них в том, что все развивается очень быстро и одновременно. И это очень трудно для людей, на которых легла большая нагрузка.

И я сам знаю, что значит работать в таких условиях – это очень тяжело. Поэтому еще раз хочу поблагодарить всех, кто участвует в этом процессе. А это не только военнослужащие, но и их родственники, семьи, которые с пониманием относятся к тому, что делает армия и все, кто с ней связан.

Сейчас мы также начинаем развивать нашу военную индустрию, сотрудничаем с частными компаниями, у которых не было до этого ни таких возможностей, ни потребностей в этом сотрудничестве, потому что ситуация была другая. А теперь мы чувствуем, что многие частные фирмы тоже хотят влиться в процесс укрепления безопасности нашего государства и внести свою лепту в укрепления вооруженных сил Латвии.

А.П.: Насколько Латвия готова противостоять гибридным методам войны со стороны «восточного соседа»? В этой связи, господин министр, может быть, Вы расскажете о деятельности Центра стратегической коммуникации НАТО, который был открыт в Риге в августе 2015 года?

Р.Б.: У нас довольно большая история противостояния гибридным угрозам. Сейчас об этом очень громко говорят во всем мире, но элементы гибридной войны мы чувствуем с середины прошлого века, когда потеряли свою независимость во время оккупации перед Второй мировой войной. Для нас это – пройденные этапы, поэтому нам, наверно, более чем другим государствам, понятно, как это происходит и как это действует.

Поэтому для нас это не есть что-то новое. Например, сейчас очень много говорят о вмешательствах в кибер-среде, в том числе и во время разных выборов. У нас в этом году выборы, и мы к этому готовимся.Это – трудная задача, и надо прилагать большие усилия, чтобы противостоять этому. Потому что мы понимаем, какие возможности есть у нашего соседа, и какие – у нас. Но я повторю, что у нас есть очень большой опыт, и мы им делимся с другими государствами.

Может быть, до того, как произошли известные события четыре года назад, люди на Западе не воспринимали эти угрозы серьезно, что это может повлиять и на их жизнь. Теперь они с этим столкнулись лоб в лоб, и поняли, как серьезно это может влиять на ситуацию в их странах.

А насчет Центра стратегических коммуникаций, это – очень интересный вопрос. В НАТО есть четыре вида вооруженных сил: сухопутные, воздушные, морские и космические. А в прошлом году в НАТО признали, что есть еще и кибер-среда.

А в будущем еще одной, шестой средой ведения военных действий может стать среда стратегических коммуникаций. К этому все движется, и поэтому очень важно, что такой Центр есть. Мне будет трудно прокомментировать деятельность этого Центра, потому что он создан НАТО. А то, что он находится на территории Латвии, это очень важно, мы очень помогаем его функционированию, и многие хотят влиться в процесс укрепления этого Центра. Мы уже говорили с его директором о том, что надо рассматривать возможности его расширения, потому что не хватает места, где можно разместить всех желающих.

И очень интересно, что не только страны НАТО хотят влиться в деятельность этого Центра, но и другие страны, которые сотрудничают с НАТО, и это очень важно. Потому что ситуация в этом отношении очень серьезная. До какого-то времени многим это казалось чем-то необычным, но сейчас они все поняли и очень серьезно относятся к происходящему. И я очень рад, что директор этого Центра – бывший госсекретарь министерства обороны Латвии, который очень хорошо знает ситуацию в регионе и не только здесь. В Центре работает очень много сотрудников из разных стран мира. И поэтому результат их деятельности весьма впечатляет.

Это очень важно, потому что и в Центре киберзащиты НАТО, который находится в Эстонии, в Таллинне – это тоже такая «горячая картошка», как и Центр безопасности энергетики, который расположен в Литве – тоже очень актуальная тема в данный момент. Ведь страны Балтии очень хорошо знают, с чем мы можем столкнуться в мире, поэтому, наверно, и Центры, которые были открыты в трех балтийских странах, выполняют необходимую в данный момент функцию. И это хорошо, что мы находимся рядом, и можем посодействовать друг другу и поделиться знаниями. Это очень большое преимущество для любого государства, где размещены такие Центры.

Кстати, они размещены во многих странах НАТО, и каждый из них по-своему важен, однако, кибер-безопасность в данный момент – очень актуальная тема.

А.П.: Не за горами очередные международные военные манёвры «Летний щит». Будут ли нынешние учения отличаться от прошлых, и будет ли учтён фактор российско-белорусских учений «Запад», где отрабатываются схемы возможного вторжения в страны балтийского региона?

Р.Б.: Конечно, по поводу того, что происходило вдоль наших границ в прошлом году – я имею в виду учения «Запад» – выводы были сделаны. Я очень рад, что мы были единственной страной НАТО, из которой дополнительно были приглашены наблюдатели в Беларусь. По поводу процессов и целей учений, которые будут проходить в этом году – они, конечно, будут отличаться, от того, что было раньше. Я не могу вам сейчас прокомментировать конкретно, потому что я не участвую в обсуждении задач, поставленных перед маневрами. Но, априори, новым будет то, что туда включены наши союзники, которые здесь расквартированы. Это – очень важный фактор, и это довольно-таки непростая задача, потому что после того, как у нас расположились части наших союзников, мы поняли – насколько важно обучать проведению совместных действий. Это очень большая возможность и для нас, и для наших союзников. И, конечно, это даст дополнительные инструменты для обучения обеих сторон.

Разумеется, из-за этого вырастут масштабы проводимых у нас учений. У нас у самих в августе будут самые большие учения за 27 лет – учения под названием «Namejs». Так звали военного вождя наших древних предков. Кстати, он носил специальное серебряное кольцо, и если вы увидите где-нибудь в мире мужчин или женщин, носящих такие кольца, это будет означать, что они из Латвии. После учения заканчивается четырехлетний цикл обучения наших военных, и мы будем тестировать все наши вооруженные силы, которые будут участвовать в этих учениях. В этом году будет очень насыщенная программа учений, тем более, что, как я говорил, наши союзники в большом количестве примут в них участие. А такой масштаб требует большой ответственности и приложения усилий для получения хороших результатов учений.

Нужно вспомнить еще об одной вещи, которая напрямую не связана с нашими прямыми обязанностями, но мы отмечаем столетие нашего государства, и, как вы понимаете, вооруженные силы всегда играли важную роль, в том числе – в той двухлетней войне за независимость, которая проходила сто лет назад. Так что, мы, конечно, принимаем участие в праздновании, и это дополнение к тем задачам, которые напрямую входят в круг обязанности нашей армии. И общество хочет видеть наших солдат, наши военные оркестры и наши достижения за это время. Так что это будет очень насыщенный год для нас.

  • 16x9 Image

    Анна Плотникова

    Корреспондент «Голоса Америки» с августа 2001 года. Основные темы репортажей: политика, экономика, культура.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG