Линки доступности

Cуд в России счел нарушением закона установку знака в память о жертве сталинских репрессий

МОСКВА — 16 августа суд в Архангельске оштрафовал на 15 тысяч рублей Дмитрия Козлова, местного координатора движения «Последний адрес», которое занимается увековечиванием памяти жертв политических репрессий. В такую сумму оценили установку памятной таблички на «доме Вальневой», признанном памятником культуры

Иск против Дмитрия Козлова за порчу старого деревянного здания, находящегося в плачевном состоянии, инициировала инспекция по охране объектов культурного наследия Архангельской области. Ее глава, Анна Ивченко, заявила в суде, что у нее «обливалось кровью сердце» при виде того, как табличку, сообщающую, что в этом доме жил расстрелянный в 1938 году слесарь Игнатий Безсонов, прикручивали на деревянную стену дома четырьмя шурупами.

При этом на том же доме висит прикрепленный к его стене такими же шурупами знак, извещающий о том, что дом является памятником культурного наследия. Все жители дома, который местная администрация собирается снести до конца года, поддержали установку таблички в память Игнатия Безсонова.

В России неоднократно заявляли о том, что преследование активиста «Последнего адреса» в Архангельске, как и противодействие местных чиновников установке таблички с именем человека, уничтоженного во времена сталинского террора, выглядит абсурдно.

Накануне суда со специальным заявлением выступил Совет по правам человека при президенте России, обратившийся к губернатору Архангельской области.

«Совет просит главу региона изыскать возможность не доводить сложившуюся конфликтную ситуацию до судебного разбирательства, а постараться решить ее, как говорили на Руси, «миром». ...Глядя на фотографии дома, являющегося «объектом культурного наследия» с трудом верится, что до аварийного состояния дом довела прикрепленная к стене табличка, а не многолетнее отсутствие ремонта», считают правозащитники.

Тем не менее, Дмитрию Козлову был присужден штраф. Это решение активист намерен обжаловать в суде.

Губернатор Архангельской области Игорь Орлов никак не отреагировал на обращение официальных правозащитников.

Судебное решение и действия властей в Архангельске Русской службе «Голоса Америки» прокомментировали основатель проекта «Последний адрес» Сергей Пархоменко и член СПЧ Николай Сванидзе.

Сергей Пархоменко: с точки зрения местных чиновников, инициатива ужасна и недопустима

Оппозиционный активист, бывший главный редактор журналов «Итоги» и «Вокруг света» Сергей Пархоменко, два года назад вместе с друзьями инициировавший создание проекта «Последний адрес», считает воспрепятствование деятельности этого движения в некоторых регионах России местной инициативой: «Нет никакого централизованного отношения ни к этой тематике, ни к этому конкретному проекту - есть более или менее тупые, более или менее злобные местные чиновники.

Например, когда мы вторгаемся в город Орел, известный своим памятником Ивану Грозному и своим, очень специфическим, губернатором, то мы там встречаем разнообразные сложности. Люди, которые с нами работают, потом долго еще ходят и оправдываются, и хотя для них, к счастью, это не кончается ничем плохим, тем не менее, к ним долго вяжутся. Но в других местах этого совершенно не происходит».

В Архангельске, рассказывает Сергей Пархоменко, все было довольно сложно с самого начала: «Долго приставали, требовали каких-то объяснений, не отвечали на письма или отвечали как-то особенно глупо. Ну, вот в результате местная комиссия по охране памятников сподобилась оформить административный протокол и потребовать судебного решения».

По словам основателя «Последнего адреса», главным в установке памятных табличек является согласие тех, кто является владельцами помещений в доме: «Законодательство России полностью дает нам это право. Владельцы жилых помещений в многоквартирном доме, или владельцы служебных помещений, если в этом доме находится какая-то контора, или владельцы коммерческих помещений, если в этом доме находится парикмахерская, поликлиника, маникюрный салон или магазин - эти люди имеют полное право разрешить нам установить мемориальный знак на принадлежащем им фасаде».

В случаях с установкой таблички на доме, являющемся памятником культуры, продолжает Сергей Пархоменко, до сих пор сложностей не возникало: «В Москве и в Петербурге мы относительно часто сталкиваемся с домами, которые являются объектами культурного наследия. Мы обращаемся в городское управление по охране памятников и получаем от них резолюцию, что они не возражают. В общем, последнее время у нас нет случаев отказа. В Архангельске такой запрос был своевременно отправлен. А там, оказывается, как они считают, мы должны были провести экспертизу, как на эту покосившуюся деревянную избушку повлияет ввинчивание в нее четырех шурупов диаметром 6 мм длиной 40 мм. Это неправда, это выдумка — но судья согласился с этой выдумкой».

Гражданский активист уверен, что многие местные власти в России с большим раздражением относятся к несанкционированным ими проявлениям общественной инициативы: «Самодеятельность людей - то, что в одном месте могут вынести, а в другом месте категорически не могут. С точки зрения некоторых чиновников, в частности, чиновников из Архангельска, это ужасно и недопустимо. С этим отношением, где-то более ожесточенным, а где-то менее, мы сталкиваемся повсюду, это обычный подход от Москвы до самых до окраин. Самодеятельность людей, их намерение самостоятельно создать какой-то проект, не прося ни помощи, ни поддержки, ни денег, ни разрешений, является предосудительным в сегодняшней России».

Николай Сванидзе: Сталин выведен из числа людей, которые могут подвергаться критике

Член Совета по правам человека при президенте России Николай Сванидзе согласен с оценкой Сергея Пархоменко: «Вообще сейчас ничего нельзя делать без разрешения начальства. Как в школе: в туалет захотел пойти — надо руку поднять. Если разрешат, хорошо, а не разрешат — терпи. Все, что не получило разрешения — и это такая очень советско-армейская практика — даже если это в конечном счете идет в русле государственной идеологии, но при этом пахнет самостоятельной инициативой, по определению плохо. Это могут быть хоть добровольные пожертвования, хоть добровольное тушение пожаров — нет, это не во благо, потому что без приказа».

Кроме того, Николай Сванидзе считает, что в случае с «Последним адресом» сыграл роль и исторический ревизионизм, направление которому задает все то же начальство: «Речь идет об отношении к Сталину, а он сейчас полуофициально выведен из разряда людей, которые могут подвергаться критике, в разряд «бессмертных», которые критике не подвергаются — считается, что он популярен среди массы населения, что он «выиграл войну».

«Власть, то есть Путин, по этому поводу высказывается редко, но, тем не менее, не так давно в фильме о нем, который снял Оливер Стоун, Путин сказал о Сталине что-то такое, что воспринимается как сигнал к позитивному восприятию Сталина как исторического персонажа. То есть, если речь идет о критике Сталина и сталинизма, критике очень значительной страницы нашей истории, и на это нет официального соизволения, то это плохо, и с этим нужно бороться» - полагает Николай Сванидзе.

  • 16x9 Image

    Данила Гальперович

    Репортер Русской Службы «Голоса Америки» в Москве. Сотрудничает с «Голосом Америки» с 2012 года. Долгое время работал корреспондентом и ведущим программ на Русской службе Би-Би-Си и «Радио Свобода». Специализация - международные отношения, политика и законодательство, права человека.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Читайте также

XS
SM
MD
LG