Линки доступности

Малхаз Жвания: «Российские санкции пошли на пользу грузинской экономике»


Грузинский режиссер-документалист, публицист и политтехнолог Малхаз Жвания прожил в Санкт-Петербурге 15 лет. Однако в последнее время он все чаще ездит на свою историческую родину. На этот раз он пробыл в Грузии около года и, вернувшись ненадолго в Санкт-Петербург, встретился с корреспондентом «Голоса Америки», чтобы обсудить, как в Грузии видятся некоторые события, о которых очень много говорят в России.

Анна Плотникова: Как в Грузии чувствуется экономический кризис?

Малхаз Жвания: Естественно, в Грузии экономический кризис чувствуется, правда, менее остро, чем в России. Кто-то объясняет это малыми размерами страны, скептики шутят: «Какой экономический кризис, когда у нас нет экономики?» Я это объясняю тем, что власти быстро принимают решения, чтобы отреагировать на угрозы. Следовательно, и результаты сказываются быстрее – как ошибочные, так и позитивные. И быстрее все это переваривается.

А.П.: Как сказались на экономике Грузии санкции, введенные Россией – запрет на импорт товаров и т.п.?

М.Ж.: Вначале было очень трудно! Но уже год назад удалось найти рынки сбыта – в Европе, Южной и Северной Америке, вышли на арабские страны. Конечно, географически Россия ближе – доставлять товары туда легче, выгоднее, но сейчас торговля с Россией на уровне благих пожеланий.

Сейчас от ее отсутствия никто особо не страдает. И получилось, что санкции России сыграли позитивную роль: люди призадумались – а какую продукцию мы выпускаем? Винный сектор экономики разделился, кто-то стал делать вина на европейский лад и нашел своих клиентов. Кто-то решил быть верным традиционным грузинским технологиям и нашел своего покупателя. Один из моих родственников купил очень небольшие виноградники, которые принадлежали в Кахетии еще его прадеду, стал выпускать вино в очень малых количествах, присвоив ему имя своего предка из княжеского рода. И некая итальянская фирма стала стабильно покупать это вино из года в год. До санкций России он не знал, что делать с этим вином, ибо его марка была неизвестна. А сейчас все решилось «по-западному», правда, к этому нужно быть готовым.

А.П.: Насколько в Грузии влиятельна оппозиция разных направлений и насколько сильны позиции Президента Саакашвили?

М.Ж.: Нужно делать различие между Тбилиси – большим по нашим меркам городом и остальной частью Грузии – по сути, аграрной страной. В столице много интеллигенции – старой, новой, той, которая потеряла работу. Потому что в свое время «чистили» авгиевы конюшни высшей школы, когда на кафедрах было вдвое-втрое больше людей, чем необходимо. А, уволив тех, кто был явным балластом, власть получила очень убежденных и эмоциональных оппозиционеров. И таких в Тбилиси много.

А люди на селе – это крестьяне, фермеры с очень практическим умом. И они видят, что они получили в последние годы: тотальную газификацию, установку индивидуальных счетчиков на электроэнергию, когда за неуплату отключают конкретный дом, а не всю улицу скопом. Это очень важно, потому что учит расчетливости, бережливости и т.д. И дороги, которых не было 60 лет, а теперь их строят на мировом уровне. И сельские жители это все отмечают. А если еще пообещают построить комбинат по переработке сельхозпродукции, то люди готовы ждать. Их не очень интересует то, что говорит оппозиционная интеллигенция, они практичные люди и ценят уже сделанное.

Оппозиция много ездит по регионам, встречается с людьми, разговаривает с ними. Но с точки зрения политтехнологи, люди из команды Саакашвили просто на голову выше. Они искуснее, профессиональнее, они точно знают, что сказать, когда сказать, и кому пожать руку. А оппозиция не умеет, условно говоря, «достучаться до сердец» простых людей.

А.П.: Не секрет, что в России очень большое значение придавали взрыву мемориала в Кутаиси. Подавляющее большинство публикаций было негативного характера. Как эта ситуация видится в Грузии?

М.Ж.: Я видел этот мемориал года полтора назад. Он был в ужасном состоянии, много было украдено для сдачи в металлолом. Ухаживать за ним было некому – ни при Гамсахурдиа, ни при Шеварднадзе. Короче говоря, было просто стыдно, что в Кутаиси есть такой мемориал. Говорят, что сам памятник отреставрируют и перенесут в другое место. Может быть и так. Но пьедестал-то невозможно перенести, а взрывали как раз пьедестал. При этом людям заранее говорили, чтобы они не выходили из своих домов. Но не все послушались, кое-кто вышел посмотреть. Из-за этого произошло несчастье, были погибшие. Это даже можно записать, как ошибку власти. Может быть, нужно было не просто сказать, а поставить ограждение, но повторяю – сам памятник был просто постыдным.

А.П.: В стране смирились с потерей отторгнутых территорий – Абхазии и Южной Осетии?

М.Ж.: Нет, абсолютно нет! Могу сказать определенно, что в этом случае и оппозиция парламентская и внепарламентская, и власть, и все население страны едины. Грузины – люди оптимистичные. И этот оптимизм сейчас стал расти как на дрожжах. Дело в том, что в последние месяцы из Абхазии потянулись беженцы. Сначала это были смешанные семьи, а теперь появились и сами абхазы, которые с собой принесли информацию: в пять раз больше людей готовы перебежать, но их не пускают абхазские власти. С одной стороны, это может свидетельствовать о внутренних клановых разборках в Абхазии, но все списать на это нельзя. Жизнь там очень тяжелая. У меня в Абхазии есть знакомые, друзья, которые начинают понимать, что они оказались в оккупации. Что Багапш и его люди – это избранные ими же самими коллаборационисты. Жители Абхазии очень бережно относятся к своему краю. И когда оттуда стали в огромных количествах вывозить землю, щебенку и другие инертные материалы, началось размытие рек и другие экологические беды. Абхазию обдирают ради строительства Олимпийских объектов под Сочи. И абхазы это прекрасно понимают. Плюс конфликты на бытовой почве с российскими военными, которые не понимают и не принимают традиционного уклада жизни в Абхазии. А в такой маленькой провинции любой бытовой спор мгновенно переходит в сферу политики. И этот процесс нельзя остановить.

А.П.: А что Вам известно о том, из кого набирались в Грузии наблюдатели за президентскими выборами в Украине? Потому что лидер Партии регионов Виктор Янукович заявил, будто Саакашвили туда чуть ли не спецназ отправил….

М.Ж.: Ну, это просто глупость! Никакого спецназа не было. Могу предположить с определенной долей уверенности, что команда наблюдателей формировалась «с наскока». Не все было заранее продумано, просчитано, не все заявки были поданы в нужные инстанции. Процентов на 70 команда наблюдателей была сформирована из энтузиастов. Остальные были людьми случайными. Им предложили поехать, они и согласились. Может быть, не до конца была подготовлена их поездка на Украину, но, повторяю – никаких спецназовцев среди них не было!

  • 16x9 Image

    Анна Плотникова

    Корреспондент «Голоса Америки» с августа 2001 года. Основные темы репортажей: политика, экономика, культура.

XS
SM
MD
LG