Линки доступности

Какое правительство сильнее: техническое или параллельное?


Владимир Путин

Владимир Путин

Российскую сторону в «Поединке» представляет Федор Лукьянов – главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», член президиума Совета по внешней и оборонной политике, американскую сторону - Дональд Дженсен, аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Взгляд из Москвы:
Технократы: ни застоя, ни реформ



Взгляд из Вашингтона:
«Потемкинское правительство»



Технократы: ни застоя, ни реформ

Итак, в России новое правительство. То, ради которого, согласно официальной версии, Владимир Путин решил не ехать на саммит «восьмерки» в Кэмп-Дэвид. Хотя отказ, вероятнее всего, был связан с другими причинам, формирование кабинета действительно затянулось, и последние штрихи, к удивлению многих, вносились в последние дни. Почему не хватило двух с лишним месяцев от выборов до инаугурации – непонятно.

Состав правительства ждали, потому что по его составу надеялись понять, какие выводы сделал Владимир Путин из событий конца прошлого – начала этого года.

Путин сдержал свое обещание значительно обновить кабинет министров – в нем на три четверти новые лица. Сам он как-то то ли в шутку, то ли всерьез заметил, что протесты связаны с надоевшими физиономиями – одни и те же в телевизоре сколько лет. Сейчас видеоряд изменился. Верхний эшелон правительства, правда, претерпел мало перемен, а вот к лицам и фамилиям многих министров еще предстоит привыкать.

Из кабинета убраны люди, вызывавшие наибольшую аллергию в обществе – вице-премьер по ТЭК Сечин, министр внутренних дел Нургалиев, главы Минздравсоцразвития и Минобразования Голикова и Фурсенко. Их заменили нейтральные технократы, за исключением, может быть, пришедшего на смену Сечину Дворковича. Правда, Сечин – давний соратник Путина – похоже, никуда не денется из его ближайшего окружения. Вообще, комментаторы сразу обратили внимание на то, что правительство гораздо более техническое, чем политическое, так что прорывов от него ждать не стоит. На большинство постов, где сменились министры, назначены просто их заместители. Явный политический потенциал и амбиции имеет разве что вице-премьер Рогозин, возможно, первый вице-премьер Шувалов.

Знаковым назначением является новый министр связи и коммуникаций Никифоров, которому еще не исполнилось 30 лет, случай в России небывалый. Он нем хорошо отзываются, оценивая его работу в этой сфере в Татарстане как очень успешную. Выбор его – сигнал протестующим в Москве: обновление идет, пути не закрыты. Но если это кадровое решение – намек на настоящую смену, то другое больше похоже на карикатуру. Олигарх Абызов назначен министром по связям с «открытым правительством», любимой игрушкой премьер-министра Медведева.

Самой большой неожиданностью стало появление в кабинете бывшего депутата Госдумы Мединского – нового министра культуры. Он интересуется историей, о которой написал много книг с разоблачением «иностранной клеветы» на русских и Россию, а также был известен как убежденный сторонник захоронения Ленина и очищения от большевизма в пользу «белой» России. С его появлением Министерство культуры может принять намного более боевой и пропагандистский характер, хотя аппаратный вес этого министра при двух предшественниках Мединского был невелик.

Военное и внешнеполитическое направление не претерпели изменений. Министр обороны Сердюков остался в должности, хотя многие предрекали ему отставку. Путин доволен его настойчивостью в реформировании вооруженных сил, несмотря на то, что Сердюков весьма непопулярен среди военных. Но реформу, очевидно, будут продолжать. О том, что министр иностранных дел Лавров останется, говорили все. В России сегодня нет дипломата, сопоставимого с ним по профессиональным навыкам, опыту и способности точно улавливать и реализовывать линию руководства страны. К тому же ему помогла сирийская коллизия последних месяцев, в которой именно благодаря ему Россия прошла путь от почти «парии» до ключевого игрока большой игры.

Непопулярные бывшие министры, скорее всего, найдут себя в администрации – там они не так на виду, а при этом работа заметная и важная. В целом впечатление двойственное. Это не правительство застоя, но и не кабинет реформ, хотя и премьер, и президент обещают их. Скорее всего, этот состав проработает не более половины путинского срока, а потом – в зависимости от ситуации и на основе наблюдений за министрами – Владимир Путин будет делать выводы о направлениях дальнейшего движения, а, может быть, и о возможных преемниках.

«Потемкинское правительство»

Новое российское правительство, представленное на этой неделе в два этапа после нехарактерно длительного периода ожидания: остается ли в силе обещание Владимира Путина произвести радикальные изменения в кабинете министров, при этом усиливая его власть? С одной стороны, эта перетасовка свидетельствует о том, что Путин стремится показать: он реагирует на уличные протесты с требованиями перемен. С другой стороны – она демонстрирует, что у него нет намерения провести фундаментальную реформу системы авторитарного правления, во главе которой он стоял последнее десятилетие.

Новый кабинет министров, объявленный в понедельник, представляет собой смешение старой гвардии и относительно свежей крови. Три четверти министров были заменены новыми фигурами, в том числе – сторонниками премьер-министра Дмитрия Медведева. Однако президент Путин сохраняет твердый контроль над ключевыми постами в кабинете министров (верные ему люди стали министрами обороны, финансов, экономического развития и энергетики). Кроме того, он назначил своего давнего соратника Игоря Шувалова единственным первым вице-премьером. Бывший помощник президента Аркадий Дворкович и Ольга Голодец, бывший вице-мэр Москвы, были продвинуты до вице-премьера. Компанию на этом посту им также составят Вячеслав Сурков, Дмитрий Козак, Александр Хлопонин и Дмитрий Рогозин – все они считаются членами команды Путина. Среди других направлений реструктуризации стоит отметить появление двух новых портфелей – министра по развитию Дальнего Востока и министра по связям с открытым правительством. В отличие от западных демократий, обсуждения министерских кандидатур в парламенте не было.

Менее чем 24 часа спустя Путин объявил о намерении перевести ряд влиятельных (и порой непопулярных) союзников из правительства в Кремль, где отныне они будут служить его помощниками и советниками. Имея непрерывный доступ «к телу» (Путин), новая кремлевская команда вполне вероятно станет параллельным правительством с центром в администрации президента, которая будет иметь больше власти, чем кабинет Медведева. (Система двойной ответственности напоминает контроль над правительством со стороны Коммунистической партии в советскую эпоху). Восстановление Путиным президентской администрации в Кремле, таким образом, укрепляет его собственную власть (бывший министр финансов Алексей Кудрин сообщил изданию New York Times, что Путин отходит от своего официального тандемного партнерства с Медведевым). Эти шаги также дают основание ожидать сохранения текущего политического курса в большинстве сфер.

Весьма вероятно сохранение курса во внешней политике, хотя и с кадровыми перестановками. Пользующийся авторитетом Сергей Лавров останется во главе Министерства иностранных дел. Однако Сергей Приходько, долгое время являвшийся помощником президента по вопросам внешней политики, последует за Медведевым в кабинет министров, где он станет первым заместителем руководителя аппарата правительства (что является небольшим понижением в статусе). Юрий Ушаков, бывший посол России в США, перейдет в Кремль как главный советник президента по вопросам внешней политики. Эти три человека сыграли большую роль в реализации так называемой «перезагрузки» с Соединенными Штатами.

Между тем, влиятельный Игорь Сечин, которому приписывают сложные отношения с Медведевым (а многие экономические реформаторы демонизируют его как ярого поборника государственного капитализма в связи с его влиянием на энергетический сектор) станет главой «Роснефти» – крупнейшей российской нефтяной компании и ведущего источника налоговых отчислений. Этот переход гарантирует, что он останется ключевым игроком, хотя формально он и не будет работать в структуре правительства. Этот шаг также инициирует борьбу со сторонниками экономического либерализма в правительстве, в частности – с Дворковичем, которому от Сечина переходит пост вице-премьера и министра энергетики. В понедельник Путин склонился на сторону Сечина, подписав указ о предоставлении «Роснефти» и ряду других компаний определенной защиты: согласно его распоряжению, они никогда не могут быть полностью приватизированы. Недавние сделки «Роснефти» с крупными международными компаниям (ExxonMobil, Statoil и Eni), поддержанные Путиным, а также институциональная слабость кабинета министров по сравнению с Кремлем, свидетельствуют о том, что Дворковичу предстоит трудная борьба.

И действительно, независимо от официальных обязанностей свежих лиц в кабинете министров, Путин, по сути, создал «техническое» правительство с минимальным политическим весом. Россией будет, как и в прошлом, управлять сгрудившаяся вокруг Путина элита, не несущая ответственности перед правительством или страной. Вместо правительства, представляющего собой баланс интересов, Путин создал две соревнующиеся между собой команды, причем весьма вероятно, что в конечном итоге его антураж сокрушит окружающих Медведева новичков. Хотя эта формула наверняка эффективна для поддержания статус-кво, маловероятно, чтобы она отвечала уровню экономических, политических и социальных вызовов, стоящих перед Россией.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG