Линки доступности

Выборы с точки зрения IT – это процесс сбора, передачи и обработки информации. Все вроде бы просто, но дьявол как всегда в деталях. На технологические решения для голосования накладывает свои требования особая надежность и устойчивость к вмешательствам, которые необходимы, когда речь идет о политике. Сегодняшняя техносреда – об электронных технологиях голосования.

В 2002-ом году в США был принят федеральный закон под названием Help America Vote Act или сокращенно HAVA («Поможем Америке голосовать»). Он был принят на волне разногласий, возникших после подсчета голосов на президентских выборах 2000-го года. Тогда критика была направлена против продукции компании Diebold. Машины для голосования этой компании были признаны многими экспертами ненадежными. Бюджет, обеспечивающий выполнение HAVA, составил 3,86 миллиарда долларов на несколько лет. Цели законодательства были такими: (а) заменить машины с перфокартами и рычагами, (б) создать комиссию для проведения федеральных выборов, (в) установить стандарты проведения выборов. Подписал HAVA, кстати, победивший на тех выборах Джордж Буш-младший.

В 2004-ом году уже 28,9% зарегистрированных избирателей пользовались машинами так называемой электронной прямой записи или Direct Recording Electronic (DRE).

Что собой представляют машины для голосования типа DRE? Обычный для них интерфейс – это либо сенсорный экран, либо кнопочный ввод. Сенсорный экран многое меняет в тонкостях голосования. Он позволяет отображать фото кандидатов непосредственно на бюллетене, который выводится на экране в момент голосования. Это может особенно сильно влиять на голосование тех, кто лучше воспринимает информацию визуально. Вообще, вопросы визуального и вербального каналов, особенности голосования политически активных женщин – все это любимый «хлеб» политтехнологов, у которых теперь есть шанс влиять на выбор непосредственно в момент его принятия.

Сенсорный экран позволяет выводить бюллетени на иных, кроме английского, языках. В США есть муниципальные округа, например, в которых местное голосование проходит в т.ч. на русском и китайском. Уровень владения английским во многих испаноязычных районах также делает вопрос языка голосования актуальным. Согласно закону об избирательных правах 1965 года, выборы необходимо проводить на различных языках, в зависимости от демографии электората.

Машины типа DRE решают и другую проблему: с ними не возникает нехватки бюллетеней. Но простота процесса голосования порождает и свои сложности. Критика машин компании Diebold, в частности, касалась двух проблем. Во-первых, они не печатали бумажных подтверждений голосования. На этом следует остановиться подробнее, т.к. вопрос подтверждений – ключевой в надежности систем е-голосования.

Надежность выборной системы основывается прежде всего на проверяемости результатов голосования независимым способом. Системы голосования DRE в теории позволяют относительно дешево решить это проблему. По бумажной копии голоса избиратель всегда мог бы обратиться к базе данных и подтвердить правильность подсчета своего голоса. Это же могла бы проверить независимая организация уже относительно голосования в целом на данном участке или даже в графстве или штате. Для этого достаточно было бы опросить репрезентативную выборку избирателей с бумажными подтверждениями. Таким образом, контроль над сбором и подсчетом голосов переходит от государства к неправительственным организациям и непосредственно гражданам. Бумажные подтверждения голосов как раз и были введены стандартами HAVA. Их принятие – совершившийся факт во многих (но не во всех) штатах.

Казалось бы, что может быть лучше. Но тут есть детали, а в них, как часто бывает, дьявол. Дело в том, что государство и другие силы в обществе получают таким образом возможность регистрировать, как голосует тот или иной избиратель. Выборы лишаются анонимности, а это серьезная угроза демократии. Решение этой проблемы – в применении криптографических технологий, позволяющих подтверждать информацию без ее раскрытия. Подходящие алгоритмы существуют, и они доказали свою эффективность в других областях. Если их удастся ввести в практику выборов и доказать их надежность, станет возможным подтверждать результаты выборов, сохраняя анонимность. Более того, те же алгоритмы потенциально делают возможным интернет-голосование. А пока машины DRE располагаются на выборных участках.

Вторым существенным недостатком прежних машин эксперты называли их уязвимость для перезаписи результатов подсчета. Проблема подтасовки результатов также разрешима, если применять защищенные протоколы передачи данных и обеспечить поэтапный независимый контроль подсчета голосов.

В заключение отмечу две особенности электронных технологий голосования. Первая заключается в том, что эти системы трудно отлаживать. Они используются редко – не чаще одного раза в год. Таким образом, риски и возникающие проблемы приходится моделировать, а не бета-тестировать. Вторая особенность касается не только этих технологий, но и многих других сфер IT. Открытые алгоритмы и в особенности открытый код означают высокое качество и высокую надежность. В случае электронных технологий голосования здесь приходится находить баланс между защищенными частями алгоритма и теми, по поводу которых все должны иметь возможность убедиться: они работают надежно и считают правильно.

Другие статьи Д. Крылова читайте здесь

XS
SM
MD
LG