Линки доступности

Вадим Репин: невозможно сделать политический стейтмент, играя концерт Брамса

Определение, вынесенное в заголовок, придумано не мной – это из берлинской газеты Tagesspiegel. Кто-то с таким распределением мест на музыкальном Олимпе может и не согласиться, но то, что Вадим Репин выдающийся музыкант – бесспорно.

«Действительно лучший, самый совершенный скрипач, из тех, которых я слышал!» – так характеризовал его Иегуди Менухин – сам один из величайших музыкантов 20 века.

Вадим Репин выступает со многими знаменитыми оркестрами мира, его партнерами в разных концертных программах становились замечательные исполнители, такие как Марта Аргерих, Юрий Башмет, Михаил Плетнев, Николай Луганский, Евгений Кисин, Борис Березовский...

На лучших музыкальных сценах Репин дает более 100 концертов в год, и все расписано на много месяцев вперед.

Мы были знакомы и пересеклись в Москве. Под моросящим мелким не то дождем, не то снегом провели короткую фотосессию и договорились записать интервью по телефону. Через неделю созвонились, и вот такой разговор у нас вышел.

Сергей Москалев: Вадим, помню, в конце 2009 года – после концерта в вашингтонском Кеннеди-Центре – мы разговаривали у вас в гримерной. Прошло три года. Какие знаковые события произошли в вашей жизни за это время?

Вадим Репин: Для артиста каждый концерт – это знаковое событие. Например, два дня назад в Париже я играл целый цикл из музыки Шостаковича с Валерием Гергиевым. Знаковое событие?

Сейчас я в Лондоне. Здесь начало Года русской культуры в Англии. В Королевском фестивальном зале я выступаю совместно с оркестром Федосеева. Будут, конечно, и другие проекты, но каждый концерт для меня чем-то памятен, вызывает какие-то особые эмоции, и каждый по-своему – самый важный на сегодняшний день.

С.М.: В одной из бесед вы обмолвились, что в музыке, в творчестве у вас есть своя линия. О чем речь?

В.Р.: Это не совсем моя линия, то есть как любой другой музыкант, я следую своим принципам. Например, в зависимости от эпохи написания произведения я изображаю это, как считаю нужным, но мне кажется, очень важно быть последовательным и честным перед самим собой. Во имя успеха не стоит делать каких-то вещей, которые идут в разногласие с партитурой.

С.М.:

Когда я задал вопрос о знаковых событиях в вашей жизни, вы как-то поскромничали, говорили только о концертах и не упомянули вот что:

в феврале 2010 года Вадим Репин стал лауреатом премии Victoire d'honneur – самой престижной музыкальной награды Франции, она присуждается за вклад в музыкальное искусство…

В.Р.: А да, во Франции…

С.М.: Также в 2010 году Репин удостоен звания кавалера Ордена искусств и изящной словесности (Франция). Далее – музыкальная премия Эдисона. Был также документальный фильм, выпущенный на баварском телевидении, «Вадим Репин – волшебник звука».

В.Р.: Как вы замечательно приготовились, помните больше меня…

С.М.: Ну, видимо, я даже что-то еще и не назвал...

В.Р.: Дело в том, что все мое внимание сосредоточено на настоящем дне. Сегодня – концерт Чайковского в Бирмингеме, в Лондоне. А в Ливерпуле, кстати, у меня будет премьера: исполнение концерта Анджея Пануфника – это польский композитор, новый в моем репертуаре. Вот что в первую очередь всплывает в моей памяти.

С.М.: Вы играете примерно 100 концертов в год по всему миру, фактически с 15 лет живете за границей. Но уже в том нашем, трехлетней давности, интервью говорили, что все больше вас тянет в Москву. Как обстоят дела сейчас, где вы?

В.Р.: Да, с нашей последней встречи, можно сказать, я и живу в Москве – уже более пяти лет, и в Москве находится главный в моем сердце магнит, и Москва для меня – самая важная точка на планете.

С.М.: А что вас связывает с Соединенными Штатами?

В.Р.: Со Штатами, как и с другими странами и континентами, меня связывает искусство – и прежде всего фантастические ансамбли, оркестры, музыканты. И каждый раз совместное музицирование приносит мне невероятную радость и счастье, и в памяти остаются совершенно замечательные воспоминания от каждого концерта в Америке.

С.М.: Из ваших рассказов я знаю, что вы однажды – так получилось – играли в Штатах в главном зале страны – Карнеги-холле – с Валерием Гергиевым концерт Чайковского, играли без репетиции. Часто случаются такие экстремальные обстоятельства?

В.Р.: Вы знаете, это для меня один из маленьких рекордов Гиннеса, когда я за один вечер сыграл два концерта в двух, можно сказать, не самых последних залах этой планеты. Первое отделение – концерт Брамса я сыграл с Нью-йоркской филармонией в Эвери-Фишер-холле, а второе отделение у меня уже было в Карнеги-холле, и там был концерт Чайковского с Валерием Абисаловичем. Этот случай отнюдь не говорит о неуважении к профессии – выхода другого не было. Но, кстати, играли не совсем без репетиции. Дело в том, что мы за несколько дней до этого этот же концерт тем же составом играли в Европе, а в Нью-Йорке повторили ту же программу.

С.М.: Концертное расписание у вас составлено на годы вперед, но выбор репертуара – за вами… А кто пригласил вас в Сочи, на Олимпиаду, с какой программой?

В.Р.: В Сочи был концерт, посвященный открытию Олимпийских игр. Концерт был для глав государств, по приглашению президента России Владимира Путина. И были мы там в очень теплой дружеской компании: Юрий Башмет, Игорь Бутман, Денис Мацуев. За несколько часов до официальной церемонии открытия мы представили небольшую программу классической и джазовой музыки.

С.М: В соцсетях я прочел довольно едкие комментарии к фотографиям, где в кадре вы, Захарова, Гергиев, Башмет, Бутман вместе с Путиным. Одни из самых язвительных отзывов, что вы, мол, подыгрываете режиму, присоседились к власти, ну и так далее… Какие у вас лично отношения с властью, что бы вы могли сказать в ответ на столь «доброжелательные» в ваш адрес комментарии?

В.Р.: Это та тема, которая меня мало занимает – к таким комментариям я не отношусь серьезно. Сколько людей, столько и мнений. Ну и слава Богу, и все в порядке.

Я должен сказать вот о чем: в России 2014 год – это не только год Олимпиады. Это и год культуры. Столько знаковых потрясающих фестивалей и культурных программ по всей стране – не только в Москве, не только в Петербурге, но и в Казани, в Перми, в Красноярске… В родном мне Новосибирске впервые пройдет Транссибирский арт-фестиваль.

С.М.: Вы упомянули о Транссибирском арт-фестивале, но я позволю сначала задать вам еще один вопрос, в продолжение предыдущего, а потом мы уже более подробно поговорим о фестивале в Новосибирске. Как вам видится идеальная форма сосуществования художника и власти?

В.Р.: Очень философский вопрос – для отдельной дискуссии. К такому вопросу надо было бы специально готовиться.

Существовать – сосуществовать… Знаете, искусство в принципе, и музыка в первую очередь – аполитичны. Невозможно, играя, скажем, концерт Брамса, сделать политический стейтмент. Мы занимаемся совершенно другими вещами. Но люди, которые добились уважения и успехов в своей профессии, почему они не могут выбирать свою политическую позицию? Это, правда, не значит, что туда нужно вести свое творчество: или ты политик, или ты музыкант.

С.М.: Теперь о Транссибирском арт-фестивале. Вы и продюсер, и организатор, и участник. Как и почему придуман этот фестиваль, не дань ли это некой моде? У Гергиева свой фестиваль, у Мацуева…

В.Р.: О многом можно сказать, что это дань. Но мне не нравится такая формулировка. Мне кажется, наш фестиваль – это праздник, который мы устраиваем для нашей публики. Да, Новосибирск – мой дом, где я родился, где вырос, где во многом сформировался мой характер. Первые 17 лет жизни там прошли, самые главные годы моего обучения. И мама моя до сих пор живет в Новосибирске. Я всегда буду чувствовать свои корни, для меня Новосибирск – это отправная точка.

С.М.: В каком зале будет в основном проходить фестиваль?

В.Р.: В прошлом году в Новосибирске закончили строительство нового концертного зала для нашего симфонического оркестра. Зал замечательный, оркестр фантастический (Новосибирский академический симфонический оркестр – С.М.), он был основан еще 50 лет назад Арнольдом Михайловичем Кацем – нашим великим дирижером. Маэстро всю жизнь посвятил Сибири, Новосибирску, и его можно назвать отцом той музыкальной культуры, что до сих пор живет и процветает в Новосибирске. В городе четыре музыкальных лицея, хореографическое училище, прекрасная консерватория, оперный театр. Сейчас – вот, новый концертный зал. И потрясающая публика. Мне кажется, что у нас может получиться интересное праздничное событие – фестиваль.

С.М: Да, я видел программу. Фестиваль международный. Вы приглашаете музыкантов из разных стран. Кто из ваших американских друзей примет в нем участие?

В.Р.: Открывать фестиваль будет Кент Нагано – потрясающий дирижер современности. Мне кажется, это большая удача, что он нашел для нас время и прилетит в Новосибирск. Приедут многие мировые звезды: Валерий Гергиев, Ольга Бородина, Николай Луганский, Марио Брунелло и многие другие.

С.М.: Насколько я знаю, там состоится и музыкальная премьера – скрипичный концерт Биньямина Юсупова, и выступление блистательной балерины – вашей жены Светланой Захаровой. У вас ведь с ней совместный проект?

В.Р.: Уже не секрет – мы одно целое со Светланой. И нам не раз поступали предложения выступить вместе. Мы долго от этого отказывались, но в итоге решили попробовать. Произошло это прошлым летом на фестивале в Швейцарии. Сделали небольшую совместную программу. То есть я не просто аккомпанирую. Мои музыкальные интерпретации должны быть ответом на тот посыл, который Светлана и ее партнеры задают своим движением, и наоборот. Это диалог движения и музыки, мы его так и назвали – «Па-де-де для пальцев и на пальцах». Мы оба находимся на одной сцене, и вот этот наш диалог является ключом программы.

С.М.: А с Юсуповым?

В.Р.: Я очень рад, что он успел вовремя закончить скрипичный концерт, мы уже с ним встречались в Париже, репетировали, и получается что-то особенное. Этот концерт из шести частей, где мне предстоит пребывать, так сказать, на разных континентах: я там представляю и индийскую музыку, и совершенно ранние мелодии 16 века, должен быть и цыганским скрипачом, и джазовым импровизатором и так далее. Я очень жду этой премьеры: необычное произведение, интересное и потрясающее. И каждая часть являет собой какое-то перерождение в скрипке.

С.М.: Мы шли с вами по Новому Арбату в Москве, у вас за плечами был футляр с той самой скрипкой?

В.Р.: Да, скрипка Гварнери дель Джезу 1735 года. Сделана поистине великим мастером из семейства Гварнери. Когда-то скрипач Бродский на ней исполнил премьеру концерта Чайковского – вот такая важная история в ее родословной.

С.М.: И вы с таким футляром на плече? Парадоксально, но где-нибудь вас запросто могли бы принять за человека с ружьем, скажем, сегодня в центре Киева…

В.Р.: Нет-нет… Я все-таки выгляжу человеком другой профессии.

Киев… Несколько лет назад я выступал там. Замечательный город. Помню, какая там потрясающая публика, залы. Сегодня я могу только сопереживать. Смотрю новости, фотографии. Очень печально, жутко, и сердце обливается кровью и слезами.

Смотрите также фотоблог «Скрипач и скрипка»

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG