Линки доступности

Президент США Барак Обама в субботу казалось бы вплотную приблизился к реализации одного из своих главных внешнеполитических приоритетов – ратификации договора о дальнейшем сокращении ядерных вооружений СНВ или, как его называют в Америке – START. В четверг в Сенате США бурно обсуждали, что повлечет за собой этот договор – укрепление ядерной стабильности – или опасное ослабление обороны США, пишет The New York Times. Но и в субботу до голосования дело не дошло.

После нескольких месяцев сопротивления оппонентов Обамы, девять республиканцев, среди них Джон Маккейн и Линдси Грэм (Lindsey Graham), поддержали в среду демократов, предложивших вынести вопрос о ратификации на голосование в нынешнем составе Сената. Но эту процедурную меру поддержали всего 66 сенаторов. Не хватило всего одного голоса для того, чтобы получить большинство в две трети и вынести договор на окончательную ратификацию.

Белый дом и демократическое руководство в Сенате выразили уверенность в том, что им удастся набрать 67 голосов, необходимых для ратификации СНВ, когда дело дойдет до окончательного голосования.

Ратификация договора, судьба которого была далеко неоднозначна до последнего времени, стала бы важной победой для Белого дома. Новый договор СНВ — это не просто важный договор о разоружении. В трактовке администрации договор по СНВ является системообразующим компонентом российско-американской «перезагрузки» и стимулом для углубления сотрудничества России и США.

Первый день дискуссий выявил, что республиканцы вполне могут проголосовать за ратификацию Договора по СНВ, но лишь поле внесения поправок в договор, подписанный президентами Бараком Обамой и Дмитрием Медведевым в Праге в апреле этого года. Демократы решили не вносить поправок в преамбулу, говорящую о связи противоракетной обороны с наступательными вооружениями, чем, возможно, подписали ратификации смертный приговор.

Проголосовав против поправок, предложенных сенатором Джоном Маккейном, демократы разъярили ведущих республиканских сенаторов, и в воскресенье большинство недосчиталось необходимых 67 голосов, необходимых для ратификации СНВ.

Администрация имела все шансы для успешного голосования по СНВ в Сенате, заручившись поддержкой республиканцев, которые после долгих дебатов и сомнений, похоже, были готовы согласиться перейти к последнему этапу утверждения договора с Россией. Но по сообщению ряда СМИ, республиканцы были также разочарованы голосованием, отменившим политику «Не спрашивайте, не говорите» (Don’t Ask, Don’t Tell).

Этот закон позволял гомосексуалистам и лесбиянкам служить в армии, открыто не афишируя свою ориентацию. Теперь, после отмены закона, они смогут служить, не скрываясь. Республиканцы хотели, чтобы голосование происходило не в сенате созыва 2008 года в ходе сессии так называемой «хромой утки», а в новом Сенате созыва 2010 года, где у них будет больше голосов.

Надо признать, что благодаря «перезагрузке», Москва и Вашингтон действительно расширили сотрудничество, о чем свидетельствует поддержка Россией санкций Совета Безопасности ООН по Ирану, аннулирование контракта на продажу ракет С-300 иранским аятоллам и соглашение о транзите военных грузов в Афганистан через территорию и воздушное пространство России.

Немаловажно и то, что на саммите НАТО, прошедшем в конце ноября в Лиссабоне, страны НАТО достигли соглашения с Россией о сотрудничестве в области противоракетной обороны, при которой российская ПРО может войти в партнерские взаимоотношения с создающейся ПРО НАТО.

Администрация Обамы отвергла опасения некоторых республиканцев, и прежде всего сенатора из Огайо Джорджа Войновича (George Voinovich), по поводу того, что новый договор СНВ вызовет недовольство и тревогу у союзников из Восточной Европы.

Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен, заметил после саммита, что задержка ратификации может повредить обстановке с безопасностью в Европе. А лидеры стран, граничащих с Россией (в том числе Латвии, Литвы и Польши) активно высказывались в поддержку договора.

Свою роль тут сыграло и то, что договор СНВ поддерживает Польша. После встречи президента Обамы с польским президентом Брониславом Коморовским, глава РП заявил, что ратификация нового договора СНВ станет «вкладом в лучшее и безопасное будущее».

С другой стороны главным основанием для ратификации договора в Сенате должны стать доказательства его преимущества с точки зрения национальной безопасности США. У республиканцев были и есть законные основания беспокоиться, которые необходимо было рассмотреть, а не отвергнуть, в процессе ратификации.

Во-первых, необходимо снять озабоченность по поводу модернизации ядерного арсенала, так как сокращение численности ядерных войск делает модернизацию соответствующей инфраструктуры еще более насущной задачей.

Во вторых, Сенат должен дать понять, что ратификация договора не воссоздаст существовавшей во времена холодной войны связи между наступательными вооружениями и ПРО. Представители администрации заверяют, что такой связи на самом деле нет, однако настораживает тот факт, что текст преамбулы к новому СНВ и одностороннее заявление Москвы признают наличие «взаимной зависимости» между ПРО и наступательными вооружениями. Сенаторы-республиканцы хотели официально отменить эту увязку.

Сегодня Россия и Запад оказались перед лицом серьезных общих вызовов, которым возможно противостоять только объединив усилия. Это и борьба с террористической угрозой, и предотвращение возможности ядерного терроризма со стороны стран-изгоев, и экономическая стабильность. Выстраивание нужного баланса интересов для развития такого сотрудничества (как бы не закончился триллер с ратификацией СНВ) станет вызовом для Вашингтона и Москвы в 2011 году.

Ариэль Коэн, ведущий эксперт Фонда «Наследие» по вопросам России, Евразии и международной энергетической политики

  • 16x9 Image

    Ариэль Коэн

    Директор-основатель Центра энергии, природных ресурсов и геополитики (CENRG) Института анализа глобальной безопасности, и Директор International Market Analysis – компании, занимающейся развитием бизнеса и политическими рисками в области энергии и природных ресурсов. Ариэл Kоэн учился в Гарвардском университете и получил степень магистра и докторат во Флетчерской школе дипломатии и права (Университет Тафтс).

XS
SM
MD
LG