Линки доступности

Новая военная стратегия США: планы и реалии


Леон Панетта

Леон Панетта

Российскую сторону в «Поединке» представляет Федор Лукьянов – главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», член президиума Совета по внешней и оборонной политике, американскую сторону - Дональд Дженсен, аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Взгляд из Москвы:
С Азией, но без НАТО – новая военная стратегия США



Взгляд из Вашингтона:
Ослабление США или адаптация к новым реалиям?



С Азией, но без НАТО – новая военная стратегия США

Сокращение расходов на военные нужды, объявленное Бараком Обамой, не стало сенсацией. Об этом говорят давно, и ситуация с государственным долгом США является наиболее наглядным доказательством того, что поддерживать прежний уровень трат на глобальное лидерство просто невозможно. Поэтому приходится делать выбор, и совершенно правы те, кто, как, например, Збигнев Бжезинский, обращают внимание на жертвы, которые придется принести, отказавшись от активной поддержки ряда стран.

Однако не факт, что это станет аргументом, который перевесит желание «сосредоточиться». Общественные настроения в США явно меняются, поддержка активного интервенционизма снижается, согласно опросам. Символичен относительный успех на республиканских праймериз Рона Пола, откровенного изоляциониста. Так что даже если на президентских выборах победит кто-то из тех, кто критикует Обаму за сокращения, ему тоже придется принимать во внимание объективные условия.

Смещение приоритетов в направлении Азии тоже вполне ожидаемо, и этот факт немаловажен для России. Перенос основной военно-политической активности в эту часть мира, особенно в Азиатско-Тихоокеанский регион, означает заметное изменение глобальной повестки дня, что повлияет и на характер отношений России и США. В Евро-Атлантике, которая до сих пор была основной стратегической площадкой, отношения двух бывших соперников по холодной войне оставались в плену инерции противостояния, несмотря на уже десятки раз повторенные заверения, что оно осталось в прошлом. И логику изменить невозможно, хотя вся ситуация изменилась до полной неузнаваемости.

В Азии такого нет. Во-первых, и России, и Америке предстоит заново формулировать свои подходы к этому региону. Для Москвы ситуация совсем новая, потому что у нее нет опыта общения с Китаем, который сильнее ее. Да и для Соединенных Штатов непривычно, когда страны АТР сомневаются в дееспособности Америки как патрона.

Предстоит выстраивать новую систему балансов и противовесов. Россия пока не рассматривается как фактор в Азии. В недавней статье Хиллари Клинтон, в которой госсекретарь очерчивает контуры азиатской стратегии на будущее, Россия не упоминается ни разу. Это недальновидно. Даже если Москва не будет прилагать никаких усилий по укреплению своих позиций в этой части мира, будет играть роль сам факт ее присутствия там. Тем более что, судя по всему, Россия все-таки нацелена на другое – о выработке комплексной политике в Азии заговорили в последние годы весьма активно, и это отражение острой необходимости. Москва просто не может больше себе позволить не иметь такой политики. И по внешним, и по внутренним причинам.

Я считаю, что общая задача выработки подхода к Китаю может заставить Москву и Вашингтон искать новые точки соприкосновения, интересы не противоположны, во всяком случае не во всем. Едва ли Россия и США станут союзниками в Азии, но они не обречены быть противниками.

Вторая составляющая перемен – утрата НАТО роли ведущей организации в стратегии США. Европа не представляет собой глобальной военно-политической силы, и уже не будет представлять. Америка рассчитывает приспособить Европу для решения локальных проблем по ливийскому сценарию, однако не факт, что это получится, европейцы и так исчерпали чуть ли не все ресурсы на ту кампанию. В любом случае операции будет проводиться формально под эгидой НАТО, но, по сути, станут акциями конкретных государств. Что же касается операций в отдаленных от зоны ответственности местах, США, вероятно, будут искать других опорных союзников, отдельно для каждой миссии. Идеи Рамсфельда о «коалиции добровольцев» пережили своего автора.

Возможно, снижение значимости НАТО смягчит традиционную паранойю, которая существует в России относительно этого «агрессивного блока». Впрочем, психоз он тем и характерен, что зачастую не зависит от объективной реальности. Так что Россия может остаться единственной страной, где к Североатлантическому альянсу будут относиться с полной серьезностью.

Ослабление США или адаптация к новым реалиям?

5 января президент Обама объявил о планах по серьезному изменению размера и амбиций вооруженных сил США, в связи с чем расходы на оборону в ближайшее десятилетие будут сокращены на 500 миллиардов долларов. Администрация предложила сократить численность сухопутных войск и морской пехоты. Этот план также предусматривает потенциальное сокращение стратегических ядерных сил США и заморозку или отмену производства ряда дорогостоящих систем вооружений. Президент Обама подчеркнул, что подобные меры не означают отказ США от роли единственной мировой сверхдержавы, но позволят стране сконцентрировать усилия на развитии более компактных и современных вооруженных сил. Дополнительные сокращения вызваны необходимостью снижения расходов на оборону, которая стала очевидной после того, как «суперкомитет» Конгресса так и не смог утвердить план сокращения бюджетного дефицита США в долгосрочной перспективе. И хотя президент обладает значительной свободой действий при определении стратегических военных приоритетов, конкретные сокращения должен утвердить Конгресс.

Последствия таких сокращений, в случае их принятия, будут огромными.

Во-первых, у Соединенных Штатов будет недостаточно военнослужащих для одновременного ведения двух наземных войн, что долгое время являлось принципом военной стратегии США. Вашингтону также наверняка придется отказаться от дорогостоящих наземных войн и последующего восстановления стран, подобных недавно завершенным в Ираке и Афганистане кампаниям.

Во-вторых, в соответствии с этим планом США перенаправят усилия в Азиатско-Тихоокеанский регион для сдерживания растущего напора и военного влияния Китая, а также непредсказуемых действий Северной Кореи. Американские власти также объявили о намерении сохранить значительное присутствие на Ближнем Востоке, где отношения с Ираном ухудшаются.

В Европе, где США будут вынуждены сократить свой 80-тысячный контингент, союзникам Вашингтона предстоит напрямую испытать последствия смены стратегических приоритетов Соединенных Штатов. Недавняя военная операция НАТО в Ливии, после которой заговорили о том, что Европа начинает брать на себя ответственность за безопасность в своем регионе, на деле сильно зависела от американских военных. Численность действующих военнослужащих Евросоюза выше, чем в США, а совокупные военные расходы ЕС превышают оборонные бюджеты России и Китая.

Однако Евросоюз использует эти средства и военнослужащих неэффективно. Министр обороны Великобритании Филип Хэммонд, выступая в Вашингтоне перед Атлантическим советом в тот же день, когда Обама озвучил свой новый план, выразил сомнение в способности ЕС эффективно координировать деятельность с НАТО. Кроме того, предложенное сокращение оборонных расходов США, весьма вероятно, негативно скажется на уверенности государств Центральной и Восточной Европы, соседствующих с по-прежнему непредсказуемой Россией, в готовности Вашингтона обеспечивать их безопасность.

Хотя мало кто из экспертов готов оспаривать необходимость тщательного аудита запросов Пентагона, Wall Street Journal заключает, что реально планы администрации Обамы будут восприняты, как желание сократить мировое лидерство США. Можно сделать вывод, что именно поэтому Белый дом не желал в прошлом году брать на себя инициативу на Ближнем Востоке – будь то умиротворение иранских мулл или учет позиции Владимира Путина по Ливии и Сирии. Инициатива администрации снизит размер и боеготовность американских вооруженных сил, и ослабит их доминирующую роль в по-прежнему полном опасностей мире. Поэтому претенденты на выдвижение в президенты от Республиканской партии, Митт Ромни и Рик Санторум, предложили увеличить оборонные расходы и раскритиковали предложенные сокращения.

Помимо прочего, предложения Пентагона играют на руку распространенным, опасным и извращенным рассуждениям на тему о геостратегических последствиях сокращения влияния США, которые все чаще звучат в мировых столицах. Как отмечает Збигнев Бжезинский в свежем выпуске издания Foreign Policy, лидеры таких мировых держав, как Индия, Япония, Россия, а также ряд других европейских стран уже начинают оценивать последствия потенциального ослабления Соединенных Штатов для их национальных интересов, и предпринимать соответствующие шаги. Бжезинский также весьма справедливо, на мой взгляд, пишет, что в таком мире маловероятно наличие одного доминирующего преемника – даже если учесть усиление Китая. Более вероятным результатом возможного ослабления мирового влияния США следует считать международную неопределенность, рост напряженности и даже полный хаос.

В любом случае, несмотря на текущие проблемы США, мне представляется маловероятным, чтобы экономический, политический и (по крайней мере, на настоящий момент) военный спад Америки был в абсолютном выражении сравним с укреплением влияния других стран. Предложения администрации Обамы по адаптации к новому миру за счет концентрации на методах кибервойн и использовании беспилотников вполне в состоянии компенсировать большую часть сокращений на других участках. И тем не менее, как точно отметил американский политический комментатор Чарльз Краутхаммер, «упадок – это сознательный выбор». Посмотрим, согласятся ли с выбором Белого дома участники предстоящих дебатов о национальной безопасности США в Конгрессе.
XS
SM
MD
LG