Линки доступности

Почему в Вашингтоне не предвидят новой «перезагрузки»?

Несмотря на многочисленные попытки улучшить отношения США с Россией, руководство обеих стран натолкнулось на препятствия, которые в текущий исторический момент преодолеть оказалось невозможно.

Вопрос о том, почему отношения ведущих мировых держав оказались на такой стадии развития, рассматривается в книге «Лимиты в партнерстве: американо-российские отношения в 21 веке», которую написала директор Центра Евразии, России и Восточной Европы Университета Джорджтаун Анджела Стент.

Во вторник выводы Стент при большом скоплении публики презентовали в Институте Брукингса в Вашингтоне.

На последнем витке отношений российско-американское взаимное напряжение характеризовалось, по мнению Анджелы Стент, тремя «С»: Сноуден, Сирия и Сочи.

По последним двум пунктам США и Россия сотрудничали и соревновались одновременно, отмечает Стент, подчеркивая, что в американские СМИ, освещая это взаимодействие, отличились «подчеркнуто негативным подходом к освещению подготовки Олимпиады».

Сноуден, по слова Стент, стал для президента Путина «показательным пунктом для демонстрации того, как в России уделяют внимание проблеме свободы слова».

Перезагрузку! Четыре раза!

В своей книге Анджела Стент приводит примеры четырех эпизодов «перезагрузки» в американо-российских отношениях, которые, приводя к временным потеплениям, качественно не изменили содержания двустороннего взаимодействия.

Первый «заход» «перезагрузки» произошел, по мнению Стент, во времена президентства Джорджа Буша, потом была «перезагрузка» при Билле Клинтоне, основанная во многом, на личных отношениях Клинтона и Ельцина. Третья «перезагрузка», по мнению Стент, произошла по инициативе российского президента Путина после трагедии 11 сентября 2001 года в США, когда Путин выступил с поддержкой антитеррористических усилия США, а президент Буш, по его собственному выражению, «увидел в глазах российского президент его душу».

Проблемой третьей «перезагрузки» при этом Стент называет тот факт, что Путин надеялся построить «равные отношения неравных сторон».

Президент Института Брукингс так комментирует эту ситуацию : «Наши интересы были несовместимы. Во время каждой перезагрузки мы переживали период самообмана... Лидеры обеих стран предпочитали думать, что в интересах США и России есть фундаментальная совместимость».

Четвертой, самой недавней «перезагрузкой», американо- российские отношения, по словам Стент, во многом обязаны хорошим личным отношениям президентов Обамы и Медведева.

В целом, по мнению Анджелы Стент, в американо-российских отношениях, личные отношения между президентами всегда имели «непропорционально большое влияние» на динамику этих отношений.

«На сегодняшний день у России и США несходные представления о том, какими должны быть двусторонние отношения. – подчеркивает Стент. – Россия представляет себя как альтернативу США, альтернативу Европе в качестве центра мирового влияния... Российское руководство также позиционирует Россию как своего рода альтернативную Западу цивилизационную модель».

Путин, рейтинг и переодевания

Российское руководство, в выкладках западных аналитиков, только формально имеет форму множественного числа. По умолчанию, разговор о стиле руководства Россией подразумевает стиль руководства ее лидера – Владимира Путина, рейтинги которого по слова директора Центра США и Европы Института Брукингс Фионы Хилл падают.

«Но даже такие цифры падающих рейтингов привели бы наших политиков в экстаз, – подчеркивает Хилл. – Проблема состоит разве что в том, что Путин в отсутствии политического соревнования соревнуется сам с собой, а это непростая задача – постоянно себя улучшать, и даже с течением времени не проигрывать молодому себе.

«Он мастер публичного переодевания. Он представал перед нами в самых разных образах, пытаясь решить эту проблему политической самоактуализации», – говорит Фиона Хилл.

Журналист газеты The New York Times, один из авторов книги «Рост Кремля: путинская Россия и конец революции», Питер Бейкер считает что в России «Путин пользуется поддержкой большинства населения».

«Это страна, которая хочет, чтобы ей управляли так, как ей управляют сейчас...
Нам, возможно, никогда не удастся их понять», – заключает Бейкер.

«Авторитаризм – как танго. Его «танцуют» вдвоем – авторитарный лидер и управляемый им народ», – добавляет Строуб Тэлботт.

Особая роль России

«Россия сегодня, судя по всему, твердо нацелена на то, чтобы выковать себе роль отдельной, альтернативной силы, – продолжает Стент. – Наследие прошлого преодолеть оказалось сложнее, чем предполагалось, поэтому в ближайшем будущем нам лучше было бы избежать дополнительных перезагрузок».

Одним из главных выводов, который Анджела Стент делает в своей книге, является призыв к реалистичной оценке и воплощению в жизнь американской политики в отношении России.

Она использует для сегодняшних двусторонних отношений России и США термин «порционной политики» или политики «а-ля-карт», в которой повестка дня строится на политических вопросах «по выбору», которые в данный момент стороны могут решить в процессе взаимодействия.

«Сейчас лучше сделать шаг назад и сфокусироваться на решении конкретных прагматичных вопросов. –резюмирует Стент. – Мы не можем оказать особого влияния на то, что происходит в России. Мы должны умерить наши ожидания».
  • 16x9 Image

    Юлия Савченко

    Журналист-международник cо стажем работы в России, Центральной Азии, Великобритании и США. На Русской службе "Голоса Америки" - с 2010 года. Освещает темы политики, международных отношений, экономики, культуры. Автор и ведущая программы «Настоящее время. Итоги»

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG