Линки доступности

Главред Colta.ru Мария Степанова: наш сайт будет существовать без помощи государства, без хозяев и инвесторов, только на средства общества

«Худшее, что сейчас произошло – то, что принято называть "гребаной цепью", то есть все эти цепочки сокращений в медиа пространстве – за этим, скорее всего, не стоит какая-то единая злая воля – какой-то страшный Путин, или страшный Володин (первый заместитель главы администрации президента Вячеслав Володин, которого в СМИ называют "новым Сурковым" – М.Г.), который топает ногой и кричит "все немедленно запретить!"», – сказала в интервью Русской службе «Голоса Америки» Мария Степанова, главный редактор независимого российского интернет-издания Colta.ru, освещающего современное искусство и культуру. – Мне кажется, что, как говорится, на местах идет какая-то невидимая волна, и люди начинают больше жалеть деньги, больше заботиться о последствиях. Проще говоря, бояться – и этот страх далеко опережает любое начальственное указание. Люди принимают превентивные меры до того, как что-нибудь начнется. У них есть какой-то локатор, который чувствует беду».

Фраза «гребаная цепь» стала крылатой благодаря Филиппу Дзядко, бывшему главному редактору журнала «Большой город», а ныне соведущему программы «Дзядко3» на телеканале «Дождь». Комментируя уход со своего поста гендиректора «Коммерсанта» Демьяна Кудрявцева, Дзядко назвал эту отставку одним из «звеньев гребаной цепи» – череды увольнений в номинально независимых российских печатных СМИ, которые многие журналисты воспринимают, как «зачистку медийного пространства». За точку отсчета принимается увольнение в декабре 2011 года главреда журнала «Коммерсантъ-Власть» Максима Ковальского из-за публикации фото испорченного бюллетеня с надписью «Путин, иди на х...». Затем ушел Кудрявцев, сам Дзядко покинул пост главреда «Большого города», ушел из «Коммерсанта» журналист Олег Кашин, был закрыт журнал Citizen K и сначала переформатирован, а затем и вовсе закрыт сайт OpenSpace, закрыта «Русская жизнь», уволились главный редактор «Газеты.ру» Михаил Котов и главред «Коммерсантъ FM» Алексей Воробьев. Некоторые называют «звеном гребаной цепи» и перемены на радио «Свобода», чью новую редакцию возглавила Маша Гессен, покинувшая журнал «Вокруг света» в связи с отказом освещать знаменитый полет Владимира Путина со стерхами.

По мнению Максима Ковальского, «вымываются, удаляются, отстраняются от руководства СМИ люди, которые, по мнению каких-то там хозяев, являются оппозиционерами». Впрочем, как отметил журнал «Большой город», давая определение «гребаной цепи», разговоры о том, считать ли ту или иную отставку, закрытие или просто неприятность в медиасреде очередными ее «звеном», «всегда перерастают в бурные споры и даже склоки». «Фразеологизм подходит к практически любым событиям российской истории – от Октябрьской революции до закрытия Черкизовского рынка», – добавляет «БГ».

В последнее время, «неприятности» коснулись и некоторых СМИ, которые прежде считались мэйнстримом. Так, с претензией к «Московскому Комсомольцу» выступил вице-спикер Государственной думы единоросс Сергей Железняк. В то же время, продолжают работать оппозиционно настроенные журнал New Тimes и «Новая газета», радио «Эхо Москвы», многочисленные, хотя и менее известные сайты.

По мнению председателя Союза журналистов России Всеволода Богданова, сегодня на медийном пространстве РФ одной из главных проблем является то, что «практически ни одно СМИ не может правовым способом стать экономически независимым». Мария Степанова считает, что возглавляемый ею сайт Colta.ru нашел решение этой проблемы.

«Единственное общественное СМИ в России»

Colta.ru позиционирует себя, как «единственное общественное СМИ в России». «Это значит, что наш сайт будет существовать без помощи государства, без хозяев и инвесторов, только на средства общества, – говорится в сообщении редакции. – Он совершенно независим и обещает именно так работать на своей территории – территории культуры и духа времени».

Colta.ru был создан командой сайта OpenSpace после того, как владелец последнего Вадим Беляев в июне 2012 года объявил о том, что портал меняет концепцию и редакцию. Первоначально деньги в запуск проекта Colta.ru вложили его сотрудники, получившие компенсацию при увольнении из OpenSpace. Затем была задействована система народного финансирования – «краудфандинг». Всего было собрано 694 800 рублей, что позволило проекту продержаться четыре месяца.

В ноябре 2012 года сайт закрылся, но в январе этого года возобновил свою работу «благодаря первым пожертвованиям людей, входящих в Попечительский совет». На сегодня в Попечительский совет Colta.ru входят главный редактор издательского дома «Новое литературное обозрение» и сестра олигарха Ирина Прохорова, медиа менеджеры Леонид Бершидский и Демьям Кудрявцев, продюсер Александр Роднянский и другие меценаты.

«Сайт полностью существует за счет читателей, – заверила Мария Степанова корреспондента "Голоса Америки" после своего выступления в Колумбийском университете в Нью-Йорке, где она вместе с редактором медиа-отдела Colta.ru Глебом Моревым рассказывала о состоянии дел в Рунете и современной российской культуре. – Другое дело, что часть этих читателей помогают нам в самых крупных размерах – члены попечительского совета Colta.ru участвуют в жизни сайта более активно».

«Эта модель пришла к нам почти случайно, у нас не было выбора, – пояснила Степанова. – Но сейчас, чем дальше, тем больше я понимаю, что это – единственный разумный и возможный способ для существования, по крайней мере, для сайта, устроенного так, как наш».

Сама схема, которую мы выбрали, имеет в виду читательскую помощь, как своего рода вотум доверия. Они голосуют за нас рублем. В случае если наша редакционная политика перестанет их устраивать – ну, видимо, в следующий раз они не перечислят нам деньги
«Сама схема, которую мы выбрали, имеет в виду читательскую помощь, как своего рода вотум доверия, – продолжила Степанова. – Они голосуют за нас рублем. В случае если наша редакционная политика перестанет их устраивать – ну, видимо, в следующий раз они не перечислят нам деньги».

По словам главреда Colta.ru, сейчас сайт разрабатывает «различные краудсорсинговые истории, которые будут давать возможность читателю присутствовать в большей степени на наших страницах – что бы они помогали нам не только рублем, но и текстами, идеями и картинками, фотографиями». «Нам хотелось бы, что бы они воспринимали сайт, как комфортное пространство, созданное нами для них – как некий общий дом, который мы обустраиваем вместе», – добавила Степанова.

Оргия зачисток и переформатирований

Правда, по ее словам, в нынешних российских условиях такая модель существования и финансирования может быть воспринята, как вызов власти. «То, что происходит вокруг – страшно печально, – сказала Степанова, говоря о медиа пространстве. – Это, действительно, какая-то оргия зачисток, закрытий, переформатирований, которые каждый раз объясняются разного рода служебной необходимостью, экономическими резонами или просто никак не объясняются. В каких-то случаях люди сами, ничего не объясняя, бегут – но мы понимаем, что за этим есть некоторая система. Людям, оказавшимся в этой системе, лучше делать свое дело, не принадлежа никому – ни инвестору, ни спонсору, отвечая полностью за себя. Насколько наш способ окажется жизнеспособным – на сколько нас хватит, насколько хватит наших читателей и попечителей – мы не знаем. Очень может быть, что ненадолго. Но, по крайней мере, мы плаваем под собственным флагом – это сейчас мало кто может о себе сказать».

Степанова, в частности, обеспокоена новым законом об НКО, который требует от некоммерческих организаций, получающих финансирование из-за рубежа, зарегистрироваться в качестве «иностранных агентов». «Идут проверки по всей стране, – отметила главред Colta.ru. – Начали с "Мемориала", а сейчас уже проверяют всех на свете, включая Католическую церковь. А что такое финансирование из-за рубежа? Финансировать НКО из-за рубежа, превращая, таким образом, НКО в "иностранного агента", могут как юридические лица, так и физические. Вот, допустим мы сейчас с вами в Нью-Йорке поговорили, и вы захотели поддержать наш сайт. Вы перечислили нам 5 долларов. Этой суммы будет достаточно для того, что бы НКО, которое эти средства получит, стало кандидатом в «иностранные агенты», потому что действующий ныне закон не оговаривает сумму».

Идут проверки по всей стране. Начали с "Мемориала", а сейчас уже проверяют всех на свете, включая Католическую церковь. А что такое финансирование из-за рубежа? Финансировать НКО из-за рубежа, превращая, таким образом, НКО в "иностранного агента", могут как юридические лица, так и физические. Вот, допустим мы сейчас с вами в Нью-Йорке поговорили, и вы захотели поддержать наш сайт. Вы перечислили нам 5 долларов. Этой суммы будет достаточно для того, что бы НКО, которое эти средства получит, стало кандидатом в «иностранные агенты», потому что действующий ныне закон не оговаривает сумму
Степанову беспокоит легкость, с которой любую некоммерческую организацию можно записать в «иностранные агенты», а также «широкие возможности для провокаций», которые предоставляет новый закон.

В то же время, Степанова отрицает, что Colta.ru и другие либерально-мыслящие, рефлексирующие СМИ ушли в «глухую оборону». «Мы занимаемся огородничеством, – сказала она. – Мы нашли, отгородили и сейчас возделываем какую-то площадку, где могут собираться люди, картина мира которых на сколько-то процентов совпадает с нашей. Те, кто готов эту площадку с нами разделить, нас поддерживают. Те, кому она не интересна, я надеюсь, решат нас не замечать».

Акции культуры обвалились

Мария Степанова признает, что в более жестких правилах, установившихся в российском медиа пространстве сегодня и сменивших радикальные медиа-эксперименты 1990-х, определенную роль играет и становление рынка. «Любая антреприза такого рода, не приносящая прямого дохода – это результат какой-то конвенции – проговоренной или подразумеваемой – между инвестором или меценатом и редакцией, которая взялась делать какой-то проект, – говорит она. – У этой конвенции два действующих лица – если она не выполняется, то проект разваливается. Но речь ведь не всегда идет о прямом доходе, о буквальной прибыли. В культурной памяти – и русской, и мировой – есть достаточно меценатских историй. Возьмите тот же журнал "New Yorker", который был планово-убыточным в течение нескольких десятилетий, и, тем не менее, людям, которые его издавали, было важно, что бы он существовал. Просто русская ситуация, действительно, специфична: у нас нет ни академической культуры, которая позволяла бы изданиям, занимающимся культурной рефлексией, существовать в других формах, ни государственной поддержки, благодаря которой, например, существует франко-немецкий телеканал Arte – абсолютно замечательный, но совершенно бесприбыльный».

«Есть еще одна вещь, которая произошла до того, как мы все стали бояться, – продолжает Степанова. – Почему с такой легкостью закрыли Open Space, и наш, и под руководством Ковальского? Почему так быстро, в мгновение ока исчезла "Русская жизнь", замечательный, очень интересный проект, для которого писали лучшие авторы? В один прекрасный момент инвестор просто перекрывает кислород, элементарно отключает сайт от сервера, и никто ничего не понимает, включая главного редактора. Главред думает, что у него сервер упал, а это, на самом деле, инвестор выдернул шнур из символической розетки. Это происходит, по-моему, в силу внезапно рухнувших подпорок, на которых держалось уважительное отношение к культуре, к медиа. Эти вещи внезапно и стремительно девальвировали. Их акции почему-то обвалились. То, что еще недавно для политиков, для бизнес-людей было чем-то – близким или неблизким, но интересным и заслуживающим уважительного сочувствия, а иногда и прямой помощи, оказалось какой-то необязательной ерундой, соринкой или колючкой, которую можно и нужно скорее смахнуть. Черты этой тенденции я вижу в десятках историй, медийных и немедийных, и это – одна из самых грустных вещей, которые произошли за последние несколько лет».

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG