Линки доступности

Ранчо в Монтане – арена сотрудничества или противостояния между США и РФ?


Ранчо «Ranch for Kids» в штате Монтана

Ранчо «Ranch for Kids» в штате Монтана

Хозяйка Ranch for Kids отвергает обвинения детского омбудсмена Павла Астахова

«Дела у меня могли бы быть гораздо лучше, если бы господин Астахов оставил меня в покое», – сказала по телефону основательница Ranch for Kids («Ранчо для ребят») в штате Монтана Джойс Стеркель. Корреспонденты Русской службы «Голоса Америки» побывали на ранчо, где «перевоспитывают» трудных детей, усыновленных американцами из России, в мае 2010 года.

На этот раз мы связались с хозяйкой ранчо после визита туда уполномоченного при президенте РФ по правам ребенка Павла Астахова.

Российский детский омбудсмен визитом остался крайне недоволен и по возвращении в Москву заявил, что будет добиваться закрытия этого учреждения через МИД РФ и прокуратуру штата Монтана. На пресс-конференции в «Комсомольской правде» Астахов сообщил, что на ранчо его не пустили, несмотря на то, что он заранее уведомил американские власти о своем намерении побывать там.

«Когда мы приехали, хозяйка сказала, что детей нет не только на ранчо, но и в США, – сообщил уполномоченный по правам детей. – Мы поняли, что детям организовали экскурсию в Канаду».

Джойс Стеркель в телефонном интервью назвала это заявление «глупой ложью». По ее словам, паспорта находящихся под ее опекой детей хранятся у их приемных американских родителей и в любом случае она не имеет право перевозить детей через государственные границы. «Дети находились неподалеку, – заявила Стеркель. – У нас тут большая территория, 160 акров земли. Мы просто не хотели, чтобы российские чиновники их фотографировали, так как против этого, а также против встречи детей с ними категорически выступили их приемные родители».

По словам Стеркель, сама она не пожелала встретиться с Астаховым и уполномоченным МИДа РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константином Долговым «из-за занятости». Хозяйка ранчо рассказала, что ее до этого – в 2010 и 2011 годах – дважды посещали сотрудники российского консульства в Сиэтле, которые были «очень милы» и «разумеется, ничего ужасного здесь не увидели».

Стеркель говорит, что заподозрила неладное, когда российское Министерство образования запросило список детей, находящихся под ее опекой. После этого она стала изучать подписанное в июле 2011 года американо-российское соглашение об усыновлении и обнаружила, что этот договор позволит российским чиновникам навещать усыновленных в США детей. По сообщениям российских СМИ, Госдума предполагала ратифицировать это соглашение 6 июля этого года, однако каких-либо упоминаний в прессе или на сайте Госдумы с тех пор не было.

По словам вице-спикера Госдумы Людмилы Швецовой, соглашение «дает гарантии, что российские дети будут жить в достойных условиях, а Россия будет иметь возможность доступа к ним и мониторинга того, как с ними обходятся». «Когда началась работа над соглашением, выяснилось, что в США нет централизованного органа опеки и попечительства наподобие российского, – цитирует Швецову агентство Regions.ru. – Поэтому для совершенствования системы контроля над семьями усыновителей было решено создать специальный орган при государственном департаменте».

Джойс Стеркель против такой постановки вопроса категорически возражает. «Мы живем в Америке – это свободная страна, – заявила она в интервью Русской службе «Голоса Америки». – Может быть, в России по-другому, но у нас без причины никакая государственная служба к тебе домой не придет. Если есть причина – тогда пожалуйста, но русским чиновникам приходить в американские семьи просто так – это уже чересчур».

Стеркель уверена, что Павел Астахов, имеющий американское юридическое образование, преследует «некую политическую повестку», а именно – найти возможность подавать в суд на американцев, усыновивших детей из России, за какие-либо мнимые или реальные нарушения. «Дело тут не во мне, – заявила она, подчеркнув, что ее ранчо – это «открытая книга». – У него, очевидно, более серьезная повестка дня».

Стеркель заявила, что обращалась в Госдепартамент США и к американскому послу в Москве Майклу Макфолу. По ее словам, американские дипломаты выразили ей поддержку. Стеркель сообщила корреспонденту «Голоса Америки», что посол США заверил ее, что сделает все возможное, чтобы «выключить» давление на нее со стороны российских чиновников. По словам Стеркель, история с ранчо представляет для Макфола особый интерес, так как он – уроженец Монтаны.

Представитель американского посольства в Москве, не пожелавший назвать свое имя, подтвердил, что посол Макфол находится в контакте как с Джойс Стеркель, так и с российскими властями в надежде разрешить вопрос с Ranch for Kids.

Представитель Госдепартамента, также не пожелавший назвать своего имени, сообщил Русской службе «Голоса Америки», что американское внешнеполитическое ведомство «поддерживает право доступа иностранных официальных лиц к детям, имеющим двойное гражданство, при условии согласия приемных родителей или опекунов и при условии, что не будет нарушена тайна личной жизни».

«Госдепартамент оказывал содействие российскому посольству в Вашингтоне в донесении до сведения соответствующих властей штата Монтана озабоченности российской стороны положением дел в Ranch for Kids, – сообщил представитель Госдепартамента. – Мы будем и впредь сотрудничать с российским правительством в деле укрепления защиты усыновленных детей в обеих наших странах. Мы надеемся на ратификацию Госдумой американо-российского соглашения, которое позволит усовершенствовать процесс получения информации заинтересованными сторонами».

Астахов «ищет славы» в Монтане?

Хозяйка ранчо, сама усыновившая троих детей из России, заявила также, что Астахов приезжал в Монтану «в поисках славы». «Я не могла себе представить, что он приедет – после того, как я написала в российское консульство с просьбой отложить этот визит до более удобного времени, – сказала она. – Какое высокомерие!»

Астахов признает, что представители Госдепартамента США «настоятельно рекомендовали» ему не ездить на ранчо. «Когда американские власти препятствуют общению уполномоченного по правам ребенка с детьми-сиротами, это вызывает массу вопросов, – заявил омбудсмен. – И главный из них: способна ли американская сторона обеспечить контроль за судьбой российских усыновленных детей».

После неудавшегося визита в Ranch for Kids Астахов встретился с шерифом и прокурором округа Линкольн, где расположено ранчо. «Прокурор рассказал, что с ранчо постоянно поступают тревожные сигналы: о том, что дети подвергаются насилию, недавно 9-летняя российская девочка совершила побег, но все эти вопросы Джойс Стеркель удается урегулировать», – рассказал Астахов.

Стеркель категорически опровергла заявление о насилии над детьми. В то же время она подтвердила, что случай с 9-летней девочкой действительно имел место. По словам хозяйки ранчо, это «трудный ребенок», и она до этого уже дважды пыталась бежать из других интернатов, куда ее помещали приемные родители. «Полиция задержала ее и вернула к нам, – рассказала Стеркель. – Ее приемные родители полностью поддерживают то, что мы делаем».

Стеркель рассказала, что после этого случая в апреле 2012 года на ранчо побывали с инспекцией представители Службы охраны детей штата Монтана. По ее словам, они не обнаружили никаких серьезных нарушений и лишь рекомендовали установить на окнах детского общежития сигнализационную систему, чтобы не допустить подобных побегов впредь.

По словам Стеркель, эта девочка, а также большинство попадающих к ней детей из России, страдают от фетального алкогольного синдрома (иными словами, это дети алкоголиков) и синдромом отсутствия привязанности.

Павел Астахов заявляет, что многим усыновленным из России детям «приписывают» эти недуги, «однако никаких подтверждающих документов по диагнозам детей нет». Джойс Стеркель (медсестра по образованию, хотя и не имеющая лицензии для работы по профессии в штате Монтана) утверждает, что это «медицински доказанные факты», и называет фетальный алкогольный синдром основной причиной сложностей в адаптации, которые испытывают некоторые российские дети, усыновленные американцами.

Стеркель также опровергла ряд заявлений о Ranch for Kids, сделанных Астаховым. По ее словам, там в настоящее время находятся лишь 10 детей из Российской Федерации, а остальные – из других стран, включая Казахстан, Украину, Китай, Гватемалу, Индию и т.д. В заявлении, распространенном пресс-службой уполномоченного по правам ребенка, говорится, что «в настоящее время там проживают 23 российских ребенка». В заявлении Астахова также указывается, что на ранчо «родители отдают своих приемных детей, чтобы избавиться от ребенка, с которым не сложились отношения, чтобы не платить алименты в случае отмены усыновления».

Стеркель утверждает, что это не так. «Это не брошенные приемными родителями дети, – заявляет она. – Приемные родители находятся с ними в постоянном контакте и всячески поддерживают нашу работу».

В то же время во время визита на ранчо корреспондентов «Голоса Америки» в 2010 году Стеркель рассказывала, что некоторые дети пребывают у нее до достижения совершеннолетия, а нескольких усыновили семьи ее биологического сына и других сотрудников ранчо.

Что возмутило Астахова

В заявлении, распространенном пресс-службой уполномоченного по правам ребенка, отмечается, что Павел Астахов был «возмущен условиями, в которых пребывают дети на ранчо: отсутствует забор, нет трудотерапии, медицинские центры в двух часах езды, на ранчо нет медпункта, детей зимой возят в открытых фургонах (отсутствие правил перевозки), на ранчо один пожилой учитель, антисанитарное питание, кроме этого, отсутствуют средства пожарной безопасности».

По словам Стеркель, в городе Юрека (Eureka), в пределах которого находится ранчо, имеются два медицинских пункта, где 24 часа в сутки дежурят врачи. Больницы расположены одна в часе езды от ранчо, а другая в полутора часах. Кроме того, в случае острой необходимости за пациентами вылетает санитарный вертолет. «Иными словами, находящиеся на ранчо дети могут пользоваться такими же медицинскими услугами, как и все местные жители», – подытожила она, заметив, что в присутствии медицинского персонала на территории самого ранчо нет необходимости, так как находящиеся там дети «здоровы».

Что касается образования, то, по словам Стеркель, пребывающие под ее опекой дети посещают специальную школу, расположенную неподалеку от ранчо, где работают два лицензированных педагога и несколько помощников. «Получается, что у нас на занятиях работают примерно по одному взрослому на пятерых детей, – сказала она. – Наша школа не входит в местную систему общественного образования, но аккредитована при ней, и представители этой системы осуществляют общий надзор, например, контролируют тестирование детей».

Что касается других «нарушений», на которые указывал Астахов, то Стеркель утверждает, что их не может быть по определению: «Если бы, например, у нас были нарушения правил противопожарной безопасности, то нас давно бы уже закрыли, не дожидаясь Астахова».

Корреспонденты «Голоса Америки», посетившие ранчо в 2010 году, наблюдали, как детей возят в школу в микроавтобусах, а не в «открытых фургонах», а в отсутствии забора и отдаленности ранчо от «цивилизации» сторонники предлагаемого Джойс Стеркель подхода видят его терапевтическую составляющую.

Астахов также заявил, что «у ранчо статус религиозной организации, что освобождает от уплаты налогов и проверок». Стеркель подтвердила первую часть этого заявления, хотя, по ее словам, проверки все же проводятся соответствующими органами штата Монтана. При этом Стеркель не смогла ответить на вопрос, с какой именно церковью аффилирована ее организация. «Это христианская надкофессиональная церковь, – сказала она. – У меня где-то записано, какая именно».

Стеркель заверила, что перерегистрация ранчо в Ranch for Kids, Incorporated, произведенная 2 июля, через два дня после визита Астахова, «не имеет к нему никакого отношения».

По словам Астахова, до сих пор есть разночтения в цифрах усыновленных американцами российских детей, и одним из виновников этого он считает Ranch for Kids. «Отчеты о проживании детей в приемных семьях часто содержат ложные сведения, рассказывают, что ребенок находится в благополучной семье, а он в месте вроде печально знаменитого Ranch for Kids», – заявил уполномоченный.

Астахов надеется, что обратная сила американо-российского соглашения «позволит поставить вопрос о проверке условий жизни, благополучия в отношении тех детей, которые были вывезены в последние 20 лет».

«По официальным данным, их 60 тысяч, а по некоторым данным, более 100 тысяч», – отметил Астахов.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG