Линки доступности

Американские эксперты оценивают значение 11 сентября и будущие угрозы

На следующий день после годовщины терактов 11 сентября, вопреки ожиданиям ньюйоркцев, усиленные меры безопасности, предпринятые в городе в связи с новыми угрозами со стороны «Аль-Кайды», остались в силе. Нью-Йорк по-прежнему патрулируют спецотряды полиции, на дорогах проверяют грузовики и, выборочно, другие автомобили. На этом фоне в нью-йоркском Совете по международным отношениям состоялся симпозиум, посвященный анализу прошедшего десятилетия, вызовов терроризма и методов борьбы с ним. В дискуссии принимали участие эксперты, которые в недавнем прошлом определяли политику США в области безопасности, и разговор получился профессиональный, без эмоций.

Филип Зеликов, бывший исполнительный директор комиссии Конгресса по расследованию терактов 11 сентября 2001 года, а ранее – советник президента США по вопросам внешней разведки и старший советник госсекретаря Кондолизы Райс (в настоящее время – профессор истории в Университете штата Вирджиния), остановился на существующих пробелах в нашем понимании того, что произошло 10 лет назад. В частности, сказал он, мы по-прежнему мало знаем о системе поддержки на территории США, которой пользовались угонщики самолетов 11 сентября. По данным Зеликова, есть основания полагать, что ключевую роль в этой сети играл Анвар аль-Авлаки, родившийся в Нью-Мексико исламист, который ныне, предположительно, скрывается на родине своих предков в Йемене. Аль-Авлаки включен в составленный ЦРУ список лиц, которые подлежат немедленной ликвидации, так как представляют собой особую террористическую угрозу для современного общества.

Зеликов также отметил, что по-прежнему остаются без ответов вопросы о связях «Аль-Кайды» с Ираном. По словам эксперта, вопреки распространенному мнению, существуют свидетельства сотрудничества суннитских экстремистов с правительством шиитского Ирана в 1990-х годах.

Филип Зеликов считает, что суд над террористами, непосредственно участвовавшими в подготовке терактов 11 сентября, мог бы пролить свет на те аспекты этого чудовищного преступления, о которых мы по-прежнему еще мало знаем. Эксперт отметил, что в тюрьме Гуантанамо в настоящее время находятся 4-6 человек, включая Халида Шейха Мохаммеда и Рамзи бин аль-Шиба, которые участвовали в подготовке терактов. Зеликов считает, что все они должны предстать перед военными судами. «Во время судебных процессов обычно открываются неизвестные прежде детали», – заметил он.

Почему в США после 11 сентября не было больше масштабных терактов?

Эксперты сошлись во мнении, что террористы по-прежнему заинтересованы в нанесении удара по Соединенным Штатам. В то же время, они по-разному ответили на вопрос «почему после 11 сентября на территории США не было больше масштабных терактов?». Бывший исполняющий обязанности директора ЦРУ Джон Маклафлин (ныне профессор Университета Джонса Хопкинса) предложил такую формулу: 90 процентов кропотливой работы и 10 процентов удачи. Говоря об удаче, он, в частности, упомянул попытку теракта на Таймс-сквер в Нью-Йорке 1 мая 2010, оказавшуюся неудачной лишь потому, что в заминированном автомобиле, припаркованном в центре города нерадивым террористом Фейсалом Шахзадом, не сработали детонаторы.

Еще одной причиной успеха Маклафлин назвал создание международной коалиции по борьбе с терроризмом, позволившей наладить обмен разведданными.
Филип Зеликов отметил, что США удалось существенно ограничить возможности «Аль-Кайды», лишив эту группировку разветвленной сети баз в Афганистане, где прежде террористы могли беспрепятственно готовить свои операции, и создав «многослойную» систему защиты на территории Соединенных Штатов.

Хуан Зарате, бывший помощник президента Буша-младшего по вопросам национальной безопасности (ныне – старший научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне) добавил, что «Аль-Кайда», публично пообещав после 11 сентября еще более грандиозные теракты, сама ограничила свои возможности. Не желая «размениваться по мелочам», ведомая Усамой бин-Ладеном группировка продолжала искать возможности изменить политику США с помощью масштабных ударов, но не рассчитывала на мощный контрудар, который был нанесен ей после 11 сентября 2001 года и лишил ее оперативных возможностей, необходимых для осуществления этих целей.

Угроза «Аль-Кайды» преувеличена?

По мнению Ричарда Фалкенраса, бывшего заместителя комиссара полиции Нью-Йорка по борьбе с терроризмом (ныне – научного сотрудника Совета по международным отношениям), ««Аль-Кайда» была также шокирована масштабом разрушений 11 сентября, как и мы».

Мысль о том, что угроза со стороны «Аль-Кайды» может быть преувеличена, развил Филип Зеликов. По его мнению, в попытке «извлечь смысл», понять значение терактов 11 сентября «мы создали нарратив, смысловую канву, в которой исламскому фанатизму отводится роль великой исторической силы, представляющей экзистенциальную угрозу, сравнимую со сталинизмом или гитлеризмом». На самом деле, считает эксперт, угроза терроризма является лишь «одной из системных проблем глобального общества».

Иллюстрируя свою мысль, Зеликов обратил внимание на то, что наркомафия в Мексике убила больше людей, чем исламисты – причем это происходит на границе с Соединенными Штатами – но эта ситуация «не вписывается в преобладающий нарратив и, потому остается вне поля нашего зрения».

С такой постановкой вопроса не согласился Джон Маклафлин. Он считает, что угроза терроризма реальна и серьезна, и что террористы по-прежнему активно ищут возможность «воспользоваться нашей уязвимостью». Впрочем, допустил бывший и.о. директора ЦРУ, его оценка, возможно, окрашена «профессиональным пессимизмом». «Я отношусь к числу тех, кто, почуяв запах цветов, тут же интересуется, где похороны», – пошутил он.

Маклафлин сказал, что ответить на вопрос, «как мы узнаем, что угроза терроризма миновала?», не просто. По его мнению, скорее всего, с этой угрозой придется жить еще долго. Для сравнения Маклафлин привел коммунизм. «Сегодня есть еще отдельные коммунисты, – сказал он. – Но мы знаем, что они более не представляют угрозы. Относительно исламского терроризма мы этого сказать не можем».

Риски, с которыми приходится мириться

Говоря о принимаемых США мерах по борьбе с терроризмом, Гидеон Роуз – главный редактор журнала Foreign Affairs и автор книги «Как заканчиваются войны: почему мы все время ведем последнюю битву», заметил, что «абсолютная безопасность возможна только в тюрьме строгого режима или в могиле – и мы не хотим жить ни в одном из упомянутых мест».

После терактов 11 сентября Соединенные Штаты провозгласили политику «нулевого допуска» (Zero Tolerance), направленную на предотвращение терактов. Эксперты согласились с тем, что эта политика не всегда рациональна и имеет определенные издержки.

Хуан Зарате подчеркнул необходимость постоянно оценивать риски и угрозы. Он обратил внимание на то, что любому политику будет крайне сложно говорить о снижении уровня террористической угрозы, даже если для этого будут веские основания.

Зарате также предупредил о недопустимости жесткого давления на проживающих в США мусульман, что может привести к их отчуждению от общества. Эксперт считает, что это может привести к радикализации американских мусульман. «Если гражданин США станет террористом-самоубийцей и погибнет на территории нашей страны, это будет воспринято, как моральная победа «Аль-Кайды»», – предупредил Зарате.

Ричард Фалкенрас обратил внимание на то, что в других странах к угрозе терроризма относятся более спокойно, чем в США, и считают, что это – лишь один из факторов, с которым приходится жить. «Можно представить множество способов совершения ужасных преступлений, которые мы не в силах предотвратить, – сказал он. – Но мы предпочитаем на этом не зацикливаться».

В качестве примера Фалкенрас привел возможность сбивать гражданские авиалайнеры с помощью портативных ракет с тепловой системой самонаведения, которые могут оказаться в руках террористов. «Применение существующих систем защиты от таких ракет на гражданской авиации не практично, – указал эксперт. – Это пример риска, с которым нам приходится мириться».

Фалкенрас привел еще один пример: после того, как Ричард Рид попытался пронести на борт самолета взрывчатку в своих кедах, всех пассажиров заставляют снимать ботинки в аэропортах. «Если бы речь шла о каком-либо опасном вирусе, то было бы очевидно, что затраты, на которые мы идем ради предотвращения его распространения, намного превышают серьезность угрозы, – сказал он. – Но речь идет не о медицинской проблеме, а о геополитической».

В то же время, Фалкенрас отметил, что США пытаются достичь «абсолютной безопасности» лишь в аэропортах, на ядерных объектах и, обеспечивая охрану президента, но в целом «продолжают оставаться открытой страной».
Филип Зеликов предложил использовать научный подход к управлению рисками и их снижением, что «позволит избежать истеричных колебаний общественных настроений».

Однако, Гидеон Роуз указал на ряд вопросов, которые до сих пор не находят рациональных ответов. В частности, спросил он, есть ли смысл в установлении жесткой – и дорогостоящей – системы контроля воздушных перевозок, в то время как американо-мексиканская граница остается пористой и ее ежедневно нелегально пересекают сотни людей? «Говорят, что проще всего было бы доставить в США грязную бомбу, спрятав ее в тюке с марихуаной и переправив через мексиканскую границу», – пошутил он.

Арабская весна – лишь первое действие пьесы, состоящей из трех актов

Шутливые ремарки журналиста не нашли понимания у Джона Маклафлина. «Мы еще многого не знаем», – предупредил бывший и.о. директора ЦРУ.
В частности, отметил Маклафлин, неизвестно, к чему приведет «арабская весна» – череда революций и восстаний в арабских странах, в результате которых уже были свергнуты несколько авторитарных режимов. С одной стороны, считается, что ненасильственные методы демонстрантов в Тунисе и Египте высветили банкротство идеологии «Аль-Кайды», провозглашающей насилие как метод достижения своих политических целей. С другой стороны, нестабильность и разочарование, которые часто следуют за революциями, могут открыть новые возможности для «Аль-Кайды» после крахов авторитарных режимов на Ближнем Востоке.

«Это («арабская весна» – М. Г.) – лишь первое действие пьесы, состоящей из трех актов», – сказал Маклафлин.

По мнению экспертов, последние события на Ближнем Востоке делают нынешний период «самым важным после 11 сентября 2001 года».

Другие материалы о событиях в США читайте в рубрике «Америка»

XS
SM
MD
LG