Линки доступности

Павел Ходорковский: мой отец не будет просить Путина о помиловании


Павел Ходорковский

Павел Ходорковский

Сын опального олигарха начал серию выступлений в американских университетах

Михаил Ходорковский не намерен обращаться к Владимиру Путину с прошением о помиловании. Об этом сказал в интервью Русской службе «Голоса Америки» сын опального олигарха Павел Ходорковский, комментируя недавнее заявление президента России о готовности рассмотреть такое прошение, если оно будет получено, «благожелательно, без кровожадных настроений».

«Я не думаю, что даже если мой отец попросит о помиловании – а он уже давно не рассматривает этот вариант – это прошение будет удовлетворено, – добавил Павел Ходорковский. – Я думаю, что это просто попытка додавить оппонента, и я уверен, что она не увенчается успехом».

Павел Ходорковский, основавший в Нью-Йорке Институт современной России, дал интервью «Голосу Америки» после своего выступления в Нью-Йоркском университете. Это выступление стало началом запланированной серии публичных дискуссий с его участием в американских вузах, включая Университет Мичигана, Университет Джорджа Вашингтона в американской столице, Университет Джона Хопкинса, Принстонский, Стэндфордский и другие университеты.

«С момента вынесения (второго – М. Г.) приговора моему отцу прошло уже почти 2 года, – объяснил Павел Ходорковский. – Никаких новостных поводов в связи с этим делом сегодня нет. Я очень боюсь, что о моем отце забудут. Моя задача – сделать так, чтобы о моем отце не забыли. Благодаря тому, что я живу в США, у меня есть доступ к колледжам, университетам и другим организациям, которые интересуется Россией и международной политикой США».

В разгар предвыборной кампании в США Павел Ходорковский не скрывает, что в контексте американо-российских отношений поддерживает подход кандидата от Республиканской партии Митта Ромни. «Я считаю, что так называемая «двухколейная политика» (dual track policy), проводимая нынешней администрацией США в отношении России, не работает, – пояснил он. – Это хороший принцип, на котором можно основывать отношения с некоторыми недемократическими режимами, но в случае с Россией это не работает. Эта политика российским правительством воспринимается как слабость».

«Пока совершенно не видно какого-либо позитивного влияния этой политики на ситуацию с правами человека в России, – добавил Павел Ходорковский. – Позитивное влияние на дипломатические отношения между двумя странами есть, а влияния на социальную сферу в России – никакого».

Собеседник «Голоса Америки» особо выделил роль сенатора Джона Маккейна, который поддерживает «законопроект Магнитского» и в то же время «понимает, что Россия необходима Западу, как равноценный партнер». «Как вы знаете, «законопроект Магнитского» поддерживает и очень много представителей Демократической партии США, но, к сожалению, люди, которые сейчас сидят в администрации президента США, занимают совершенно иную позицию. Они заточены на политику «перезагрузки» и получения максимального результата по конкретным дипломатическим проблемам, которые стоят перед США, и ни на что больше».

Личный конфликт государственного значения

В своем выступлении на юридическом факультете Нью-йоркского университета Павел Ходорковский заявил, что его отец поплатился за то, что отказался принять предложенный Владимиром Путиным «социальный контракт» – «стабильность в обмен на эрозию гражданских прав». В частности, Михаил Ходорковский отказался выполнить требование Путина о прекращении финансирования оппозиции, включая Коммунистическую партию.

По мнению Павла Ходорковского, «показательный процесс» над его отцом создал в России важные юридические прецеденты, позволившие бюрократам и государственным чиновникам в дальнейшем осуществлять «рейдерские захваты» частных компаний. «Дело Ходорковского», считает сын самого известного узника России, также положило начало свертыванию гражданских прав и свобод и привело к таким событиям, как гибель юриста фонда Hermitage Сергея Магнитского.

Отметив далеко идущие последствия дела своего отца, Павел Ходорковский остановился также на личном аспекте конфликта между ним и Путиным. Заявление российского президента о готовности рассмотреть прошение о помиловании он назвал «очередной попыткой Путина победить в продолжающемся его личном конфликте с моим отцом, склонив своего оппонента к некоей видимой слабости».

«Последнее заявление Путина о прошении о помиловании в деле моего отца – это очередная попытка сложить с себя ответственность перед лицом уже сформированного обществом запроса на перемены, – заявил Павел Ходорковский. – Для того, что бы отпустить моего отца на свободу и частично выполнить требование протестующих об освобождении политзаключенных, не нужно прошения о помиловании».

Отвечая на вопрос «Голоса Америки» о конфликте между двумя сильными волевыми людьми, каждый из которых не хочет «потерять лицо» в контексте государственной политики, Павел Ходорковский отметил, что «государственный чиновник не может потерять лицо, если он действует в соответствии с законом». «Мой отец может бояться потерять лицо, если он будет рассматривать вариант с прошением о помиловании – хотя я уверен, что это уже пройденный этап и этого не произойдет – потому что он частное лицо, – сказал сын Михаила Ходорковского. – Для высшего чиновника, представителя государства боязнь потерять лицо не может быть одним из факторов принятия рационального решения».

По мнению Павла Ходорковского, существует «банальная» связь между «конфликтом двух мужчин» и конфликтом между государством и обществом. «В деле моего отца личностный конфликт заключается в осознании того, что его освобождение может привести к политической гибели Путина, – заявил он. – Иными словами, это может стать стимулом для оппозиционного движения и вылиться в некий неконтролируемый протест. На сегодняшний день правительство пытается контролировать протест, и я бы сказал, что в некотором смысле они добиваются успеха. Тот факт, что за принятием ряда ужесточающих законов не последовало более сильной реакции общества, свидетельствует о том, что у системы еще есть определенный запас прочности».

«Конфликт между обществом и государством состоит в том, что общество понимает, что государство стоит на пути развития страны, а государство понимает, что способов выйти из этой ситуации, как вы говорите, «сохранив лицо», фактически нет, – заявил Павел Ходорковский корреспонденту «Голоса Америки», пояснив, что в основе этого конфликта лежит коррупция, уровень которой в российской экономике достигает 80-ти процентов. – Чиновники, представляющие государство, не могут пойти на какой-либо договор или согласиться на переходный период, потому что все их личные интересы завязаны именно на сохранение власти. Путин думает, что освобождение одного человека означает падение с Олимпа другого, и поэтому уступки обществу и осуществление тех реформ, на которые уже сформирован общественный запрос, означают гибель этого государства».

«Кремлевский узник»

В своем выступлении Павел Ходорковский заявил даже, что Путин не может уйти, потому что «является кремлевским узником, также как мой отец является заключенным сегежской колонии». По его словам, окружение Путина опасается, что Михаил Ходорковский, оказавшись на свободе, «заново попытается отыграть в арбитражных судах дела, открытые в рамках атаки на ЮКОС, и попытаться вернуть компанию». «Однако, на сегодняшний день это практически невозможно, – продолжил сын опального олигарха. – А во-вторых, мой отец уже давно передал принадлежавшие ему акции компании ЮКОС другим партнерам, и они сейчас занимаются получением компенсации от российского правительства в совершенно других судах, за пределами России. Поэтому этот страх не обоснован».

Сын заключенного уверен, что Путин по-прежнему опасается его отца, которого не удалось сломить длительным тюремным сроком, еще и потому, что, оказавшись на свободе, тот может объединить и возглавить разобщенную российскую оппозицию. По словам Павла Ходорковского, таких планов у его отца на сегодня нет, однако «определенные действия моральных лидеров общества» часто приводят к «непредвиденным для них самих последствиям». «Вацлав Гавел не верил, что он станет президентом (Чешской республики – М. Г.), и у него не было таких планов, – напомнил Павел Ходорковский. – Но история повернулась иначе. Точно также, сейчас мой отец не верит в то, что он когда-либо может стать политическим лидером. Исходя из этих соображений он видит свою эффективность и способность позитивно повлиять на развитие своей страны через тот же род деятельности, которой занимался основанный им фонд «Открытая Россия». Но, опять же, история может повернуться совершенно по-другому, и знание этой истории подпитывает страх Путина».

В то же время, по мнению Павла Ходорковского, в Кремле существую два лагеря – «силовики» во главе с Сергеем Ивановым и Игорем Сечиным, предположительно сыгравшим ключевую роль в «деле ЮКОСа», и «либералы», сгруппировавшиеся вокруг Дмитрия Медведева, Игоря Шувалова и Аркадия Дворковича. И если «силовики» заточены на «старую экономическую модель», основанную на добыче и экспорте нефти и полезных ископаемых, то деловые интересы «либералов» связаны с инновационной моделью экономики, доступом к международным рынкам, привлечением западных инвестиций и установлением верховенства закона. Сын Михаила Ходорковского считает, что лагерь «либералов» «объективно» заинтересован в освобождение его отца.

Ходорковский «перерос имидж олигарха»

Во время завязавшейся после выступления Павла Ходорковского дискуссии профессор юриспруденции Нью-Йоркского университета Стивен Холмс назвал «сомнительной с моральной точки зрения» проведенную при Борисе Ельцине приватизацию и отметил, что первоначально Владимиру Путину была отведена роль защитника ее итогов и российского олигархического капитализма. Вопреки распространенному на Западе мнению, профессор Холмс считает, что «при Ельцине было не так уж много демократии», а «свободная пресса» на самом деле была не столько свободной, сколько являлась инструментом борьбы между различными олигархическими кланами. При этом, отметил он, «никому не подчиняющаяся элита в большинстве своем, действительно, сохранилась» при Путине.

Павел Ходорковский признал, что «то, что у нас было в 1990-е годы, не было демократией, но это была хорошая отправная точка на пути к ней». «То, что у нас есть сегодня – не авторитаризм, но хорошая отправная точка на пути к нему», – добавил он.

Сын Михаила Ходорковского также признал, многие россияне ненавидели и продолжают ненавидеть «олигархов». Но при этом, даже несмотря на то, что протестное движение в России в последние месяцы существенно «полевело», Павел Ходорковский связывает возможность освобождения своего отца именно с ростом этого движения.

«Я считаю, что мой отец уже и морально, и фактически перерос тот имидж олигарха, который у него был на момент его ареста в 2003 году, – сказал он. – Результаты опросов показывают, что большинство населения в России уже не рассматривает его, как олигарха, которого справедливо посадили за то, что он обокрал российское государство. Более 63% считают, что он был осужден незаконно и его нужно немедленно освободить без всяких прошений о помиловании... Лишь около 14-15% считают, что он получил заслуженный срок, и с нашим правосудием все в порядке».

По словам Павла Ходорковского, «Путин в определенной мере прав», когда говорит, что не знает, с кем из представителей оппозиции он мог бы сесть за стол переговоров. «Ни одна из фигур, задействованных в политической жизни сегодня, не представляет на сто процентов оппозиционно настроенную часть общества, – признал он. – С другой стороны, невозможно рассчитывать на появление лидера в стране, в которой 12 лет фактически действовал запрет на политическую деятельность».

Павел Ходорковский связывает определенные надежды с выборами в Координационный совет оппозиции, в организации которых в США принимает участие возглавляемый им Институт современной России. «Я не уверен, что это будет на сто процентов позитивный опыт, – сказал он, – но я уверен, что этот опыт необходим для формирования системы справедливых альтернативных выборов».

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG