Линки доступности

Успех переговоров «шестерки» с Ираном: что выигрывает Москва?

  • Виктор Васильев

Джон Керри с экспертами

Джон Керри с экспертами

Российские и американские эксперты – о плюсах и минусах достигнутых договоренностей

МОСКВА – В Москве выразили удовлетворение итогами переговоров «шестерки» и Ирана в Лозанне, полагая, что в результате удалось выйти на решение по главным параметрам будущего соглашения, подписать которое намечено в июне.

Заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков заявил: «Удовлетворены тем, как закончился этот забег, этот марафон».

В то же время замглавы МИДа подчеркнул, что впереди предстоит сложная работа над формулировками документа.

Марк Катц, профессор Университета Джорджа Мейсона (Mark Katz, George Mason University) в комментарии Русской службе «Голоса Америки» отметил: «Тот факт, что Россия и США оказались способными работать совместно, чтобы добиться соглашения с Ираном, демонстрирует, что, несмотря на продолжающиеся трения в вопросах об Украине и Сирии, Москва и Вашингтон способны действовать совместно, если их интересы совпадают. Было бы идеальным, если бы лидеры двух государств осознали, что у них есть общие интересы в том, чтобы конфликты в Украине и Сирии не вышли из-под контроля и предприняли бы совместные шаги в этом направлении».

Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, профессор Владимир Сажин полагает, что Москва немало выиграла в политическом аспекте.

«Безусловно, после того, как будет разработано и принято всеобъемлющее соглашение по будущему иранской ядерной программы– а договоренности в Лозанне создали хорошую базу для этого – Тегеран получит огромные возможности для укрепления своего экономического и политического положения, – сказал он в интервью Русской службе «Голоса Америки». – Следует признать, что сегодня без Ирана практически невозможно полное решение многих проблем на Ближнем и Среднем Востоке».

Как видится Сажину, это борьба с «Исламским государством», ситуация в Ираке, Сирии, в Ливане, Йемене, Афганистане.

«Даже состояние израильско-палестинского конфликта в той или иной степени зависит от Ирана, – добавил он. – Естественно, что, освободившись от санкций, Тегеран, конечно, будет использовать свое политическое влияние в этих странах. И так уж получилось, не знаю, хорошо это или плохо, но у Москвы и Тегерана по многим названным проблемам есть некоторые точки соприкосновения».

К тому же Иран очень хочет стать полноправным членом ШОС, где пока выступает в роли наблюдателя, утверждает востоковед: «До снятия международных санкций с Тегерана изменение его статуса в организации невозможно, но если Иран войдет в ШОС, это для России тоже будет плюсом».

Кроме того, по его мнению, снятие санкций с Тегерана создаст возможности для углубления финансово-экономических отношений России с Ираном.

«Лукойл уже заявил о том, что восстанавливает свои связи с Ираном и собирается вернуться туда, – уточнил профессор. – Также поступят другие нефтегазовые российские компании. Здесь выгода, безусловно, налицо».

Стоит добавить, что депутат Госдумы РФ Франц Клинцевич заявил, что если Совет безопасности ООН прекратит действие оружейных санкций в отношении Ирана, то Россия может поставить Тегерану комплексы ПВО С-300.

Старший научный сотрудник Центр международной безопасности ИМЭМО РАН Владимир Сотников считает, что от прогресса, достигнутого в Лозанне, выиграли все договаривающиеся стороны.

«Переговоры закончились прорывным рамочным соглашением, – подчеркнул он в комментарии Русской службе «Голоса Америки». – Это успех дипломатов всех стран, которые были задействованы в этом сложном марафонском раунде переговоров».

По его мнению, выгоды, приобретенные Москвой, также очевидны: «Россия теперь совершенно спокойно готовиться начать торговать с Ираном. Тегеран становится еще большим стратегическим партнером для Москвы, которая отчетливо взяла курс на восточное направление из-за полузамороженных в результате украинского кризиса отношений с Западом».

Еще один плюс для Москвы в случае окончательного снятия санкций с Ирана эксперт усмотрел в получение реальных возможностей осваивать обширный иранский рынок.

«Но дело не столько в торговле, сколько в том, что сделка позволяет Ирану вновь стать активным внешнеполитическим игроком, причем по таким застарелым кризисам, как конфликт в Афганистане и Сирии», – резюмировал он.

Мировые рынки нервно отреагировали на достижение договоренностей в Лозанне. По данным торгов, стоимость нефти марки Brent сразу упала более чем на 5%. Потенциально Россия может пострадать от того, что иранская нефть хлынет на мировые рынки.

При этом Владимир Сотников не видит особых минусов для Москвы в выходе Ирана на глобальный нефтяной рынок.

«Полагаю, что произошедшее падение цен на нефть – явление временное, – рассуждает он. – Так рынки отреагировали на перспективы выхода Ирана из-под санкций. Что не удивительно, ведь у Ирана 10 процентов всех разведанных запасов нефти в мире. Но резкого снижения цен на нефть я не предвижу».

У профессора Владимира Сажина схожая позиция. Он не думает, что возвращение Тегерана на нефтяной рынок будет иметь катастрофические последствия для цен на нефть: «Сейчас Иран экспортирует менее 2 миллионов баррелей нефти в сутки. Он может увеличить, и то не сразу – а в ближайший год, экспорт нефти на 700 тысяч баррелей. Это не такой уж большой объем».

Как ему представляется, ценовые колебания здесь возможны, но, скорее, под воздействием политических причин.

Завсектором международных вопросов Центра арабских исследований Института востоковедения РАН Ирина Звягельская в разговоре с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки» отметила, что в мире о переговорах в Лозанне существуют различные точки зрения.

«Например, израильское руководство всегда очень негативно говорило о переговорах и заявляло, что любое решение, которого удастся на них достигнуть, все равно будет плохим, потому что оно не сможет реально заблокировать иранскую ядерную программу», – заключила она.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG