Линки доступности

Эксперты: возражения вызовет любая договоренность

Согласно сообщениям из Госдепартамента, до наступления крайнего срока, когда ООН и Иран должны достичь договоренности по основным параметрам соглашения по ядерной программе, остается менее дня. При этом некоторые ключевые вопросы до сих пор не урегулированы. В швейцарской Лозанне госсекретарь США Джон Керри взял на себя инициативу в переговорах с министром иностранных дел Ирана Джавадом Зарифом.

По словам пресс-секретаря Госдепартамента Мари Харф, шансы на успешное завершение переговоров составляют 50%. Как подчеркнула Харф, для того, чтобы стороны достигли устраивающей их договоренности, необходимо урегулировать несколько важных вопросов. Однако в телефонном разговоре с журналистами она опровергла сообщение, появившееся в понедельник в газете The New York Times, о том, что Иран отказался от своего обязательства передать запасы обогащенного урана России.

«Эта информация о том, что за последние 24 часа позиция по данному вопросу каким-то образом изменилась, скажем, стала более непримиримой, совершенно не соответствует действительности», – отметила пресс-секретарь.

Сообщение The New York Times основывалось на заявлении замминистра иностранных дел Ирана. Однако, как заявила Харф, позиция Ирана не изменилась, и участники переговоров продолжают обсуждать вопрос о том, как сделать обогащенный уран непригодным для создания ядерного оружия. Как отмечают эксперты, для этого, в частности, уран можно «разбавить» или часто проверять его запасы.

«Для нас важно договориться о том, каким образом они будут избавляться от значительной части своих запасов, чтобы с учетом оставшихся запасов в сочетании с количеством центрифуг, их видами и другими компонентами этого уравнения, им потребовалось не менее года для создания ядерного оружия», – пояснила Мари Харф.

По мнению международных экспертов, сейчас Иран может создать ядерную бомбу всего за два-три месяца. Шесть стран, представляющих Совет Безопасности ООН, добиваются того, чтобы этот период был продлен, по меньшей мере, до года.

По мнению экспертов, если Ирану будет позволено сохранить обогащенный уран в любом виде, то усилится противодействие со стороны ряда американских законодателей и некоторых союзников США на Ближнем Востоке.

Однако Ариан Табатабай, руководящая программой исследований проблем безопасности в вашингтонском Джорджтаунском университете, отмечает, что возражения вызовет любая договоренность.

«Может ли эта сделка устраивать всех, если уран не будет вывезен из страны? Да, может, в зависимости от того, каким образом мы сможем решить другие проблемы. Однако здесь (в Вашингтоне) многих будет чрезвычайно трудно в этом убедить. При всем этом, многие сочтут любую сделку невыгодной», – отмечает аналитик.

Хотя крайний срок наступает уже завтра, в понедельник график переговоров был менее напряженным, чем в предыдущие дни. Обозреватели пытаются угадать, что в действительности происходит за закрытыми дверями. Министры иностранных дел европейских стран уехали, но обещали вернуться, если станет понятно, что соглашение будет заключено во вторник, как было запланировано.

Как сообщили американские официальные лица, они не исключают вероятности того, что переговоры будут продолжаться в ночь со вторника на среду до последней минуты, а может быть, и дольше, как ожидают многие обозреватели. Однако Мари Харф заявила, что о новом продлении срока переговоров речь не идет.

«31 марта – крайний срок. Это должно что-то значить. Принимать решения не станет проще после 31 марта», – подчеркнула Харф.

Ставки высоки, даже несмотря на то, что речь идет о промежуточном шаге. Цель его – в том, чтобы согласовать основные моменты соглашения, которое могло бы гарантировать, что Иран не сможет создать ядерное оружие, и позволило бы отменить введенные против Тегерана международные санкции. Однако официальные лица пока даже не решили, в какой форме может быть заключено любое соглашение: в письменной или устной, совместно или по отдельности, должно оно подписываться или нет.

В частности, министр иностранных дел Ирана выразил обеспокоенность по поводу того, что любой документ станет объектом критики, что потенциально может свести на нет весь переговорный процесс.

По словам американских официальных лиц, некоторые элементы соглашения должны быть опубликованы, но Табатабай считает, что о многом рассказывать не следует.

«Просто должно быть что-то, где как американцам, так и союзникам США в других регионах, было бы сообщено, что участники переговоров продолжают прилагать усилия к решению поставленных задач и уже урегулировали некоторые вопросы, с тем, чтобы можно было продолжить переговоры, и что в ближайшие несколько месяцев они постараются согласовать все детали», – пояснил Табатабай.

Скептикам этого недостаточно, и они – как в Конгрессе, так и в иранском руководстве – скорее всего, узнают подробности из секретных сообщений. Однако даже если участникам переговоров удастся заключить то базовое соглашение, то, как они признают, многое еще предстоит сделать для того, чтобы до конца июня согласовать сложные технические вопросы.

Поэтому как бы ни было важно заключить соглашение до установленной даты, чтобы доказать, что в процессе переговоров обе стороны приблизились к достижению своих целей, это, как отметил один их экспертов, лишь одна из вех значительно более долгого пути.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG