Линки доступности

Избитый милиционером журналист умер в больнице Томска


В среду в Томске из-за телесных повреждений, нанесенных милиционером, скончался 47-летний журналист Константин Попов. Представитель правоохранительных органов нанес ему повреждения в медвытрезвителе города Томска 4 января. Из вытрезвителя Попова направили домой, а из дома на «скорой помощи» отвезли в больницу, где ему сделали срочную операцию. Пострадавший скончался в больнице, не выходя из комы.

В убийстве журналиста обвиняется 26-летний милиционер медвытрезвителя старший сержант Алексей Митаев. Ему предъявлены обвинения по двум статьям уголовного кодекса РФ («умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии» и «превышение должностных полномочий с причинением тяжких последствий»). Об этом сообщают российские информагентства «Интерфакс» и «РИА Новости».

Митаев уволен из правоохранительных органов и находится под арестом. Следствие намерено отправить его на психиатрическую экспертизу, так как он заявил, что к совершению преступления его побудил стресс, вызванный сложной семейной ситуацией. Митаев утверждает, что не знал о том, что Константин Попов был журналистом.

Губернатор Томской области Виктор Кресс выразил соболезнования родным и близким в связи со смертью Константина Попова. Об этом сообщается на сайте губернатора. «Эта трагическая ситуация не останется безнаказанной, – заявил губернатор. – Всю полноту наказания должны понести те, кто причастен к данной трагедии. Этот вопиющий случай должен стать серьезным поводом для проведения кардинальной кадровой чистки УВД, изменения системы кадровой работы в управлении».

Андрей Бабушкин, руководитель Комитета «За гражданские права», в интервью «Голосу Америки» заявил, что совершенно не важно, знал ли милиционер Митаев о том, что Константин Попов – журналист.

«Права у всех граждан одинаковые, – сказал Бабушкин. – И поднимать руку он не имел право ни на журналиста, ни на президента, ни на человека, живущего сбором бутылок. Сегодня на работу в милицию принимаются люди, которых психологи не рекомендовали бы на такую работу. Это связано с порочной внутриведомственной системой оценки деятельности милиции. Для того чтобы подразделение было на хорошем счету, его показатели в следующем году должны быть лучше, чем в предшествующем. То есть если в прошлом году они задержали 1000 алкоголиков, то в этом должны задержать уже 1020, вне зависимости от того, есть ли такое количество нетрезвых людей на этой территории. Чтобы обеспечить все эти показатели, в милиции вынуждены держать десятки тысяч совершенно не готовых и не умеющих служить в милиции людей. И это одна из причин, почему такого рода события происходят».

«Необходимо законодательно закрепить, что в каждом подразделении милиции в обязательном порядке должен быть психолог, – считает руководитель Комитета «За гражданские права». – И посещение психолога для сотрудника милиции должно быть не добровольным, а обязательным, потому что разные стрессовые ситуации бывают у милиционеров почаще, чем у обычного гражданина.

«Трагедия, произошедшая с Константином Поповым, показывает, что медвытрезвители – это одно из самых слабых звеньев правоохранительной системы, – сказал российский правозащитник. – Но следует идти не по пути их ликвидации, а по пути их преобразования в совместные учреждения органов здравоохранения и органов внутренних дел. Все места, где могут находиться граждане, должны быть под видеонаблюдением. Сотрудник милиции должен знать, что если он ударил гражданина – в определенный момент на стол к его вышестоящему начальнику могут положить распечатку видеозаписи того, как милиционер «прикладывает» гражданина кулаком или дубинкой. И правосудие вершится над милиционером автоматически, даже если пострадавший гражданин его пожалеет или испугается. Так что здесь должна быть разработана система выявления нарушений и наказаний за них».

По предположению Игоря Каляпина, руководителя межрегиональной организации «Комитет против пыток», то, что Константин Попов был журналистом, скорее всего, к этой истории не имеет никакого отношения. «Самое страшное в этой истории – это то, что если бы он не был журналистом, у меня бы сейчас по этому поводу не брал интервью «Голос Америки». Подобная ситуация, к сожалению, типична, – сказал по телефону из России корреспонденту «Голоса Америки» Игорь Каляпин. – Таких историй достаточно много. Нам известно несколько аналогичных ситуаций, которые случались в регионах. Но это происходило не в Москве, в них не было каких-то кричащих элементов, и поэтому они не создали такой резонанс. Ужасно то, что мы имеем дело не с эксцессами, а с явлением. Как правило, общество – журналисты, СМИ, политики – занимаются только отдельными фрагментами этого явления. Насилие применяется сотрудниками милиции повсеместно и безнаказанно. А политики и журналисты из этих тысяч фактов видят только единицы».

«Реформы должны проводиться на самом высоком уровне. И реформы должны быть не показными, не для того, чтобы выпустить пар и успокоить общественное мнение, – считает Игорь Каляпин. – МВД нуждается в самых радикальных реформах, причем коренных, комплексных. Нужна другая система критериев, другой морально-психологический климат, другая система служебной подготовки. И, безусловно, органы внутренних дел нуждаются в постоянном пристальном общественном контроле, в постоянном качественном мониторинге».

  • 16x9 Image

    Виктория Купчинецкая

    Штатный корреспондент "Голоса Америки" с 2009 года.  Работала в Вашингтоне, сейчас базируется в бюро "Голоса Америки" в Нью-Йорке. Телевизионный журналист, свободно ориентируется во многих аспектах американского общества, включая внешнюю и внутреннюю политику, социальные темы и американскую культуру

XS
SM
MD
LG