Линки доступности

Лиза Олин: «В Швеции поднял голову антисемитизм»


Кадр из фильма «Симон и дубы»
Courtesy Film Arcade

Кадр из фильма «Симон и дубы» Courtesy Film Arcade

Режиссер семейной саги «Симон и дубы» об актуальности своего фильма

Драматичные события второй мировой войны продолжают привлекать внимание кинематографистов. Причем вовсе не обязательно боевые сражения. Жизнь двух семей в Швеции, которую впрямую не затронули военные действия, тоже была опалена пожарищем мирового конфликта.

Об этом рассказывает новая эпическая кинодрама «Симон и дубы», вышедшая в минувший уикенд в кинопрокат Нью-Йорка, 19 октября выходящая в Лос-Анджелесе, а чуть позднее в Сан-Франциско, Чикаго, Вашингтоне и других городах США. Ранее фильм шведского режиссера Лизы Олин демонстрировался на международных кинофестивалях в Палм-Спрингс, Берлине и Сиэтле, а в самом начале октября показывался на кинофестивале в Хэмптонс (штат Нью-Йорк).

Фильм «Симон и дубы» получил рекордные 13 номинаций на шведские «Оскары» и заработал более 4 млн. долларов в национальном прокате, что для Швеции высокий показатель.

Сюжет охватывает период с 1939 по 1952 год. Мальчик Симон растет в простой, работящей семье, но тяготеет к чему-то возвышенному, неземному. Любит, скажем, сидеть на высокой ветке старого дуба и слушать, как дерево нашептывает ему свои секреты. Когда его отдают в частную школу, он заводит тесную дружбу с Исаком, мальчиком из состоятельной еврейской семьи, бежавшей из Германии. Казалось бы, столь разные семьи сближаются и фактически «обмениваются» детьми. Симона привлекает интеллектуализм и утонченность отца Исака, а Исак находит себя в физическом труде и неприхотливом образе жизни родителей Симона.

Режиссер Лиза Олин поставила в Швеции четыре игровых фильма, несколько драм и сериалов для ТВ. Получила образование в Вашингтоне и Нью-Йорке, где закончила кинофакультет Нью-Йоркского университета (NYU). С Лизой Олин, приехавшей в Нью-Йорк на показы своего фильма, побеседовал корреспондент «Голоса Америки» Олег Сулькин.

Олег Сулькин: «Симон и дубы» – киноадаптация романа-бестселлера Марианны Фредрикссон. Сложно ли приспосабливать к экрану большое литературное произведение?

Лиза Олин: За экранизацию этого романа брались многие, но ничего не выходило. Когда я приступила к проекту, передо мной лежали семь версий сценария. Но они меня не устраивали, и вместе с драматургами и продюсерами я продолжала искать новые варианты. Остановилась я, представьте себе, только на восемнадцатой версии.

О.С.: Что вызвало наибольшие затруднения?

Л.О.: Пространная форма романа, где каждый характер подробно описан, где множество боковых ветвей. Для фильма мы обрубили многие из них, сфокусировав внимание на мальчиках Симоне и Исаке, их семьях, их взрослении. В книге основное внимание уделяется отношениям между Симоном и его матерью. В фильме они тоже прослежены, но акцент все-таки сделан на другом: как строятся отношения между двумя семьями, – простой рабочей шведской семьей и еврейской семьей городских интеллектуалов.

О.С.: Почему вы сместили акценты?

Л.О.: Еврейская тема резонирует с моей личной биографией. Я узнала, что в моих жилах течет еврейская кровь, только когда мне исполнилось 17 лет. Мы жили в Германии. Мне было пять лет, когда отец увез меня в Швецию, расставшись с моей мамой. Мама долгое время не хотела говорить мне о моем происхождении. В книге Фредрикссон мне очень понравилась тревожная и интригующая атмосфера семейных секретов, которые открываются лишь по прошествии длительного времени. Многие шведы помогали евреям в годы войны, и шли на это, рискуя многим. Это важный мотив моего фильма. И очень актуальный сегодня.

О.С.: Почему?

Л.О.: В Швеции сегодня опять поднял голову антисемитизм. Недавно в Мальме экстремисты устроили взрыв у еврейского общинного центра. Все очень тревожно. Националисты, расисты пытаются запугать евреев, заставить скрывать свою религиозность, например, не носить кипы в публичных местах.

О.С.:
Тема антисемитизма в вашем фильме очень заметна. Мальчишки Исаку не дают прохода в школе, оскорбляют и подзуживают. И в то же время вы явно избегаете показывать сцены насилия и жестокости.

Л.О.: Я стремилась следовать исторической реальности. В Швеции, сохранявшей в годы войны формальный нейтралитет, не было тех ужасов, которые нацисты творили в других странах Европы. В Швеции царил страх. Насилия не было, нас никто не оккупировал. Но люди не знали, что будет завтра, и страшно боялись за свое будущее.

О.С.: Отец Симона Эрик обвиняет русских в том, что они допустили войну...

Л.О.: Эрик – рабочий, коммунист по убеждениям. Он считал, что именно советская Россия спасет Швецию и мир от германского милитаризма. И его страшно разочаровал пакт Молотова-Риббентропа, то есть фактический сговор СССР с нацистской Германией. Конечно, все не так однозначно. Нельзя забывать, что Швеция активно сотрудничала с нацистской Германией в сфере экономики. Если другие страны Европы были разорены войной, то Швеция сохранила высокий уровень экономики, что способствовало ее быстрому процветанию в послевоенные годы.

О.С.: В вашем фильме запоминающиеся актерские работы, как взрослых, так и детей. Как проходил кастинг?

Л.О.: Очень сложно было найти актеров на роли Симона и Исака и актеров постарше для этих же героев в юности. Особенно долго искали актера на роль юного Симона. Даже дали объявление в газету. Просмотрели сотни мальчишек. Они как под копирку отвечали на вопрос «чем ты любишь заниматься?». Все дружно говорили: «играть в видеоигры». И лишь один мальчик сказал: «люблю играть на фортепиано». И объяснил: «музыка – особый язык, она уносит тебя в края, где ты никогда не бывал».

Мальчика зовут Джонатан Вактер, его-то мы и утвердили. А Симона в юности сыграл Билл Скарсгард, один из семи сыновей известного шведского актера Стеллана Скарсгарда. Карин, мать Симона, сыграла Хелен Сьехольм, она больше известна в Швеции не как актриса, а как певица. И очень всем нравится, как сыграл Рубена, отца Исака, немецкий актер Ян Йозеф Лиферс. Он не знал ни слова по-шведски и механически заучивал текст для своей роли. А это очень непросто.

О.С.: В титрах нескольких шведских фильмов вы значитесь в качестве «киноконсультанта» и «киноуполномоченного». Поясните, пожалуйста, что это означает?

Л.О.: Шведский киноинститут – государственная организация, в бюджет которой поступают отчисления с каждого проданного в стране кинобилета. Соответственно, многие фильмы, снимающиеся в Швеции, получают государственную финансовую помощь. Так вот, уполномоченный – человек, назначаемый Киноинститутом для контроля за эффективным расходованием государственных средств на каждом конкретном проекте. Речь идет о суммах, составляющих от 25 до 60 проц. бюджета фильма. Я с удовольствием занималась этой работой, которая очень похожа на работу продюсера. Мне пришлось прочитать сотни сценариев. Очень полезный опыт.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG