Линки доступности

«В данном случае я, пожалуй, не смогу быть объективным: ведь космонавтам и астронавтам всегда хочется летать – и дальше, и больше. И мне грустно, что лунная программа сворачивается», – сказал российский космонавт Павел Виноградов в ответ на вопрос корреспондента Русской службы «Голоса Америки»: «Как вы оцениваете изменения в космической программе США, объявленные администрацией Обамы?»

Связаны эти изменения в первую очередь с судьбой программы «Созвездие»: в феврале она была вычеркнута из бюджета NASA. А вместе с ней – и планы возвращения на Луну. И опять-таки не без финансовых последствий: к уже затраченным на реализацию «Созвездия» миллиардам пришлось добавить еще два – на неустойки компаниям, участвовавшим в работе над проектом.

«У значительной части космической общественности США, а также у бизнес-общественности, да и в политических кругах, вся эта перестройка космической программы вызвала сначала замешательство, а потом и откровенный протест», – так в интервью Русской службе «Голоса Америки» охарактеризовал сложившуюся ситуацию академик РАН и ведущий профессор кафедры физики Мэрилендского университета Роальд Сагдеев (Roald Sagdeev).

В самом деле, в отличие от российских коллег, американские астронавты и специалисты по космическим исследованиям высказываются на этот счет один решительнее другого. «Планы президента Обамы... обрекают нашу страну на второстепенное или даже третьестепенное положение», – заявил, к примеру, ветеран программы «Аполлон» Нил Армстронг, некогда первым ступивший на поверхность Луны. (Его высказывание опубликовано газетой USA Today в среду 14 апреля.) Зато его коллега Баз Олдрин, ступивший на лунную поверхность вторым, настроен иначе: по его словам, опубликованным той же газетой, решение администрации «позволит нам вновь расширить пределы возможного и достичь новых побед в надземном пространстве».

Речь в данном случае идет, однако, не только о позиции тех или иных представителей космического сообщества, но и о деятельности целых организаций. И в первую очередь – Национального управления по аэронавтике и космическим исследованиям (NASA). «Огромная армия работников которого» проявляет сегодня, по словам Роальда Сагдеева, «большую озабоченность» в связи с «космической перестройкой», провозглашенной Белым домом.

«Феномен NASA уникален – это сугубо американское явление», – сказал в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки» советник президента ракетно-космической корпорации «Энергия», летчик-космонавт Александр Александров. «В свое время, – напомнил российский космонавт, – эта организация была создана американским правительством, чтобы изучать все явления, связанные с космосом и космической техникой. И это было разумное решение – соединение научной и инженерной мысли в одном ведомстве. У нас в Союзе все делалось по министерствам – обороны, среднего машиностроения... Только потом – далеко не сразу – появилось МОМ – Министерство общего машиностроения: оно-то и занялось космической темой».

«При этом, – подчеркнул Александров, – МОМ, основанный в 1965 году, – отнюдь не был аналогом NASA, – организации сугубо исследовательской и проектной, дающей заказы самым различным фирмам, но отнюдь их не возглавляющей».

По словам Роальда Сагдеева, своеобразие NASA – еще и в том, что эта организация с самого начала была сугубо гражданской: «Никаких связей с военными!» – на этом настоял еще президент Эйзенхауэр. «В этом состоит существенное отличие американской космической программы от советской, – констатирует академик Сагдеев, – где гражданская космонавтика в известном смысле всегда была заложницей военной».

«Впрочем, – заметил ученый, – институты – как люди: они живут и развиваются, но имеют конечный срок, когда они, так сказать, затвердевают, т.е. обюрокрачиваются. Здесь тоже растет энтропия, и я не уверен, что сегодняшняя NASA достаточно умело и экономно ведет космическую программу США в нужном направлении…»

О том, как обеспечить эту «экономность», и идут сегодня наиболее острые дискуссии. Речь идет, в частности, о провозглашаемой Белым домом опоре на частные, в том числе на небольшие компании, призванные участвовать в космических проектах. Еще несколько лет назад руководство NASA объявило специальный конкурс на строительство новых летательных аппаратов, которые оно намеревалось брать в аренду. Многие откликнулись – а основатель компании Space 10 Элон Маск даже заявил недавно, что уже через три года разработанный его фирмой корабль сможет доставлять людей на орбиту.

Однако, по мнению директора Института космической политики при Университете Джорджа Вашингтона Скотта Пейса (Scott Pace), опора на частные компании – дело рискованное, когда речь идет о космонавтике. Во всяком случае, – намного более рискованное, чем раньше, когда ставка делалась на взаимодействие государства с частным капиталом.

«Прежде частные фирмы могли отвечать за перевозки грузов. Если дело касается спутников, то это уже значительно труднее, и все же это достижимо. Но если речь заходит об отправке людей на Международную космическую станцию – притом, что «шаттлы» списываются, – то неудивительно, что подобное решение вызывает дискуссии», – считает профессор Пейс. «Если государственные рычаги перестают работать, – продолжает он, – то становится совершенно неясно, что США будут делать для обеспечения работы МКС. Ведь, как было решено, она должна продолжаться до 2020 года – и это решение приветствовало мировое сообщество. Вопрос лишь в том, как американцы будут теперь добираться до станции?»

Чем же все-таки вызван пересмотр американской космической программы?

... «Чтобы объяснить это, я бы вернулся на несколько лет назад – к тому моменту, когда шла предвыборная борьба между Джорджем Бушем и Джоном Керри, – продолжает свой рассказ академик Сагдеев. – Уже тогда в космическом разделе предвыборной программы демократов – в данном случае Керри – выдвигались совсем другие цели, нежели у республиканцев. Не говорилось ничего о лунной части программы, которую республиканцы характеризовали не иначе как «космическое видение президента Буша». Вместо этого предлагалось продлить срок службы Международной космической станции и увеличить пользу, которую можно извлечь из ее эксплуатации.

Но за четыре года, которые Буш после этого провел в Белом доме, NASA приступила к конкретной реализации лунной программы. Для этого нужно было сделать серию новых космических аппаратов, и они начали создаваться в рамках программы «Созвездие». Летом прошлого года была испытана одна из первых ракет этой серии – «Арес-1», причем довольно успешно. Но недавно – после того, как комиссия, приглашенная президентом для пересмотра космической программы, сделала свои рекомендации, – руководство NASA представило бюджет, согласно которому все аспекты программы, связанные с пилотируемыми полетами на Луну, переносятся на необозримый срок. Иными словами, даже первый успех сводится теперь к нулю... Но кто сегодня в выигрыше –это те, кто занимается беспилотными программами. Кстати, может быть, и в лунной программе тоже будет усилен «беспилотный компонент»...»

«В то же время, – отмечает ученый, – NASA нуждается в замене «шаттлов» на какие-то новые пилотируемые средства. И коль скоро предполагается, что заказы на них будут размещены в частных фирмах, идет подготовка к тендеру на эту тему. Есть две или три крупные комические фирмы... В общем, скорее всего, работы в частном секторе по созданию корабля для экипажа будут форсироваться. Думаю, что примерно в конце года уже определятся победители тендера – и мы узнаем, каким будет облик этого будущего корабля».

... Итак, пересмотр космической программы начался, но до его завершения, по-видимому, еще не близкий путь. «Американская космонавтика на распутье», – так определил ситуацию Александр Александров. Впрочем, – не только космонавтика: «NASA обслуживает полигоны, – напомнил Роальд Сагдеев, – а это – заметное количество рабочих мест во Флориде. И на саммите президент Обама должен в каком-то смысле успокоить общественность, объяснив, что новый подход не будет связан со значительной потерей рабочих мест…»

Читайте также:

Обама изложит «новое видение» космической программы

  • 16x9 Image

    Алексей Пименов

    Журналист и историк.  Защитил диссертацию в московском Институте востоковедения РАН (1989) и в Джорджтаунском университете (2015).  На «Голосе Америки» – с 2007 года.  Сферы журналистских интересов – международная политика, этнические проблемы, литература и искусство

XS
SM
MD
LG