Линки доступности

Алкоголь на орбите: желанный гость или нарушитель границы?

На одной из пресс-конференций Германа Титова, организованных вскоре после его полета в 1961 году, представитель Индии задал ему вопрос: пробовал ли он алкоголь на орбите? «Нет, не рискнул, – отшутился Титов, – алкоголь на орбите усиливает свое воздействие». Впрочем, знать о влиянии спиртного на организм человека в условиях космического полета космонавт №2 не мог – он стал первым человеком, который ел в невесомости (это входило в задачу его миссии), но, разумеется, в кабине его корабля и духа не было горячительных напитков.

Тайна за семью печатями


Несмотря на то, что к алкоголю в Советском Союзе относились весьма толерантно, вопроса его употребления в космосе старались не касаться. Понятно почему: чрезмерное возлияние всегда было одной из проблем русского человека, и в пропагандистских целях космонавты – эти «лучшие из лучших» – должны были быть начисто лишены даже намека на пагубное пристрастие.

Однако даже если бы тема эта и была затронута, то, возможно, она имела бы еще более сильное воспитательное воздействие на советских людей, чем пропаганда с орбиты полного воздержания от спиртного (что в любом случае в СССР было недостижимо). На примере летающих космонавтов люди увидели бы, что можно пить очень умеренно, не доводя дело до алкогольных эксцессов. Более того, сами медики не возражают против умеренного приема алкоголя в космосе, считая, что это может оказывать благотворное воздействие на физическое и эмоционально-психическое состояние человека.

Впрочем, присутствие крепких напитков на борту вызывает вопросы не столько с тем, что нетрезвые члены экипажа могут устроить на станции дебош, сколько с мерами противопожарной безопасности. Внутри орбитального комплекса есть немало нагревательных элементов, и если в один из них попадет убежавшая и отправившаяся в свободное плавание по станции капелька спиртного, то не исключен пожар.

Десятилетия последовательного «кручения» вокруг Земли шести «Салютов» и одного «Мира» при всей застойности такого рода «исследования и освоения» космоса все-таки имело один положительный результат: люди научились жить и работать в условиях длительного космического полета. Но… недаром существует поговорка: «Если хотите, чтобы совершилось убийство, заприте двух мужчин на месяц в одной комнате» (есть еще варианты «на неделю» и на «пару недель»). Возьмем оптимистический сценарий – двое мужчин смогут более или менее бесконфликтно прожить в замкнутом пространстве один месяц. Но ведь некоторые полеты на «Салютах» и «Мире» длились год и более. Как быть?

«Даже в обычной семейной жизни у вас периодически возникают разногласия с супругой. Так вы хоть с ней на время можете разойтись по разным комнатам и остыть. А на орбите куда деваться? – рассказывал в интервью «Новой газете» сотрудник Института медико-биологических проблем (ИМБП). – Вот взгляните на этот график. Здесь отражено психологическое состояние экипажа в течение всего полета. По результатам первых длительных орбитальных полетов мы хорошо можем прогнозировать состояние микроклимата на борту и предсказывать те временные интервалы, когда между членами экипажа может произойти "раздрай". Хотя бы в силу того, что двум мужикам просто надоедает круглосуточно видеть друг друга на протяжении долгих месяцев. А тут еще какие-нибудь нестыковки при выполнении заданий c Земли, и пошло-поехало... Поэтому за пару дней до даты возможного конфликта нам нужно стабилизировать ситуацию. И мы даем задание экипажу на проведение внеочередной проверки какого-нибудь блока аппаратуры».

Сама эта рекомендация для непосвященного кажется дикой: люди и так «на грани», а тут им еще дополнительную работу дают. Но вот тут-то и прячется один из главных «секретов» советской/российской космонавтики.

Когда, например, готовили к старту «Салют-7», рассказывается в «Новой газете», то в различные ниши бортовой аппаратуры станции на Земле были уложены десятки туб с армянским коньяком 25-летней выдержки. Разумеется, про места этих «закладок» знал только ограниченный круг лиц, который и давал периодически указания провести внеочередную проверку того или иного блока. После них кривая на графике, характеризующая нарастание напряженности в отношениях между членами экипажа, стремительно шла вниз.

Были случаи, когда измотанному работой экипажу оператор ЦУПа во время сеанса связи настоятельно рекомендовал использовать во время обеда «кавказский соус» из 33-го контейнера. Того, что только что прибыл на станцию вместе с очередным «грузовиком». В ответ оператора частенько посылали туда, «где Макар телят не пас»... И лишь через несколько сеансов связи в ЦУПе слышалось: «Что же вы так мало "кавказского соуса" в 33-й контейнер положили!»

Без «гостинца» не входить

Зарубежные космонавты, летавшие на станцию «Салют-7» по программе «Интеркосмос», рассказывали «Новой газете», как проходили встречи в космосе двух экспедиций: основной и посещения. Обычно советское телевидение в очередном репортаже о стыковке пилотируемого космического корабля с орбитальной станцией показывало следующие кадры: открывается люк стыковочного узла и в станцию вплывают члены экспедиции посещения. Их радостно встречают местные долгожители. Веселье, объятия, похлопывания по плечам, шутки, краткий брифинг на борту, приветы оставшимся на Земле... Но в реальной жизни операции после стыковки корабля со станцией и проверки стыковочного узла на герметичность проходили по другому сценарию.

Основной экипаж по ту сторону задраенного люка вежливо спрашивал, с чем прибыли гости. И когда из корабля по внутренней связи доносилось, что ни с чем, ему также вежливо рекомендовали продолжать полет «за стенкой». Для того, чтобы обитатели станции открыли люк, нужно было предъявить им «пропуск». И этот пропуск был у всех экспедиций посещения. После некоторых препирательств люк слегка приоткрывался, и в образовавшуюся щель на станцию вплывала бутылка коньяка. Лишь за ней следовала экспедиция посещения. Коньяк шел по кругу, и только после этого экспедиция посещения получала «прописку» на станции. Ничего этого телезрителям, конечно, не показывалось.

Что еще не показывали телезрителям

Вспоминая о своем полете с Юрием Романенко, длившемся 96 дней, космонавт Георгий Гречко рассказывал в интервью газете «Московский комсомолец»: «Понимаете, мы нормальные мужики – не бесполые существа, но и не сексуально озабоченные. Потом, у нас на борту было полтора литра коньяка. Естественно, о пьянстве здесь речь не идет. Полтора литра коньяка на сто дней – это выходило семь с половиной граммов в день на человека. Это было как кусочек земной жизни: перед тем, как залезать в мешки, мы пили по глоточку». «Но нам и в голову не приходило даже понюхать эти несколько граммов перед какой-либо ответственной операцией, например, перед стыковкой или проведением эксперимента», – добавлял Гречко.

А вот какую историю рассказал автору этих строк летчик-космонавт Владимир Дежуров, совершивший вместе с Геннадием Стрекаловым и астронавтом НАСА Нормом Тагардом первый российско-американский полет на «Мире» в 1995 году.

«Пришел на станцию “грузовик” (автоматический транспортный корабль «Прогресс» – Ю.К.). Михалыч (Стрекалов – Ю.К.) с производительностью Стаханова его разгрузил, чтобы добраться до “гостинцев”, которые прислали нам наши домашние. Там он пластиковую бутылочку грамм на триста нашел с этикеткой от “Пепси-колы”. “Лидка (жена Стрекалова – Ю.К.) знает, что послать”, – сказал с благодарностью в голосе. В бутылочке... коньяк был.

Стал ужин готовить. Мы, конечно, Норма пригласили, но он: “Нет, нет, уже поздно, пойду спать”. Михалыч рукой махнул: “Ну, не хочет, как хочет, а я вот сейчас лучок, чесночок порежу, картошечку отварю. Садись, Володя”. А запах по станции аппетитный пошел – невмоготу. Норм у себя в спальном мешке до головы застегнулся, а нос-то снаружи оставил. Глянули в его модуль – он там в мешке шевелится, заснуть не может.

Я еще кусочком сала у его носа помахал. Норм, пошли, говорю, поедим. Тот снова за свое: “Так поздно я не ужинаю”. Мы смеемся: “Да какое «поздно»! Ты на часы посмотри – время полшестого утра уж. Завтракать пора!” Мы ведь пока до гостинцев своих добрались, несколько часов прошло. Ну, Норм не выдержал, присоединился. Михалыч ему тут же свое картофельное пюре отдал, себе новое стал готовить.

Нашли на станции коктейлевые трубочки. Стрекалов выбрал себе самую большую, в диаметре раза в два шире обычной. Я смеюсь: “Михалыч, это не трубочка, а шланг”. Вставляем по очереди коктейлевые трубочки в ту самую бутылку из-под “Пепси-колы”, посасываем. Славно мы тогда перекусили. Норм сразу духом воспрянул».

Если пить, то мадеру

Как сообщил американский портал Space Daily, хьюстонская компания Luko Wines, владеющая магазинчиками по продаже коллекционных сортов вин, предложила 10-процентную скидку на алкоголь для астронавтов НАСА. «По крайней мере, они не будут пить всякую гадость», – заявил владелец компании Джеймс Луко.

Скидка позволит астронавтам приобретать высококачественные сорта вин с низким содержанием солей сернистой кислоты, что ослабит последствия возлияний. Компания, реализующая коллекционные сорта калифорнийских вин Sira и White Roan Blend через веб-сайт, начала соответствующие переговоры с дистрибьютором в Хьюстоне, где находится Центр имени Джонсона – главная «вотчина» пилотируемой программы НАСА и место основного сосредоточения астронавтов.

Стоит отметить, что Luko Wines – не простая компания. Ее владелец Джеймс Луко принадлежит к высшему слою американского истеблишмента. В качестве дипломата ООН он служил в Боснии, Хорватии и Косово, а впоследствии являлся ответственным сотрудником офиса Трибунала ООН по бывшей Югославии в Белграде. Можно предположить, что сделанная его компанией ставка на продвижение алкоголя в НАСА не является безответственной самодеятельностью.

«Мы понимаем, что у медиков есть основания с опасением относиться к употреблению алкоголя астронавтами перед стартом, – отмечает г-н Луко, – однако они не должны забывать и о подтвержденном благотворном воздействии красного вина на организм человека». Что да, то да. Ученые уже неоднократно говорили о пользе употребления сухого красного вина для сердечно-сосудистой системы в объеме не более 150 граммов в сутки.

А если серьезно?

В России есть поговорка: «Господи, не прими за пьянство, прими за лекарство». Космос – одна из сфер деятельности человека, к которой она полностью применима. Летчик-космонавт Георгий Гречко вспоминал: «Коньяк на борту был. В свое время вопрос – поставлять его в космос или нет – рассматривался даже на заседании коллегии министерства здравоохранения. И академик Газенко тогда высказался определенно: "Там, на орбите, у человека очень непростое эмоциональное состояние. Если перед сном ребята выпьют по 5-7 граммов коньяка, чтобы снять напряжение, то я – только за"».

А врач-космонавт Валерий Поляков, совершивший 437-суточный полет на «Мире», полагает, что употребление красного вина, в котором содержится восемнадцать видов аминокислот, препятствует развитию анемии – болезни крови, связанной с уменьшением в ней гемоглобина и эритроцитов. Наблюдения Полякова были недавно подтверждены западными исследователями.

По их мнению, красное вино может компенсировать негативный эффект длительного воздействия невесомости на человеческий организм. Есть в этом вине один «волшебный» элемент под названием ресвератрол. Именно он и защищает от вымывания кальция из костей, а также от развития инсулиновой резистентности.

Данные эти были получены благодаря эксперименту. Нескольких крыс подвесили за хвосты и нижние конечности и держали в таком состоянии довольно продолжительное время с целью имитации невесомости. Как известно, при отсутствии силы тяжести происходит перераспределение жидкости в организме, из-за чего кровь приливает к голове. У тех крыс, которые получали ресвератрол, негативных последствий длительного пребывания в «невесомости» не наблюдалось.

«Мы впервые говорим о простом способе компенсации последствий гиподинамии, когда основным физиологическим функциям организма наносится ущерб из-за недостатка их механической загрузки», – говорится в докладе, подготовленном группой исследователей под руководством Имана Момкема из Страсбургского университета во Франции. Доклад был опубликован в журнале Федерации американских обществ экспериментальной биологии. Ресвератрол, таким образом, «может потенциально рассматриваться как пищевая компенсационная добавка для участников космических полетов, но он еще должен пройти испытания на людях», отмечается в исследовании.

По мнению ученых, это средство может найти применение и в земной жизни, особенно для людей с ограниченными двигательными возможностями. «Ресвератрол не заменит физическую активность, но он поможет замедлить негативные процессы, которые происходят в организме из-за ее недостатка», – подчеркнул доктор Джеральд Вайсманн, главный редактор упомянутого журнала.

Данные выводы подводят к щекотливому вопросу: разрешит ли НАСА своим астронавтам употреблять алкоголь в космосе? Агентство всегда проводило в этом плане жесткую политику: никакого спиртного за 12 часов до старта и уж тем более в полете. А что касается компенсации недостатка движения – так пусть астронавты больше занимаются на тренажерах, установленных на борту шаттлов и на МКС.

Но, как известно, НАСА собралось на астероид, а после на Марс. Простых упражнений в ходе этих сверхдлительных миссий может не хватить, чтобы поддерживать астронавтов в необходимой физической и психологической форме. И вот тут простой бокал вина может оказать просто неоценимую услугу.

XS
SM
MD
LG