Линки доступности

Американские и российские кинематографисты о классике мирового кино

Самому необычному российскому научно-фантастическому фильму исполнилось 40 лет. «Солярис» был снят Андреем Тарковским в 1972 году, получил Гран-при жюри Каннского кинофестиваля и сегодня оценивается экспертами как классика мирового кинематографа. 30 лет спустя, в 2002 году, свою киноверсию книги Станислава Лема снял американский режиссер Стивен Содерберг. По просьбе «Голоса Америки» своими ощущениями от фильма Тарковского поделились российские и американские кинематографисты.

«Я человек, я посредине мира,
За мною – мириады инфузорий,
Передо мною мириады звезд.
Я между ними лег во весь свой рост -
Два берега связующее море,
Два космоса соединивший мост».

Эти строчки отца режиссера, поэта Арсения Тарковского, американский документалист Дмитрий Траковский считает идеально подходящими в качестве своего рода сжатого философского комментария к фильму «Солярис». Сам Траковский, американец русского происхождения, вступил в воображаемый диалог со своим почти однофамильцем года четыре назад, когда снял документальный фильм «Встреча с Андреем Тарковским», где дал слово людям, лично знавшим режиссера и глубоко понимающим его творческое наследие.

«Я хотел доказать своей картиной, что проблема нравственной стойкости, нравственной чистоты пронизывает все наше существование, проявляясь даже в таких областях, которые на первый взгляд не связаны с моралью, например, таких как проникновение в космос, изучение объективного мира и т.д.», – так Андрей Тарковский говорил о своем фильме, снятом по мотивам знаменитого романа польского писателя, опубликованного в 1961 году.

«Я думаю, что фильм [«Солярис»] – научная фантастика только на поверхности, – считает Дмитрий Траковский. – Многие фанатики жанра восхищаются будущим, технологиями, космосом, что Тарковскому было не свойственно. В действительности можно почувствовать противоположный вектор даже в “Солярисе”. Вспомните фразу из фильма: “Человеку нужен человек”. Поэтому Тарковский пытался переделать концепцию Лема во что-то свое. Получилось ли? Думаю, лишь частично. Сам Тарковский это признавал».

«Когда в Ростове-на-Дону, где я учился в университете, вышел на экраны “Солярис”, я сразу же пошел на этот фильм, – вспоминает Евгений Цымбал, кинорежиссер, дважды обладатель Российской национальной премии «Ника». –
После просмотра я был настолько потрясен, что, выйдя из зала, тут же отправился в кассу и купил билет на следующий день. Я посмотрел фильм семь раз... Если философская глубина оставляла бесконечный простор для интерпретаций, эмоционально я принял фильм сразу и бесповоротно. Я и поныне считаю его одним из лучших фильмов Тарковского. Финал, когда на крошечном островке во внеземном мыслящем океане, среди испарений и струй льющейся неведомо откуда воды, действуют смоделированные океаном земные персонажи – теперь уже вовсе без участия людей, окончательно убедил меня в гениальности Тарковского. Океан как бы играл в бисер, в колыбель для кошки, раскладывал антропоморфный пасьянс».

«Этот фильм – и еще несколько – круто изменили мою судьбу, – продолжал Цымбал. – Я бросил социологию, которой увлекался до этого, и через пару лет отправился в Москву, где приложил огромные усилия и немалую изобретательность, чтобы попасть работать на “Мосфильм”. Каково же было мое удивление, когда через шесть лет я был приглашен работать ассистентом режиссера на фильм “Сталкер”! И еще больше был удивлен, когда Тарковский на мои восторженные слова о “Солярисе” сделал скептическую и кислую мину. Я долго не мог понять, почему так неприязненно Тарковский воспринял комплимент “Солярису”. И лишь недавно мне удалось прочитать воспоминания и интервью великого Лема, который рассказал о том, что трактовка Тарковского ему очень не понравилась и он разругался с ним в пух и прах. Так поссорились Станислав Лем с Андреем Тарковским. Я убежден, что в этом случае оба не правы. И книга, и фильм – гениальны».

«Я никогда не влюблялся в фильмы Тарковского, – признался «Голосу Америки» американский кинообозреватель Годфри Чешайр, одно время возглавлявший Общество кинокритиков Нью-Йорка. – Мне он казался излишне претенциозным и слишком выпячивающим свой артистизм, хотя я всегда уважал его смелость и приверженность традициям русской культуры. Но с годами я все больше восхищаюсь его наследием. Символично, что его “Солярис” появился как бы между философски изощренной “Космической одиссеей 2001 года” Стэнли Кубрика и приспособленными к запросам массовой культуры “Звездными войнами” Джорджа Лукаса.

По мнению Чешайра, «Солярис» следовал по стопам фильма Кубрика и проложил тропу таким необычным лентам, как «Квинтет» Роберта Олтмана, «Бегущий по лезвию бритвы» Ридли Скотта и совсем недавним «Меланхолии» Ларса фон Триера и «Древу жизни» Теренса Малика.

«Тарковский нашел в книге Лема то, что его волновало, и заменил этим философскую концепцию автора, – продолжал Чешайр. – Тарковский упрямо возвращается из космоса на Землю и, если точнее, в Россию. Его волнуют тайны счастья, смерти и любви – большие темы, свойственные всем фильмам Тарковского. Чем больше я возвращаюсь к его картинам, тем больше они меня захватывают. В “Солярисе”, например, меня волнуют мелкие детали: лошадь, бредущая по полю, туманы, стелющиеся по русскому пейзажу, вода, колеблющая длинные стебли водорослей. Созданием таких чувственных и непостижимых образов Тарковский вступает с тобой в интимный контакт, который поистине начинает напоминать любовь».

Текущий год можно смело назвать годом Андрея Тарковского. 4 апреля исполнилось 80 лет со дня его рождения (умер он в 1986 году). Помимо юбилея выхода на экраны «Соляриса», в этом году отмечается 50-летие со дня вручения фильму «Иваново детство» главного приза кинофестиваля в Венеции «Золотого льва святого Марка».

«В 1972 году “Солярис” произвел на меня огромное впечатление, которое сохраняется до сих пор, – сказал «Голосу Америки» российский кинокритик Виктор Матизен, возглавлявший до недавнего времени Гильдию кинокритиков и киноведов России. – Это образец экранизации, которая не столько подражает, сколько продолжает. Первая мистическая картина в российском кино. Фильм Содерберга не стоит ставить рядом с фильмом Тарковского, чтобы не подчеркивать разницу художественных масштабов, но как кино, которое заменяет книгу тем, кто не умеет или не хочет читать, он вполне приемлем».

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG