Линки доступности

Российскую сторону в «Поединке» представляет Федор Лукьянов – главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», член президиума Совета по внешней и оборонной политике, американскую сторону - Дональд Дженсен, аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Взгляд из Москвы:
Спасибо, Митт!



Взгляд из Вашингтона:
Что на самом деле следует «передать Владимиру»



Спасибо, Митт!

Спасибо невыключенному микрофону и Митту Ромни: Россия снова в центре внимания американской избирательной кампании. Такого давно не было. В 2000 году республиканцы упрекали Клинтона, что он «потерял Россию»: из многообещающей молодой демократии она скатилась к клептократии с чекистом во главе. В 2008-м ненадолго внимание привлекла российско-грузинская война. Однако не успел Джон Маккейн развернуть знамя противостояния русскому империализму, грянул мировой финансовый кризис и про Грузию забыли. Шум сегодня, по сути, не про Россию, а про Обаму – президент совершил промах, и было бы странно его не использовать. Тем более что пока республиканская кампания совсем не блещет яркими личностями и оригинальными находками.

Дмитрий Медведев обозвал Митта Ромни голливудским персонажем, хотя я на его месте обязательно поблагодарил бы республиканского политика – давно никто не оценивал Россию так высоко. «Главный геополитический враг» Америки – это ровня Советскому Союзу. Просто настоящий бальзам на душу российской элиты, которая все переживает утрату статуса и влияния СССР. С однопартийцами Ромни из прежней администрации – Дональдом Рамсфельдом, Диком Чейни и самим Джорджем Бушем – проблема была противоположная. Они вообще не считали, что на Россию стоит обращать внимание и тем более учитывать ее интересы. И в случае победы республиканцев на следующих выборах отсутствие интереса к России – намного более вероятная перспектива, чем его избыток.

Внешняя политика гипотетического президента-республиканца, возможно, будет повторять риторику неоконсерваторов эпохи Буша (многие из тогдашних чиновников вернутся в администрацию), но не сможет воспроизвести бушевский уровень экспансионизма. Размер государственного долга диктует необходимость экономии, кстати, именно республиканцы больше всего об этом говорят.

Продемократический интервенционизм явно не в моде. В отношении России вероятна высокая степень индифферентности. Как и Буш, следующий американский президент, не будет видеть нужды в диалоге с Москвой по стратегическим вопросам и прекратит попытки что-либо подписать по ограничению вооружений или ПРО. России это, возможно, даже удобнее.

Обама уже предупредил, что намерен в случае второго срока продолжать упомянутые выше темы, России придется формулировать ответы. Как ни странно, какой-то компромисс по ПРО, например, на уровне специально разработанных механизмов мониторинга и верификации, кажется более вероятным, чем дальнейший прогресс по разоружению. Ведь Обама хотел бы заняться дальнейшим сокращением ядерных вооружений, в том числе и тактических, чего Москва сейчас не хочет. Ядерное оружие вообще играет в российском восприятии безопасности намного большую роль, чем в американском.

Пока маловероятно, чтобы Митт Ромни стал следующим президентом США. Но если и станет, перед ним откроется настоящая бездна внешнеполитических проблем, среди которых Россия будет занимать отнюдь не лидирующее место. Задача следующего поколения американских лидеров – окончательно забыть о холодной войне и связанном с ней типом мышления и постараться непредвзято взглянуть на то, что первично, а что вторично, что нужно, а что нет для американской внешней политики. Российско-американская повестка дня нуждается в радикальном обновлении. Вторая перезагрузка на тех же опорах – Иран, Афганистан, ядерное разоружение – не состоится, все темы уходящие, хотя и не разрешенные до конца. Ставить во главу угла проблему демократии и прав человека в России бессмысленно – в этой сфере Москва и Вашингтон никогда не найдут общего языка в силу разного понимания сущности этих понятий. Новый перечень насущных проблем пока так и не появился, хотя рано или поздно придется признать, что Россия и Америка друг другу нужны по целому ряду обстоятельств, например, связанных с ситуацией в Азии. Пока на России как «геополитическом враге номер один», наверное, еще можно набрать пару предвыборных очков. Но это точно последняя кампания такого рода.

Что на самом деле следует «передать Владимиру»

26 марта в Сеуле президент США Барак Обама, не подозревая о том, что микрофон включен, сказал Дмитрию Медведеву, что у него «будет больше гибкости» при решении вызывающего много споров вопроса противоракетной обороны после ноябрьских президентских выборов. Обама попросил российское руководство предоставить ему «пространство» до тех пор, пока у него не появится возможность заняться этим вопросом после переизбрания. Завершающий свою службу на посту президента России Медведев заверил, что «передаст эту просьбу Владимиру» – реальному хозяину Кремля Владимиру Путину, который вернется в Кремль в мае. Этот обмен репликами между Обамой и Медведевым состоялся в разговоре перед началом саммита по глобальной ядерной безопасности в столице Южной Кореи.

Замечания Обамы разгневали критиков его администрации в Соединенных Штатах, которые давно заявляют, что президент недостаточно решителен в вопросе противоракетной обороны и излишне уступчив в отношениях с Москвой. Бывший губернатор Массачусетса Митт Ромни, лидирующий в борьбе за выдвижение кандидатом от Республиканской партии на предстоящих в ноябре президентских выборах, незамедлительно обрушился на Обаму с критикой, поинтересовавшись, в каких еще вопросах президент намерен проявить «гибкость» во время своего второго президентского срока. В интервью CNN Ромни охарактеризовал Россию как «несомненно, геополитического врага [Америки] номер один». Между тем, сторонники Обамы сплотились, чтобы поддержать президента. Многие раскритиковали республиканца за демонизацию России. Даже Медведев сказал свое слово, отметив, что комментарии Ромни отдают «Голливудом».

Между тем, уже через несколько недель президент Обама примет две крупных международных конференции, имеющие ключевое значение для США и России. 18-19 мая в президентской резиденции в Кэмп-Дэвиде пройдет саммит Большой восьмерки, участники которого обсудят планы по долгосрочному восстановлению мировой экономики и другие вопросы. На саммите НАТО, который состоится в Чикаго 20-21 мая, альянс, как ожидается, объявит о завершении первого этапа создания ракетного щита, который вызывает такое ожесточенное сопротивление Москвы.

Саммит Большой восьмерки изначально должен был пройти в Чикаго, но затем Обама перенес его в штат Мэриленд. Путин недавно сообщил генеральному секретарь НАТО Андерсу Фогу Расмуссену, что он не сможет присутствовать на саммите НАТО в Чикаго, как это планировалось ранее, «из-за множества внутренних дел». Обама заявляет, что саммит Большой восьмерки в Кэмп-Дэвиде позволит ему провести больше времени с Путиным и другими иностранными лидерами. Помимо сомнений в том, насколько Обама на самом деле привержен развитию системы ПРО в долгосрочной перспективе, некоторые вашингтонские обозреватели высказывают мнение: Обама перенес место проведения саммита, чтобы не ставить Путина перед неловким выбором – либо оказаться наблюдателем процесса создания системы ПРО, либо покинуть саммит.

Обама и Медведев выразили в Сеуле намерение и далее сокращать ядерные вооружения, однако любое дальнейшее их сокращение наткнется на жесткое противодействие со стороны республиканцев в Конгрессе, обвиняющих Обаму в ослаблении средств ядерного сдерживания США. Американские критики заявляют, что президент не предпринял достаточно скорых мер по модернизации стратегического арсенала Соединенных Штатов, как он это обещал в обмен на поддержку республиканцев при ратификации договора СНВ-3. При этом, как отмечает российский эксперт Владимир Фролов, в отношении системы ПРО наметки соглашения готовы: Путин может принять письменное заявление Обамы о том, что система ПРО не будет направлена против стратегических ядерных сил России, а также гарантии невозможности поражения американскими ракетами-перехватчиками российских ракет на разгонной стадии. Обама может утвердить предложение Путина об обмене информацией. Так или иначе, после комментариев Обамы отныне у любого соглашения по противоракетной обороне гораздо меньше шансов снискать поддержку республиканцев.

Однако вопросы стратегической безопасности между США и Россией нельзя рассматривать отдельно от широкого ряда опасений, которые в последнее время осложняют двусторонние отношения. Для меня самым удивительным в недавнем инциденте стала готовность Обамы отставить в сторону декларируемые опасения Белого дома в отношении ситуации с правами человека в России, военной поддержки Сирии и других вопросов ради того, чтобы возобновить обычное ведение дел между сторонами. («Барак Обама – лучший из американских президентов, которого только может пожелать Москва»,– гласил заголовок газеты «Коммерсантъ» от 28 марта).

А вот риторика Владимира Путина в ходе его предвыборной кампании была полна резкого антиамериканизма. Губернатор Ромни, несомненно, преувеличил, когда назвал Россию главным политическим противником США – на самом деле, таковым можно считать Китай. Сделки с Москвой следует приветствовать, когда они продвигают интересы США. Однако перспективы продвижения в сфере контроля за вооружениями и по другим двусторонним вопросам были бы более многообещающими, если бы кремлевская элита не пыталась инстинктивно противопоставлять Россию Америке на мировой арене. Это еще одно сообщение, которое следовало бы «передать Владимиру».
XS
SM
MD
LG