Линки доступности

В основе реформ российской армии – контроль за бюджетными средствами

  • Виктор Васильев

В основе реформ российской армии – контроль за бюджетными средствами

В основе реформ российской армии – контроль за бюджетными средствами

О необходимости реформирования российской армии в стране говорят много и на самых разных уровнях – от вахтера до политической элиты. 8 октября в РИА «Новости» на эту тему прошел «круглый стол», собравший широкий круг экспертов.

Основной вопрос на заседании был поставлен так: «Военная реформа: как и к чему готовятся вооруженные силы России?». Во время дискуссии участники коснулись многих наболевших проблем, в том числе Государственной программы вооружений до 2020 года – оснащению российской армии новыми образцами вооружений, формированию объединенного стратегического командования на основе старых военных округов и другим проблемам.

Дискуссию о сути преобразований и новом облике вооруженных сил РФ открыл директор Института политического и военного анализа Александр Шаравин. Он отметил, что ему, как и остальным экспертам, до сих пор неизвестно, кто автор задуманной реформы. «Наверное, только в голове министра обороны и начальника Генштаба есть полный ее замысел», – сказал выступавший.

Основная суть проблемы, по его мнению, сводится к тому, что в российских Вооруженных силах надо менять все и сразу. «Задача трудновыполнимая с учетом грандиозности поставленных целей – сделать армию эффективной, компактной и адекватной современным вызовам, – но приходится ее решать, по-другому нельзя. Потому что, в принципе, мы вошли в ХХI век с армией середины прошлого века, с остатками советского наследия», – подчеркнул он.

На взгляд Александра Шаравина, конкретные результаты реформы уже можно видеть. При этом он заметил, что одни новаторские шаги встретили горячую поддержку, другие – резкую критику. К реальным и успешным шагам на пути реформ Шаравин отнес кардинальное изменение всей системы управления ВС. «Это не копирование советской или американской схем, хотя западный и отечественный опыт здесь был учтен. Теперь на театре военных действий, по сути, будет один командующий, которые персонально несет ответственность за все, руководя разнородными войсками. Это очень серьезный шаг вперед, который позволяет сделать систему управления более эффективной», – добавил он.

С ним во многом согласен ответственный редактор газеты «Независимое военное обозрение» Виктор Литовкин, выступавший в роли ведущего «круглого стола». Главное, что в его понимании дает создание четырех округов вместо шести – это резкое сокращение военных бюрократических структур. «Прежде у нас были Московский и Ленинградский военные округа, Балтийский и Северный флота, Калининградский особый район – теперь это одна структура. Вместо двух штабов военных округов создан один, с теми же задачами и функциями. Командующий руководит всеми видами войск, за исключением стратегических ракетных и космических войск», – проиллюстрировал он свою мысль.

Тем не менее, запланированное сокращение офицерского состава с 550 до 350 тысяч, по наблюдениям Виктора Литовкина, еще не произошло в силу объективно-субъективных обстоятельств.

Как утверждает газета «Ведомости», численность аппарата российского Генштаба будет сокращена более чем на тысячу должностей. При этом численность ГОУ (Главного Оперативного Управления Генштаба) планируется сократить с 500 до примерно 200 человек.

Заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко остановился возможных военных угрозах для России, потенциальных и реальных конфликтах. К последним он отнес ситуацию на Северном Кавказе, где конфликт продолжается уже в течение 16 лет. Макиенко считает, что этот конфликт, «имевший до 2004 года форму этнического сепаратистского мятежа, трансформировался в гораздо более опасную форму салафисткого мятежа с отчетливыми признаками иностранного военного вмешательства».

«Если прежде террористы при осуществлении своих акций вывешивали ичкерийские флаги с волком, то с «Норд-Оста» пошли в ход черные флаги с арабской вязью. На первый план выступила совершенно другая идеология», – делает он заключение. С его точки зрения, нет никаких оснований полагать, что конфликт не вернется к таким масштабам, когда в нем вновь придется участвовать и армии.

Константин Макиенко убежден, что никто в мире не знает, к каким конкретно конфликтам надо готовиться и какими они будут, потому что войны всегда были неожиданными и протекают не по плану. Ввод, на его взгляд, напрашивается простой: надо готовить к любому повороту событий и ждать угроз со всех сторон. «Иногда России было бы полезно присоединиться и к каким-то Натовским операциям», – добавил он.

Виктор Литовкин, наоборот, с трудом представляет вероятность участия России в экспедиционных операциях вместе с НАТО. «Россия вряд ли когда-нибудь станет членом Североатлантического блока», – убежден журналист.

По наблюдениям руководителя отдела по оборонной политике Российского института стратегических исследований Григория Тищенко, для США и НАТО становится очевидным, что без содействия России им фактически не решить проблему Афганистана, а в дальнейшем – и Ирана. «Поэтому они всячески пытаются вовлечь Россию в свою орбиту», – резюмирует он и предполагает, что такое давление будет только нарастать.

Григорий Тищенко отметил, что в США и в Европе тоже стараются включить Россию в разные программы, в совместную работу в области ПРО. «Но никто нас к кнопке управления системой ПРО никогда не подпустит. Это прописано в документах НАТО», – подчеркнул он.

Директор Центра анализа мировой торговли оружием, главный редактор журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко напомнил о нашумевшем интервью министра обороны Анатолия Сердюкова, в котором тот заявил, что, «когда он пришел в министерство, то был поражен полной бесконтрольностью над процессами, связанными с расходованием военного бюджета, и масштабами коррупции и воровства».

«Сегодня многие спрашивают, почему Сердюков привел с собой людей из Федеральной налоговой службы? Это как раз для того, чтобы наладить контроль за расходованием бюджетных потоков, которые с каждым годом все увеличиваются», – сказал И.Коротченко.

По его данным, в ближайшие 10 лет Министерство обороны РФ потратит 19 триллионов рублей.

К сожалению, все предыдущие государственные программы вооружения были сорваны, подытожил он: «Ни одна из них не была реализована в полном объеме. В системе государственного оборонного заказа выстроено масса схем, по которым средства «распиливаются», уходят в откаты и так далее. Есть примеры, когда тратятся миллиарды рублей, а на выходе нет ничего кроме бумаг, которые оформляются в виде отчетности».

С точки зрения Игоря Коротченко, вопросы приоритетов в области военно-технических программ приобретают сегодня исключительно важное значение. Военный эксперт очень позитивно относится к тому, что генштаб теперь станет определять потребности российской армии и флота в мирное и военное время, и что именно генштаб будет осуществлять государственный заказ соответствующего вооружения.

Важнейшим приоритетом в рамках государственной программы вооружений Игорь Коротченко назвал модернизацию и обновление стратегических ядерных сил России. В этой связи его очень порадовал успешный пуск ракеты «Булава».

По сообщению представителя управления пресс-службы и информации Минобороны РФ, из 12 предыдущих пусков «Булавы» только пять были признаны удачными. Между тем, эта межконтинентальная баллистическая ракета должна в перспективе стать основой морских стратегических ядерных сил России, под нее уже заложены новые подводные лодки.

Есть все основания надеяться, что наконец-то военная реформа в России принесет результаты. Как заявил 14 сентября глава Пентагона США Роберт Гейтс накануне визита Сердюкова в США в интервью информационному агентству «Интерфакс», «его впечатляет то, что масштаб и глубина реформы российских вооруженных сил, совпадают с его собственными».

Новости России читайте здесь

XS
SM
MD
LG