Линки доступности

Независимый эксперт Юрий Караш делится своим мнением о том, насколько новое образование будет отвечать интересам космической отрасли – или станет очередной «кормушкой» для приближенных к власти

Свершилось! Теперь в России перестанут падать старые, но надежные ракеты-носители, а спутники будут без проблем преодолевать несколько тысяч километров до околоземной орбиты, которые за последние годы стали для них куда более серьезной преградой, чем сотни миллионов километров до Марса – для космических аппаратов других стран.

Кроме этого, Россия наконец-то поставит перед собой инновационные и амбициозные цели в космосе, достигнув которые в обозримом будущем, она не только выйдет в космические лидеры, но и качественно поднимет уровень своей науки и техники и заставит себя уважать не только за объемы добычи нефти и газа. И все это благодаря тому, что в стране будет создан Совет по космосу при президенте РФ.

Не верится, правда? И правильно.

У пяти нянек дитя без глаза

В настоящее время в России существуют пять организаций, которые играют роль – от ключевой до существенной – в планировании и осуществлении космической деятельности.

Первая из них – это, конечно, Федеральное космическое агентство Роскосмос. Оно участвует в разработке космической политики России и реализует ее.

Вторая – подведомственный Роскосмосу Центральный научно-исследовательский институт машиностроения (ЦНИИМаш). Эта организация также занята разработкой стратегии и тактики космической деятельности страны.

Третья – Совет Российской академии наук по космосу. Данное подразделение РАН отвечает за научные направления в рамках общей космической программы России.

Четвертая – Российская академия космонавтики имени Циолковского. Эта общественная организация является своего рода коллективным интеллектом лучших (по крайней мере, так было задумано) российских специалистов в самых разных сферах космической деятельности. Задача академии – предоставлять Роскосмосу, ЦНИИМашу и прочим «официальным» космическим организациям России необходимую экспертную поддержку, а также вырабатывать свое, осуществимое в российских условиях видение исследования и освоения космоса и предлагать это видение Роскосмосу и прочим правительственным структурам, ответственным за космическую деятельность России.

Пятая – Московский космический клуб. Это также сообщество космических экспертов, хоть и не такое широкое, как Академия космонавтики. Клуб существует с 1990 года, и за это время его члены внесли ряд предложений относительно формирования космической программы России.

В данный список вошли лишь пять основных «нянек» российской космонавтики. А есть еще подразделения аппарата правительства, курирующие науку и технику страны, есть аналогичные подразделения в Госдуме в виде профильных комитетов, включая имеющийся при ней экспертный совет по авиакосмической отрасли и т.д…

И при таком количестве «заботливых рук» российская космонавтика вступила в шестое десятилетие своего существования с техникой, которая «родилась» одновременно с ней или в период ее «юности», и не имея перед собой задач, ради решения которых она и создавалась: поднимать науку и технику страны, а также авторитет и престиж государства.

Более того, она стала играть в некотором смысле отрицательную политическую роль, демонстрируя всему миру, что Россия не только не способна создать новые технологии, но даже не в состоянии обеспечить необходимое качество производства старой советской техники.

Что нового даст тот Совет – ответа не было, и нет

О создании Совета по космосу при президенте РФ нынешний глава Роскосмоса Владимир Поповкин заговорил еще в 2012 году. Предполагалось, что новый орган получит вневедомственный статус и будет отвечать за реализацию космической стратегии России до 2030 года.

В апреле нынешнего года данная стратегия была утверждена президентом (официальное название документа «Основные положения Основ государственной политики Российской Федерации в области космической деятельности до 2030 года и дальнейшую перспективу»). Уже тогда стало ясно, что данный документ является стратегией постановки «дымовой завесы», призванной скрывать отсутствие у космонавтики прорывных и конкретных целей и задач.

Нежизнеспособность генерального курса космической отрасли предопределяла нежизнеспособность органа, который должен был отвечать за реализацию этого курса. Поэтому, когда в апреле Поповкин вернулся к этой идее создания Совета по космосу, он несколько видоизменил предназначение этого органа.

Теперь, согласно Поповкину (цитируется по сообщению ИТАР-ТАСС), главной функцией Совета должен был стать «контроль за реализацией закона о космической деятельности». Это заметно усилило жизнестойкость предлагаемого ведомства. Ведь данный закон, принятый еще в 1993 году, является своего рода юридическим фундаментом российской космонавтики, что соответственно предопределяет надежное будущее органа, который будет следить за его соблюдением.

«Советом» по безответственности и разгильдяйству?

Согласно газете «Известия», о необходимости создания Совета при президенте по развитию космонавтики в Госдуме заговорили «после серии громких скандалов вокруг Роскосмоса». По словам первого зампреда комитета по промышленности от «Единой России» Владимира Гутенева, он и его коллеги по комитету «сейчас разрабатывают структуру такого совета и в ближайшее время направят свои предложения президенту Владимиру Путину».

Главная цель совета, как подчеркнул Гутенев – это «постоянно контролировать ведомство Владимира Поповкина, участвовать в выработке стратегии отрасли, ее реализации, мониторинге и коррекции».

Итак, в функции предложенного Совета по космосу теперь должно войти наблюдение за работой Роскосмоса. Что ж, достаточно своевременный шаг. Посмотрим, кто будет его предпринимать.

А судьи кто?

По словам Гутенева, процитированным в «Известиях», в состав Совета должны войти «мощные управленцы»: представители комиссии по модернизации промышленности при Общественной палате, экспертного совета по авиакосмической отрасли при Госдуме, представители Роскосмоса, председатель научно-технического совета «Ростехнологий» Юрий Коптев, специалисты двигателестроительной отрасли (холдинг «Объединенная двигателестроительная корпорация» (ОДК), представители ЦСКБ-ПРОГРЕСС, молодые ученые и представители бизнеса.

Ну просто «команда мечты»! Вот только одно непонятно – где же эти «мощные управленцы», включая «молодых ученых», «представителей бизнеса» и «модернизаторов промышленности» при Общественной палате, были раньше? Ведь серия громких космических неудач России, связанных с отказами давно находящейся в эксплуатации и, казалось бы, всесторонне проверенной техникой, пошла с декабря 2010 года.

А разве до 2010 года ситуация была лучше? Неужели не были очевидны застой и деградация отечественной космической отрасли, нацеленной на бесконечную эксплуатацию технологического задела, созданного еще в советские времена? И почему эти управленцы, ученые, бизнесмены и модернизаторы не высказались по поводу тупиковых характеров программ развития российской космонавтики до 2020-го и до 2030 годов? По какой причине не предприняла никаких решительных, а главное, действенных шагов по исправлению критической ситуации Госдума?

Может быть, у этих «спасителей» космической отрасли России не было «площадки», где они могли бы это сделать? Неправда. Если достаточно узкопрофильный и закрытый характер официальных космических ведомств и подразделений типа Роскосмоса, ЦНИИМаша или Совета РАН по космосу не позволял собраться в их стенах представителям различных отраслей и сфер деятельности, заинтересованных в улучшении дел в российской космонавтике, то Академия космонавтики или Московский космический клуб такую возможность могли им предоставить.

Те, кого сейчас собираются позвать на помощь российской космической отрасли, могли использовать эти две «площадки» в качестве места обсуждения ее наболевших вопросов, пользоваться экспертным ресурсом академии и клуба, подготовить совместное заявление или предложения, но… не сделали этого. Почему?

Да потому, что их не волновало то, что происходит с космонавтикой. Не волнует и сейчас. Поэтому было бы весьма наивно ожидать, что, объединившись в рамках Совета по космосу при президенте, они смогут что-то изменить к лучшему.

Создавать – не торговать

Есть и еще один момент, вызывающий весьма скептическое отношение к созданию еще одного органа управления космической отраслью. Кто-нибудь из прочимых в него «представителей бизнеса» заработал свое состояние по примеру Элона Маска, Билла Гейтса или Стива Джобса в сфере разработки и производства высокотехнологичной продукции?

Кто-нибудь из «мощных управленцев» или «модернизаторов промышленности» создал новую или, по крайней мере, воссоздал старую промышленную отрасль (помимо сырьевой или строительной), сделав ее при этом прибыльной и конкурентоспособной на мировом рынке?

А если так, то не приведет ли симбиоз «эффективного менеджмента» и бизнеса в управлении космонавтикой к тому, что по бросовым ценам будут коммерциализированы остатки советского космического задела, после чего российская космонавтика продолжит жить только в учебниках истории?

Нужна ли сторожевая собака без зубов?

Одна из предполагаемых функций Совета по космосу – это «контроль» деятельности Роскосмоса. Бесспорно необходимая мера с учетом количества аварий, произошедших из-за элементарного нарушения технической дисциплины, «крайней неэффективности» российской космической отрасли (по оценке Счетной палаты) и игнорирования Роскосмосом требований закона о госзакупках.

Непонятно одно – как Совет по космосу будет осуществлять этот контроль, который невозможен без угрозы наказания. А о какой реальной угрозе наказания, в том числе материального, за космические аварии можно говорить, если профессиональный торговец мебелью, непонятно каким образом ставший министром обороны, оказался причастен к аферам, нанесшим ущерб военному ведомству на десятки миллиардов рублей, и при этом он проходит лишь «свидетелем» по соответствующим уголовным делам?

Есть аппарат вице-премьера Дмитрия Рогозина, есть Госдума, Счетная палата и прокуратура. Этих ведомств более чем достаточно, чтобы осуществлять эффективный контроль над деятельностью Роскосмоса при условии, что это будет действительно контроль, а не его видимость. В противном случае увеличение количества беззубых сторожевых собак лишь увеличит громкость лая, но вряд ли сможет реально оградить космонавтику от халатности или противоправных деяний.

Копировать чужой опыт, но не чужие ошибки

У Совета по космосу при президенте, как и у многих других начинаний в советской/российской космонавтике, есть американские корни. Действительно, в США в 1958-1973 и в 1989-1993 годах такой орган был. В первый период своего существования он назывался «Национальный совет по космосу и аэронавтике», а во второй – «Национальный совет по космосу». За 55 лет, прошедших со времени рождения космической программы США, этот орган только 19 лет являлся частью ее управленческой структуры.

Не так и долго. Почему? Вот как объяснил это в интервью «Голосу Америки» один из ведущих американских экспертов в области космической политики, профессор Университета Джорджа Вашингтона Джон Логсдон: «За исключением очень непродолжительных промежутков времени (1961-й и 1989-1992 годы) Совет по космосу не показал себя эффективным механизмом ни разработки космических инициатив, ни координации на уровне президента космической политики и космических программ среди различных правительственных ведомств. Стало очевидно, что такой орган в составе высших эшелонов исполнительной власти не нужен».

Перчатка без кулака

Обратим внимание на даты, когда Совет по космосу, по словам Логсдона, принес какую-то пользу. В 1961 году в США было объявлено решение о полете на Луну. Вице-президент Линдон Джонсон сыграл ключевую роль в его принятии. Сделал он это в рамках возглавляемого им Национального совета по космосу и аэронавтике (при этом его поддержал всего лишь один член этого органа).

А в 1989-1992 годах в Соединенных Штатах шел поиск направления, в котором следовало развивать космическую деятельность страны. Члены Национального совета по космосу разработали для президента Джорджа Буша-старшего «Инициативу в области исследования космоса», которую президент позже предложил Конгрессу, но которая так и не была одобрена законодателями.

Они также рекомендовали создать «комиссию Августина» (названную так по имени Норма Августина – одного из крупнейших американских предпринимателей в области космической деятельности) для всесторонней оценки деятельности НАСА и предложили Белому дому и Капитолийскому холму «открыть двери» американского рынка для советской космической техники. Речь тогда шла лишь об использовании ракет-носителей «Протон» для запуска полезных нагрузок США и других стран.

При этом Национальный совет по космосу при всем желании не смог участвовать в принятии судьбоносного для космических программ США, России, Европы, Японии и Канады решения о строительстве МКС, ибо к тому времени был уже распущен президентом Биллом Клинтоном по причине экономии средств.

Совету удавалось хоть иногда играть конструктивную роль во многом потому, что его сначала возглавлял президент, потом вице-президент, а в состав этого органа входили главы ключевых ведомств США: Госдепартамента, Министерства обороны, НАСА, ЦРУ, Комиссии по атомной энергии, Министерства транспорта, Министерства торговли, Министерства финансов и т.д…

Все эти люди вместе представляли собой сжатый и очень мощный «кулак», способный пробить любую преграду на уровне государственных ведомств или бизнеса, которая могла встать на пути реализации крупномасштабных космических проектов США.

А теперь вспомним еще раз, кого прочат в Совет по космосу при президенте РФ. Некие управленцы, молодые ученые, бизнесмены, модернизаторы и представители промышленности… Контраст между американским Советом и его предлагаемым российским аналогом такой же, как между кулаком в перчатке и перчаткой без кулака.

Ах, мой милый Августин!

Отсутствие перед космонавтикой научно-технических и политических задач, решение которых должен был бы облегчить Совет по космосу при президенте РФ, его предполагаемый состав из лиц неясного ранга и статуса (но в любом случае не играющих ключевых ролей в государстве и зачастую имеющих такое же отношение к космонавтике, как зрители в театре к происходящему на сцене) приводит к мысли о том, что в действительности данный орган учреждается с двумя целями.

Первая – создать видимость «кипучей деятельность» по исправлению дел в космонавтике, а вторая – создать очередную властную «кормушку», в которой «свои» люди могли бы наслаждаться ее обильным и вкусным содержимым.

Означает ли это, что российской космонавтике не требуется помощь в поиске миссии и способов ее реализации? Конечно, нет. Такая помощь ей нужна, но в условиях России она была бы более эффективна в виде уже упомянутой «комиссии Августина», чем Совета по космосу при президенте.

В 2009 году именно данная комиссия, вновь сформированная по просьбе Белого дома, подготовила 157-страничный доклад, в котором представила пять сценариев пилотируемой космической деятельности. Выводы доклада послужили основой для отмены администрацией Барака Обамы программы возвращения на Луну президента Джорджа Буша-младшего и начала работ по подготовке экспедиций в «дальний» космос, за пределы лунной орбиты.

Непосредственными авторами доклада стали 10 человек. Из них лишь трое были в прошлом сотрудниками НАСА. Остальные, хоть и взаимодействовали с этой организацией, тем не менее, являлись представителями в основном академического и делового сообщества. Их суммарный опыт измерялся в том числе 293 годами работы в области космонавтики, 175 годами научной и 144 – инженерной деятельности, а также 160 годами работы в частном секторе.

Однако участие в написании доклада приняли еще более 120 экспертов, представлявших в том числе такие общественные, академические и научно-исследовательские организации США, как Планетное общество, Марсианское общество, Институт космической политики, Смитсоновский институт и многие другие.

Политические аспекты документа разрабатывались с привлечением 12 конгрессменов и 9 сенаторов. Именно такой широкий круг специалистов, задействованных в подготовке данного доклада, смог обеспечить его аналитическую глубину, информационную насыщенность и практическую значимость.

Чем же вариант «Августин» привлекательнее Совета по космосу в российских условиях? Тем, что позволит собрать вместе реальных экспертов в области космической деятельности, заинтересованных в подъеме отечественной космонавтики. По этой причине в комиссии не будет случайных людей, далеких от космонавтики, но близких к высокопоставленным чиновникам, во власти которых создавать «кормушки» в правительственных структурах.

То, что данная комиссия не станет подобной «кормушкой», значительно снизит интерес к проникновению в нее у тех, кто ради получения доступа к властному «пирогу» готов с одинаковым уровнем энтузиазма и некомпетентности заниматься чем угодно – от производства удобрений до исследования и освоения Вселенной.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG