Линки доступности

Нынешнее поколение российских людей будет жить при путинизме


Во время дискуссии в Колумбийском университете

Во время дискуссии в Колумбийском университете

Прогнозы экспертов не предвещают кардинальных перемен на российской политической сцене

Неутешительный коллективный диагноз российской политической системе в преддверии президентских выборов 2012 года поставили представители либеральной профессуры.

Блиц-дискуссия «Россия Путина и предстоящие выборы», состоявшаяся в минувший понедельник в стенах Колумбийского университета, продолжалась два часа с небольшим. Резюме оживленной дискуссии, которой не без юмора дирижировал директор Института Гарримана Тимоти Фрай, можно свести к двум главным тезисам. Первый – выборы будут чисто формальными и проштампуют озвученные уже сегодня намерения власти. Второй – эпоха Путина продлится еще примерно 6-15 лет.

Стартовую щепотку скепсиса подбросил в котел обсуждения политолог Николай Петров из Московского центра Карнеги.

«О каких выборах речь?! – сказал он. – Партий фактически нет, а есть электоральные проекты, которые наверняка исчезнут после выборов. Сами выборы, полагаю, будут исключительно скучными, потому что у власти нет серьезных оппонентов и фактически отсутствует существо спора».

По мнению Петрова, после того как 24 сентября было объявлено о решении Владимира Путина баллотироваться в президенты РФ, «Медведев стал никем». И фактически предстоящая политическая реальность может представлять интерес только с точки зрения выяснения двух моментов. Получит ли на выборах в Госдуму «Единая Россия» квалифицированное большинство? И сколько мандатов получит «Справедливая Россия»?

Как считает аналитик, на фоне очевидного разочарования электората мнимостью выбора главной проблемой для режима Путина становится повышение его легитимности в глазах народа.

Коллега Петрова по Московскому центру Карнеги Мария Липман охарактеризовала формулу нынешней власти в России как «политическую монополию».

«Путин и Медведев теряют популярность в массах, – отметила она. – Фактически нет реальной оппозиции. Люди мало кому верят, считая, что “ничто от нас не зависит”. Настроение близко к апатии. Немногие уезжают за границу, но общее настроение отъездное. Впрочем, я бы не стала, как некоторые, сравнивать ситуацию в России с “арабской весной”. Это была бы слишком алармистская и, одновременно, оптимистическая позиция».

Вместе с тем Липман констатировала некоторый рост общественной активности, выделив остросатирический проект Михаила Ефремова и Дмитрия Быкова «Гражданин поэт» и антикоррупционную деятельность Алексея Навального.

Для проректора Российской экономической школы Константина Сонина главным стабилизирующим фактором, работающим во благо нынешнего режима, являются высокие цены на нефть.

«Пока выгодная экономическая конъюнктура продолжается, – подчеркнул Сонин, – Путину и его окружению фактически ничто не угрожает. Даже если цены на нефть упадут до 40 долларов за баррель, Россия за счет огромных накоплений может продержаться лет пять».

«Парадоксальная реальность жизни в Москве такова, – заявил Сонин, вызвав оживление аудитории, – что кафетерии сети “Старбакс” там в два раза дороже нью-йоркских, при том что средний москвич имеет треть заработка типичного ньюйоркца».

Что касается выборов, то Сонин предпочитает применительно к России не употреблять это слово, а использовать ироническое выражение «событие электорального типа» или исторические термины «коронация» и «конфирмация».

Неформальные отношения среди элит, проще называемые «блатом», выделила в качестве одной из главных особенностей политико-экономической реальности России Алена Леденева, профессор Школы славянских и восточноевропейских исследований Лондонского университетского колледжа. Она аттестовала себя как эксперта по «политической антропологии».

Размышляя о «системе Путина», Леденева подчеркнула: «Да, в России существует частная собственность, но она обусловлена нетворкингом и фаворитизмом, то есть очень специфическими отношениями предпринимателей с властными структурами. Если раньше преобладали взятки, то сегодня главный массив коррупции представляют собой откаты. Можно говорить о структуре управления России как о гигантской пирамиде откатов. Власти при этом уже не командуют в привычном представлении слова, а посылают сигналы, которые чутко улавливаются».

В представлении известной радикальной журналистки Юлии Латыниной структура управления в России похожа на обезьянник, где всем заправляет альфа-самец.

«Правлению Путина не видно конца, – отметила она, – поскольку в пользу режима в совокупности работают четыре фактора стабильности. А именно: высокие цены на нефть; малый процент в обществе молодых людей, а именно они склонны к переменам; свобода эмиграции и осознание обществом тупиковости революционных методов изменения строя».

Вместе с тем Латынина выделила три фактора, которые могут дестабилизировать режим Путина. Тотальная коррупция, включая дискредитирующую власть позицию по громким делам Магнитского и Бута. Растущий национализм, грозящий расколоть общество на враждующие этнические сегменты. И, наконец, экспансия Интернета как свободной и влиятельной трибуны протестов и разоблачений. Латынина поставила вопрос ребром: «Как закончит Путин? Как Франко или как Муссолини?».

Подводя черту, Тимоти Фрай вбросил в поле дискуссии вопрос «на засыпку»: сколько лет будет еще рулить Россией Владимир Владимирович Путин?

Футурологические гадания экспертов оказались довольно широкими по разлету мнений – от 6 до 15 лет будущего путинского президентства. Лишь Николай Петров рискнул предположить, что «новый старый президент» не дотянет до конца первого срока, впрочем, об аргументах в пользу данной версии он не стал распространяться.

«Трудно сказать, сколько времени продержится режим, – сказала Юлия Латынина, отвечая на вопрос «Голоса Америки». – Как однажды сказал мне Вячеслав Всеволодович Иванов, когда-то мой научный руководитель, у русского народа нет ярко выраженной точки кипения. Кто бы думал в начале февраля 1917 года, что получится такая бяка».

Другие материалы о событиях в России читайте в рубрике «Россия»

XS
SM
MD
LG