Линки доступности

По мнению политологов, российский президент дал понять, что не склонен к резким переменам

Во время своей одиннадцатой «прямой линии с народом» Владимир Путин поставил очередной рекорд длительности общения: он отвечал на вопросы в течение 4 часов 47 минут.

Однако подобный формат вызывает энтузиазм не у всех российских политических аналитиков. Несколько экспертов, с которыми корреспондент «Голоса Америки» пыталась заранее договориться о комментариях, заявили, что смотреть трансляцию «прямой линии» не будут и обсуждать ее не намерены.

Их настроение выразил писатель-сатирик Виктор Шендерович, который в своей статье в «Ежедневном журнале», заметил, что написанное про Путина «бог знает сколько лет назад – не требует редактуры сегодня». Статья была опубликована 25 апреля за несколько часов до начала «прямой линии».

Кудрин как «рояль в кустах»

Профессор политологии Европейского университета в Санкт-Петербурге, приглашенный профессор Техасского университета в Остине Владимир Гельман считает, что жанр «прямой линии» – вопросов из различных регионов страны и ответов в прямом эфире из Останкино – устарел, но замены ему нет и, по мнению эксперта, не предвидится. «Отказаться от общения с согражданами глава государства не может, да, наверное, и не хочет. В то же время живого диалога и реальной дискуссии всячески хочется избежать», – отмечает Владимир Гельман.

Директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов считает, что повторов в одиннадцатой «прямой линии» было много, и люди на местах задавали предсказуемые вопросы про зарплаты, и просили сделать им различного рода подарки. «Но с другой стороны, – отмечает Симонов, – была и новинка. Впервые общение было не только с народом, но и с элитой. Появился и “рояль в кустах” – Кудрин, который подробно рассуждал про экономическую политику, и заявлял, что он пошел бы работать (в правительство) только, если бы ему дали карт-бланш в проведении экономической политики».

По мнению Константина Симонова, этот момент «прямой линии» был принципиально важным, потому что Путин показал элите, что народ жаждет ее крови. В этой связи эксперт упомянул вопросы с мест касательно судьбы Анатолия Сердюкова и Анатолия Чубайса. «А сам Путин выступил в роли некоего защитника, сказав, что в России существует презумпция невиновности и независимый суд».

Тем самым Путин, по мнению директора Фонда национальной энергетической безопасности, направил определенный сигнал не только народу, дескать, все в порядке, зарплаты растут, но и послал месcидж элитам: подумайте, что бы с вами было без меня?

«Попытки реформ обречены на сопротивление власти»

Профессор Высшей школы экономики Андрей Заостровцев, напротив, не увидел в участии Алексея Кудрина в «прямой линии с народом» ничего необычного. В беседе с корреспондентом «Голоса Америки» он напомнил, что еще в момент своей отставки с поста министра финансов в сентябре 2011 года, Кудрин заявил, что не видит проведения реальной экономической реформы. «И, поскольку Россия идет к авторитарно-директивному управлению, в том числе и экономикой, Кудрин не хочет, хотя бы портить свою репутацию эффективного и достаточно жесткого министра финансов», – считает профессор Заостровцев.

Во время своей пикировки с Владимиром Путиным в ходе «прямой линии» Алексей Кудрин заметил, что не готов работать в ситуации, когда принимаются полумеры и проводятся половинчатые реформы. Такая система, по словам Кудрина, не сработает, Россия не избавится от нефтяной зависимости, а четкой экономической программы нет.

Андрей Заостровцев считает, что российская экономика просто не может быть устойчивой в нынешней ситуации. «Неправовой характер российского общества усиливается не просто от года к году, но от месяца к месяцу. В этом плане классическим примером может служить процесс Навального. Но по той же схеме до этого судили массу предпринимателей. По существу, права собственности в России ничем не защищены, а это – база любой экономики», – указывает эксперт.

Профессор Заостровцев соглашается, что российская экономика довольно благополучно существовала некоторое время за счет благоприятной конъюнктуры на нефтегазовом рынке. Но «в ближайшей перспективе все изменится в худшую сторону, – предупреждает собеседник «Голоса Америки», – вследствие “сланцевой революции” цены на газ падают, и цены на нефть тоже могут упасть. А на этом строится бюджет, о чем Кудрин знает еще лучше меня. А второго пути нет, потому что создать правовое государство и защитить права собственности, обеспечить безопасность акционеров и так далее – невозможно, поскольку политическая система строится на прямо противоположном принципе», – указывает Андрей Заостровцев.

И подытоживает: любая попытка реформы в России неизбежно натолкнется на острое сопротивление со стороны власти. Кроме того, подобная попытка заведомо будет непопулярной в народе. Наконец, реформа, по образному выражению Андрея Заостровцева «подпилит сук, на котором сидят люди при власти, включая тех, кто сидит на самом верху властного дерева». В результате получается ситуация, в шахматах называемая цугцвангом, когда любой ход ведет к ухудшению позиции.

Жестко стелет, да мягко спать?

Константин Симонов отметил также жесткий стиль высказываний Владимира Путина по ряду внутриполитических проблем. «Много было вопросов по поводу перемен в правительстве. И был фактически прямой меседж: ребята, я не собираюсь завтра всех вас разгонять, но такой сценарий возможен».

Кроме того, эксперт отметил, что Владимир Путин указал свое видение политической системы: возвращение мажоритарных выборов и свобода создания новых партий при наличии хотя бы пятисот членов. «Путин словно говорит: идите, и участвуйте в политике. А кто будет пытаться обойти эту процедуру, и выйти за пределы установленных правил игры – с теми мы будем жестко разбираться, сколько бы там ни кричали о нарушении прав человека, свободе в Интернете и так далее», – сказал директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.

Владимир Гельман, напротив, считает, что Путин изменил свой привычный агрессивно-наступательный стиль и был более осторожен в высказываниях. По мнению политолога, это – неспроста: «Он понимает, что он уже не тот Путин, который пользовался всеобщей любовью, как когда-то в начале двухтысячных годов. А с другой стороны – встают новые реальные проблемы. То есть и в экономике все очень непросто, и восприятие Путина согражданами меняется. Поэтому он не провоцировал напряженность там, где без этого можно было обойтись, а наоборот – всячески демонстрировал свое хорошее отношение к Кудрину и все в таком ключе», – подытожил Владимир Гельман.
  • 16x9 Image

    Анна Плотникова

    Корреспондент «Голоса Америки» с августа 2001 года. Основные темы репортажей: политика, экономика, культура.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG