Линки доступности

Договор о СНВ и фактор ПРО

  • Вадим Массальский

Министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что Москва и Вашингтон возобновят переговоры по новому договору о СНВ в начале февраля.

Он подчеркнул: «Полагаем, что заключение, надеюсь скорое – на основе равноправия и паритетности обязательств сторон – нового Договора о СНВ будет способствовать серьезным переменам к лучшему во всей разоруженческой сфере, да и в целом в отношении ситуации со стратегической стабильностью».

Кроме того, Сергей Лавров выразил недоумение решением Польши разместить вблизи границы с Россией американские зенитно-ракетных комплексы Patriot. РИА Новости процитировало слова министра, который заявил: «Размещение этой батареи ракет ПВО Patriot – вопрос двустороннего военного сотрудничества двух союзников по НАТО». «Возникает вопрос, почему нужно обязательно делать что-то, чтобы создать впечатление, будто Польша укрепляется против России, вот это мне непонятно», – сказал глава внешнеполитического ведомства России.

По сообщению агентства PAP, министерство обороны Польши аргументирует, что комплексы Patriot будут базироваться на военной базе в Моронге вблизи границы с российской Калининградской областью в связи с тем, что там существуют необходимые условия. Минобороны Польши подчеркивает, что эти действия не имеют никаких стратегических целей.

Дмитрий Тренин, директор Московского центра Карнеги, считает, что в отношениях России и НАТО (в особенности, бывших социалистических государств Восточной Европы и Балтии), существует «двусторонняя паранойя», которая существенно осложняет ситуацию.

Россия традиционно пытается увязать новый договор о стратегических наступательных вооружениях – переговоры по которому вошли в завершающую фазу – с проблемой ПРО, а США доказывают, что это две разные темы, поскольку ПРО никоим образом не угрожает стратегическому потенциалу России.

«Заявления главы МИДа Сергея Лаврова о «равноправии и паритетности обязательств сторон» в новом договоре по СНВ, а также о том, что сами переговоры возобновятся только в феврале, подтверждают, что наступает пауза в диалоге, связанная с переосмыслением ситуации, – считает Евгений Волк, руководитель московского офиса американского фонда «Наследие» (Heritage Foundation), – ведь в прошлом году некоторая спешка была связана с «магической датой» – 5-м декабря, когда заканчивался срок действия старого договора. Теперь же политический накал спал, и пропали импульсы, чтобы вести эти переговоры в прежнем ключе».

Вместе с тем, как считает Евгений Волк, правильнее сегодня говорить о некоторой «корректировке» российской позиции, чем о нежелании Москвы подписывать новый договор в принципе. Правда, теперь уже никто не возьмет на себя смелость назвать определенную дату, когда новое соглашение по сокращению стратегических вооружений будет подписано и ратифицировано, полагает Евгений Волк.

Дэвид Крамер – старший научный сотрудник Фонда Маршалла (German Marshall Fund of the United States) отмечает, что его не удивила реакция Сергея Лаврова: «Потребовалось немного времени, чтобы вопрос о системах противоракетной обороны вновь стал одним из наиболее спорных вопросов в американо-российских отношениях».

Крамер напомнил о заявлении Владимира Путина, сделанном 29 декабря прошлого года – тогда российский премьер сообщил, что создание американской системы противоракетной обороны делает необходимым создание Россией новых наступательных вооружений. По мнению аналитика, это, а также задержки на переговорах, показывают, что новый договор о СНВ может столкнуться с проблемами.

Ранее президенты США и России декларировали, что рассчитывают заключить соглашение до конца 2009 года. Срок действия предыдущего договора – СНВ-1 – истек 5 декабря 2009 года.

В то же время, Дэвид Крамер обращает внимание на то, что президент Дмитрий Медведев объявил, что стороны близки к достижению компромисса. Аналитик резюмирует: «Чем дольше будут продолжаться переговоры по этому договору, тем сложнее их будет завершить».

Джозеф Сиринсионе – президент Фонда «Плаушес» (Ploughshares Fund) считает, что решение Польши о размещении комплексов Patriot вблизи российской границы – абсолютно символический акт. «Эти ракеты-перехватчики имеют очень короткий радиус действия, у них нет никаких возможностей борьбы с российскими не только стратегическими, но и конвенциональными силами. Российские военные не могут испытывать по этому поводу ни малейшего беспокойства, однако это решение может раздражать их», – говорит Сиринсионе.

В свою очередь, Чарльз Фергюсон – президент Федерации американских ученых (Federation of American Scientists) считает, что решение Варшавы в данных условиях, по меньшей мере, неоднозначно: «Для того, чтобы оценить причины и последствия размещения комплексов Patriot в Польше, следует использовать четыре критерия. Во-первых, в чем заключается угроза: угрожает ли Польше Иран или Северная Корея? Во-вторых, эффективна ли эта система? В-третьих, повлияет ли эта система на стратегические возможности других государств – в данном случае, России? В-четвертых, каким будет политический эффект этого шага? Найдя ответы на эти вопросы, можно будет дать точный ответ о качестве решения о размещении комплексов Patriot».

Ранее США постоянно декларировали, что планируемые системы ПРО предназначены для борьбы с ограниченными атаками так называемых государств-изгоев – прежде всего Ирана, который активно развивает ракетную и ядерную программы. Неоднократно подчеркивалось, что европейская ПРО ни при каких условиях не способна угрожать стратегическому потенциалу России.

Джозеф Сиринсионе полагает, что у России есть основания для тревоги: «Москву беспокоит не то, что США делают сейчас, ее беспокоят планы развития этой программы. Поэтому эту тему следует обсуждать на переговорах, страны должны быть партнерами. Сокращение наступательных вооружений должно быть увязано с ограничениями по оборонительным вооружениям».

С этим согласен Чарльз Фергюсон, который отмечает: «Между оборонительными и наступательными вооружениями есть прямая связь. Это признали даже президенты Обама и Медведев на июльском саммите. Вопрос заключается в том, насколько серьезна эта связь и как она может повлиять на новый договор о СНВ».

Уильям Перри – старший научный сотрудник Института международных исследований Стэнфордского Университета (Institute for International Studies at Stanford University), в прошлом – министр обороны США, считает, что заключение нового российско-американского договора о СНВ жизненно важно для того, чтобы в мире не прекращался процесс ядерного разоружения.

  • 16x9 Image

    Вадим Массальский

    журналист, блогер, специализируется на теме американо-российских отношений

    Твиттер: @V_Massalskiy                                           Facebook: Vadim.Massalskiy

XS
SM
MD
LG