Линки доступности

День скорби и памяти заставляет вспомнить об угрозе нетерпимости

  • Василий Львов

День памяти и скорби, 22 июня, посвященный кровопролитной Великой Отечественной войне, в очередной раз поставил вопрос: почему нацизм, фашизм и прочие их формы так распространены в России, которая, казалась, сокрушила их в 1945-м году?

На эту тему Русская служба «Голоса Америки» беседовала с Александром Бродом, членом Общественной палаты России и участником так называемой рабочей группы Суркова-Макфола по гражданскому обществу в рамках российско-американской президентской комиссии.

«Ксенофобия и нетерпимость в России развиваются со своими особенностями, – сказал Александр Брод. – С одной стороны, есть снижение количества убийств и избиений по мотивам национальной вражды по сравнению с прошлыми годами». «С другой стороны, – продолжил он, – радикализм перетекает в откровенно террористическое русло. То есть радикальные банды изготавливают взрывные устройства, устраивают взрывы храмов, рынков. Неоднократны попытки взрывов общежитий, где проживают иностранные студенты. Националисты осуществляют нападения в отношении сотрудников милиции в разных регионах».

Правозащитник подвел итог сложившейся ситуации: «Радикализм превращается у нас в такой российский Талибан, который использует идеологию для устрашения, попыток свержения власти».

В то же время, отметил Брод, «государство очень слабо осуществляет профилактику подобных вещей, и, если выносятся обвинительные приговоры (националистам – Г.А.), то абсолютно отсутствует программа просвещения, образования граждан».

Не является совпадением то, что среди рекомендаций, принятых сегодня в московском Независимом пресс-центре на круглом столе по проблемам фашизма, было и такое предложение: «Пересмотреть программу школьного образования, включив в курс истории более конкретную и эмоционально значимую информацию об идеологии и практике фашизма, действиях стран, избавляющихся от фашистского прошлого».

Среди тех, кому эти рекомендации принадлежат, был Андрей Бабушкин, член Общественного Совета при МВД России, председатель Комитета за гражданские права, также участник группы Суркова-Макфола.

Андрей Бабушкин выделяет три черты фашизма, которые, впрочем, можно отнести и к остальным типам националистов. Первая черта – идея сверхчеловека: «Эти люди (фашисты – Г.А.) стоят выше закона и морали, им можно делать (по их мнению – Г.А.) то, чего нельзя делать другим людям, например, убивать детей». Вторая черта – позиция «цель оправдывает средства», черта, близкая к первой. Наконец, третья особенность – «склонность к насильственному решению социально-политических конфликтов, в том числе индивидуальная агрессивность».

На последнее настоятельно указывает Валерий Габисов, президент Ассоциации гуманизации правоприменительных органов. Он говорит, что националисты в большинстве своем пока не додумались использовать социальные лозунги, но такая опасность велика.

О том же предупредил и Александр Брод, говоривший о «громадном расслоение между богатыми и бедными, росте тарифов на услуги ЖКХ» и других проблемах, которые «рождают протестные настроения», играющие на руку радикалам. «Крайне слабо осуществляется профилактика экстремизма, нетерпимости, особенно в молодежной среде. Поэтому возможны новые всплески, агрессии людей, которые могут выражать свою неприязнь к мигрантам и другим меньшинствам», – убежден правозащитник.

С непростым социальным положением россиян, по мнению Брода, связана и проблема популярности Сталина в российском обществе. Ведь в умах многих радикалов сталинизм переплетается сегодня с фашизмом и национализмом.

«Действительно, люди хотят порядка, твердости, жесткости и зачастую находят ее в сталинизме, не задумываясь о том, что этот режим унес миллионы жизней», – сказал Александр Брод, показывая, как незаметно тяга к порядку, стабильности, может преобразоваться в собственную противоположность.

Правозащитник добавил: «В СМИ, в сфере культуры проскакивают материалы, обеляющие Сталина». Он привел следующую статистику: в стране воссоздано уже более 40 памятников, посвященных Сталину. Его вывод таков: «Общество и власть еще не до конца осознали и оценили уроки сталинизма и тоталитаризма и не очистились от этой скверны».

Если сосредоточиться на другой стороне проблемы национализма – на нападениях на мигрантов – что может быть сделано?

Помимо советов, сводящихся к более эффективной работе государства, общественных организаций, к просвещению, иногда к законодательным способам борьбы с радикалами, Андрей Бабушкин говорил и об обмене опытом с зарубежными партнерами.

Он сослался на группу Макфола-Суркова, которая обсуждала проблемы, связанные с миграцией, во время встречи 27 мая 2010 года во Владимире. «Я думаю, что в Америке есть много положительного, чему бы мы могли поучиться», – сказал Андрей Бабушкин. При этом он заметил, что проблема мигрантов всеобща и американская политика в этой сфере отнюдь не образцовая. Впрочем, Бабушкин не стал спорить с тем, что в Америке не стоит так остро проблема агрессивного отношения к мигрантам со стороны «местного населения», в отличие от многих стран Европы и, конечно, России.

XS
SM
MD
LG