Линки доступности

Зачем Москве «провальный» план ПРО?

  • Виктор Васильев

Дмитрий Медведев и постпред РФ при НАТО Дмитрий Рогозин

Дмитрий Медведев и постпред РФ при НАТО Дмитрий Рогозин

Российские эксперты о судьбе предстоящих переговоров о системе европейской противоракетной обороны

По информации газеты «Коммерсантъ», предлагаемый Россией договор с США и НАТО по поводу создания ЕвроПРО содержит ограничения для американских противоракет, на которые Вашингтон не сможет пойти ни при каких обстоятельствах. Москва предлагает сократить число противоракет и установить их там, где российские баллистические ракеты для них будут недоступны.

От пессимизма к оптимизму

Президент Дмитрий Медведев не утратил веры в собственный проект и в пятницу, 3 июня, дал постпреду РФ при НАТО Дмитрию Рогозину поручения по итогам саммита «Большой восьмерки» в Довиле и карт-бланш на прямые переговоры с лидерами западных стран.

В свою очередь, министр обороны Анатолий Сердюков в среду, 9 июня, на Совете Россия-НАТО на уровне министров обороны, очевидно, предпримет попытки обоснования необходимости принятия Западом российской версии договора по ПРО. Зондировать почву в Брюсселе начал замминистра обороны РФ Анатолий Антонов.

В интервью газете «Коммерсантъ» он выразил уверенность, что договоренность по ПРО между РФ и США может быть достигнута. Как напомнил замминистра обороны, в момент обсуждения договора о СНВ скептики тоже не верили в реальность его подписания. «Поэтому, если мы будем также работать над соглашением по ПРО, результат может быть не хуже», – заявил Антонов.

Заведующий отделом европейской безопасности Института Европы РАН Дмитрий Данилов считает: хорошо уже то, что предложения выдвигаются, и предпринимаются попытки найти какое-то решение.

«Легче всего было бы сказать, что нас не устраивает предложение партнеров, поэтому мы не можем договориться», – добавил он.
Данилов полагает, что вопрос, насколько технически возможны те или иные решения, должен быть адресован военным экспертам.

«С другой стороны, невозможно выдвигать перед 9 июня предложения, которые абсолютно нереалистичны, – рассуждает он. – Это связано уже с переговорной позицией. А она проговаривается, в том числе, и на уровне консультаций, в данном случае – двусторонних российско-американских».

Поэтому, на его взгляд, сложно судить, насколько предложения России могут быть приемлемы. «Несомненно, что это может быть отправной точкой для переговоров. Шанс договориться есть», – заключает завотделом европейской безопасности Института Европы.

ПРОирония

С точки зрения военного аналитика, журналиста Александра Гольца, вся иронии заключается в том, что этот план предлагается для того, чтобы его не приняли.
«Если Москве это неизвестно, то надо разгонять все дипломатическое ведомство и, разумеется, обе разведки – ГРУ и СВР, потому что совершенно очевиден факт: никаких решений по конфигурации ЕвроПРО еще не принято», – настаивает он.

Как ему представляется, есть расплывчатый американский документ о том, как в четыре этапа могла бы выглядеть ПРО, и не более того. «Притом, что ни европейцы, ни американцы еще не знают конкретных параметров, еще не решили, что и где будет размещено, требовать от них априори отказаться от того-то и того-то – это требовать невозможного», – утверждает аналитик.

По его оценке, и в американской позиции по ПРО много политиканства. «Обама не рискнул отказаться от системы ПРО, которая на сегодня выглядит, скорее, футуристическим проектом, чем реальной системой обороны. Он попытался придать ей большую рациональность, однако эта система по-прежнему не является защитой Америки от ракетной угрозы. И есть много исследований, которые вполне скептически относятся к этому. Это решение было политическим. Оно не связано с непосредственной угрозой (национальной безопасности). Оно связано с желанием понравиться потенциальному избирателю», – обобщает Гольц.

«Вероятность почти нулевая»

По мнению генерал-майора, профессора, главного научного сотрудника Института мировой экономики и международных отношений РАН Владимира Дворкина, вероятность принятия российских предложений об ограничении характеристик американских противоракет типа SM-3 морского и наземного базирования и противоракетной системы THAAD близка к нулю.

«На подобные ограничения администрация и Сенат США не пойдут. Но это не означает провала дальнейших переговоров, поскольку всегда в начале консультаций выдвигаются, так называемые, «запросные» варианты, которые в дальнейшем претерпевают значительные изменения», – резюмирует он.

По данным Дворкина, опасения по поводу того, что система ПРО США-НАТО в Европе будет представлять угрозу стратегическим ядерным силам России, не подтверждены независимыми экспертами.

«Угрозу могла бы теоретически представлять только эшелонированная система ПРО с наземными, воздушными и космическими рубежами по типу СОИ, к которой США не вернутся при любой администрации», – уточняет генерал.

СМИ также отмечают, что в «непримиримой» позиции России по вопросам ПРО произошли определенные подвижки.

По словам Дмитрия Данилова, Россия категорически выступала против ПРО, когда речь шла о создании третьего позиционного района по планам Буша-младшего.
«После того, как планы (США) изменились, речь пошла о том, что в принципе, при определенных условиях можно договариваться. Но договариваться желательно вокруг совместного проекта противоракетной обороны. Совместный проект по американским и НАТОвским планам не очень получается. Получается два проекта, которые могут быть каким-то образом взаимосвязаны», – приходит он к выводу.

Владимир Данилов не думает, что российская позиция резко изменилась. «Понятно, что в начале переговоров ожидания всегда завышены, а рамки очень широки.

Сейчас речь идет о том, возможно ли сблизить позиции, найти какие-то взаимоприемлемые решения. Иногда отрицательный ответ в чисто техническом смысле не является отрицательным ответом в политике. Если не возможно какое-то техническое решение, значит, стороны могут договориться о чем-то ином, о чем они даже не предполагали говорить в начале пути. Сначала заявляется максималистская позиция, потом договариваются о конкретных вещах» – подчеркнул он.

Дворкин отметил некоторую динамику в консультациях сторон.
«Президент Медведев в Довиле уже не использовал термина «секторальная» ПРО, поскольку, как известно, в этом десятилетии у России не будет противоракет, сопоставимых по характеристикам и эффективности с американскими. Поэтому для
защиты любых «секторов» средств не будет», – подытожил он.

Генерал поддержал оптимизм Анатолия Антонова относительно перспектив переговоров по поводу ПРО. «Теперь вполне можно договориться об интеграции космических и наземных информационных систем предупреждения о ракетном нападении. Кроме того, необходимо возобновить совместные учения по ПРО России и США-НАТО, прерванные в 2008 году», – уверен профессор.

Есть ли почва для переговоров?

К чему может привести отсутствие практических результатов в переговорах по ПРО? Прогноз Данилова не слишком оптимистический. «Политическая позиция президентом Медведевым была заявлена. Он сказал, что если мы не договоримся, то Россия должна будет принимать контрмеры и разворачивать дополнительные ударные силы. Но сейчас, когда выдвигаются новые предложения, есть почва для переговоров», – сказал он.

В представлении Гольца, предстоящая встреча в Брюсселе 9 июня будет очень любопытной именно с точки зрения «оценки градуса возмущения, который будет изображать российская делегация».

«Судя по тому, что раньше говорил Медведев, появляется ощущение, что Россия до 2020 года хотела бы вести долгие и бессмысленные переговоры относительно ПРО», – заметил он. Одновременно аналитик уверен, что российские угрозы относительно адекватного ответа – пустой звук.

Другие материалы о событиях в России читайте в рубрике «Россия»

XS
SM
MD
LG