Линки доступности

Пути модернизации России

  • Инна Дубинская

Тоби Гати – старший советник по международным вопросам юридической фирмы «Акин, Гамп, Штраус, Хауэр и Фельд». Она была специальным советником президента Клинтона и старшим директором департамента России, Украины и Евразии в Совете национальной безопасности в Белом доме, участвовала в разработке и реализации американской внешней политики по отношению к России. Гати – постоянный эксперт Московской школы политических исследований и член ее Попечительского Совета; автор многочисленных работ, посвященных американо-российским отношениям, политике и экономике России. В интервью Русской службе «Голоса Америки» Тоби Гати подчеркнула необходимость курса России на модернизацию во имя сохранения мощи и статуса страны в мире.

Инна Дубинская: Как вы считаете, можно ли рассматривать как звенья одной цепи программную речь президента Медведева и тот проект модернизации России, который подготовил на днях Институт современного развития?

Тоби Гати: Вы знаете, говорить о модернизации – это одно, а делать – это другое. Я думаю, что идея института – как воплотить то, о чем много говорится, какие для этого шаги необходимы. Это очень важные предложения. По-моему, они правы, надо что-то менять. Люди, конечно, видят, что сегодня все не так, как они бы хотели, но боятся больших изменений. Однако мир очень быстро меняется, и чтобы Россия была сильной страной, надо что-то делать.

И.Д.:
В числе предложений по модернизации – отказ от ФСБ, как таковой, и восстановление выборов губернаторов. Насколько реально, что правительство примет эти предложения?

Т.Г.: Есть очень большой список предложений, но сейчас самое важное это не конкретные предложения, касающиеся выборов губернаторов или местных властей. Надо иметь ввиду, что система сегодня не отвечает реальным потребностям России, и я думаю, что самое важное не предложение по поводу ФСБ, а надо, чтобы все понимали , что структуры сегодня не защищают население России, что столько было уже написано о том, что они не борются против коррупции, они не видят коррупцию и ничего не делают, им так выгодно. И поэтому я думаю, что конкретные предложения, конечно, важны, но самым важным должно быть понятие, что система не отвечает потребности модернизации. Если модернизация – это больше чем лозунг, тогда надо думать, как ее провести.

Это не мой вывод. Я – американка, я не имею права сказать русским, что надо делать, но можно читать каждый день в русских газетах, сколько всего написано! Это не совет из Америки, это вывод людей, которые понимают, что происходит сегодня в России.

И.Д.: Ну, хорошо, а премьер Владимир Путин, например, наоборот, ставит себе в заслугу ту политику, которую он проводил на посту президента, и считает что сейчас, будучи премьером, поступает правильно, продолжая такую же политику, и его, согласно опросам, поддерживает значительное большинство россиян.

Т.Г.: Люди знают, что есть проблемы, но люди боятся больших изменений, потому что может быть хуже, и в некоторых местах, наверное, будет хуже, например, в маленьких городах, но надо что-то делать. Люди должны или переехать, или найти новую работу. Это, конечно, очень трудно, а я говорю не с точки зрения России, а с точки зрения Америки. У нас те же самые проблемы, мы знаем, что надо многое сделать, но существует инерция среди людей, которые живут хорошо по-старому и не хотят ничего менять. Когда транслировали выступление Медведева с программной речью о развитии России, там сидело более 500 человек, которые живут довольно хорошо по старым правилам, зачем им что-то менять. И надо понять, что модернизация это не консервативная вещь, это очень радикально, нельзя сделать что-то немножко. Допустим, был такой исторический пример. Англия хотела поменять левосторонне движение транспорта на правостороннее. Многие сказали, это предполагает очень радикальные изменения в целом. Но власти пообещали, что это коснется только грузовиков. Это же нонсенс! Подумайте, если будет такая модернизация, когда одна часть меняется, а другая не меняется. Надо, чтобы малый и средний бизнес развивался, но при такой коррупции это невозможно. Значит, в результате, не будет малого и среднего бизнеса – или не будет коррупции.

Общество должно выбрать, и это очень серьезный выбор, надо быть храбрым, решительным. Я Путина понимаю прекрасно, он был президентом, он защищает то, что он делает. Многие россияне считают, что это он был хорошим президентом, но суть настоящего лидера в том, чтобы понимать – нельзя жить достижениями прошлого. Мир очень быстро меняется, и мы видим в Америке, что это очень трудно. У нас тоже лидер, который хочет перемен, а многие этого не хотят. А если нет изменения в системе – а в России столько людей, которые не хотят ничего менять – тогда это непросто. Я думаю, что рекомендации института Юргенса направлены на то, чтобы дать понять российскому обществу, что модернизация – это реальная вещь. И надо что-то делать, чтобы Россия поменяла свое отношение к бизнесу, если Россия хочет стать частью сильного мирового сообщества. И, конечно, Россия может стать таким государством, но надо точно понимать, что означает модернизация. А если считать, что это только лозунг, в таком случае ничего не изменится, и Россия будет жить по-старому, не плохо и не хорошо. Но это было бы обидно, потому, что у России очень много возможностей. Русский народ, я считаю, очень умный и талантливый, они все могут. И поэтому надо объяснить России, для чего нужна модернизация.

XS
SM
MD
LG