Линки доступности

Журналистика в России: «белый порошок», угрозы и давление государства


Мария Липман

Эксперты говорят о том, что традиция давления на медиа в России сохраняется с момента прихода Владимира Путина к власти

МОСКВА – 19 и 20 апреля редакция «Новой газеты», которой богословы из Чечни ранее обещали «возмездие» за публикацию статей о преследованиях геев в республике, получила два конверта с порошком белого цвета. На одном из конвертов было написано «Грозный». Вещество из конвертов было отправлено для изучения в правоохранительные органы, но запугивающий характер таких посланий для многих журналистов, работающих в Москве, является очевидным.

19 апреля умер в больнице Санкт-Петербурга Николай Андрущенко – соучредитель газеты «Новый Петербург» и бывший депутат Ленсовета, часто критиковавший власть на страницах своего издания. Его избили в начале марта, и с тех пор он находился в больнице с тяжелыми травмами. Коллеги Андрущенко связывают это избиение с профессиональной деятельностью журналиста.

20 апреля Совет Европы опубликовал результаты исследования о негативном воздействии, оказываемом на журналистов в европейских странах. Среди прочего, в исследовании говорится, что в России «законы об экстремизме и об ограничениях для иностранцев на владение медиа, как и несколько законов, касающихся интернета, вызывают беспокойство по поводу соблюдения права на свободу высказываний и охраны частной жизни».

Все эти разрозненные события двух последних дней подтверждают вывод, к которому из года в год приходят организации по защите прав журналистов: в России для медиа, пытающихся добиться подотчетности власти и критикующих чиновничество, создана враждебная среда, в которой журналисты подвергаются давлению государства, влиятельных политиков и враждебно настроенных групп.

За российских журналистов пытаются вступиться их коллеги за границами России: в частности, организация «Репортеры без границ», в рейтинге свободы прессы которой Россия в 2016 году заняла 148 место из 180, заявила о неприемлемости давления на «Новую газету».

По словам главы отдела Восточной Европы и Центральной Азии «Репортёров без границ» Иоханна Бира, опубликованным в заявлении этой организации 19 апреля, «после того, как независимая журналистика в Чечне была уничтожена, режим Рамзана Кадырова стал периодически производить нападки на общенациональные российские СМИ. Пришло время положить этому конец».

В интервью Русской службе «Голоса Америки» эксперты в области медиа говорят, что нынешние сложности в работе журналистов в России остаются постоянными в течение последних 17 лет – с тех пор, как президентом России стал Владимир Путин.

Мария Липман: собственники приносят журналистов в жертву

Главный редактор журнала «Контрапункт» Мария Липман говорит, что отмеченное в исследовании Совета Европы ограничение в России для иностранцев на владение медиа – очень эффективный способ давления: «Пока есть иностранный собственник, то возможности влияния ограничены. А российские власти чрезвычайно активно действуют именно через собственника, причем эта стратегия отлажена уже чрезвычайно давно. Началась она в 2001 году, когда Кремль избавился от двух главных медиаолигархов, владевших федеральными телеканалами (Владимира Гусинского и Бориса Березовского – Д.Г.). С этого момента передел собственности и переход медиаактивов в собственность лояльных владельцев стал важнейшим инструментом. Удобным, в частности, потому, что это избавляет Кремль от прямого вмешательства – можно всегда положиться на лояльного собственника, он сам разберется с теми журналистами или редакторами, которые проявляют излишнюю дерзость».

Мария Липман приводит свежий пример: «Самый последний, важный пример – это РБК, когда оказалось, что публикации РБК для кого-то неприемлемы. Припугнули собственника, а собственник очень уязвим – если это крупный собственник, у него есть какие-то иные важные бизнес-интересы, и он не готов приносить их в жертву ради того, чтобы защищать свободу слова и деятельность своих журналистов. Поэтому в жертву были принесены журналисты».

В области влияния властей на медиа в Интернете, по мнению главного редактора «Контрапункта», ситуация ухудшалась последние несколько лет: «3-4 года назад это началось, когда целый ряд законов был принят. Из самых известных – это блокировка сайтов в административном порядке без судебного разбирательства, без объяснения того, почему блокируется тот или иной ресурс. И есть целый ряд законов, которые были приняты с целью контролировать Интернет».

Антиэкстремистское законодательство, считает Мария Липман, направлено на то, чтобы охватить не только большие медиа, но и отдельных блогеров, которые раздражают власть своими публикациями: «Это один из главных инструментов для того, чтобы принимать меры против неугодных власти, тех, кто высказывается неправильным образом. Как почти любое законодательство такого рода, оно достаточно вольно трактуется. Там достаточно широкие формулировки для того, чтобы его можно было применять избирательным образом. В провинции используется чрезвычайно активно именно это законодательство и в борьбе с индивидуальными блогерами, и в борьбе со СМИ, и просто с людьми, которые даже и не блогеры, а что-то там не то перепостили».

Евгений Киселев: Путин с самого начала хотел контролировать медиа

Бывший руководитель телекомпании НТВ Евгений Киселев в интервью «Голосу Америки» рассказывает, что Владимир Путин стал президентом России при непосредственной помощи медиа: «В начале своей политической карьеры Путин был абсолютно неизвестным и не публичным человеком, у которого рейтинг был чуть больше нуля и не было никакой публичной узнаваемости, а для политика очень важно, чтобы его узнавали в лицо. И усилиями всего-навсего двух государственных каналов за считанные недели в 1999-2000 годах произошла возгонка его рейтинга. Вспомнить хотя бы эту сцену, когда Путин в палатке с военными в Дагестане встает с рюмкой, но не пьет, говоря, что выпьет после победы. В результате – суперпопулярный политик, фактически обреченный на победу».

Именно в ходе сокращенной избирательной кампании будущий президент России, по словам Евгения Киселева, захотел контролировать телеканалы: «У Путина и его окружения хватило ума тогда сделать понятный вывод: телевидение – это великая сила, и она должна быть под нашим контролем. Она не только не должна попадать в чужие руки, но и не должна оставаться в руках недостаточно лояльных людей. Поэтому правление Путина и началось с атаки на самый крупный медиахолдинг, Медиа-МОСТ Владимира Гусинского. В первый же день после инаугурации был произведен налет силовиков на офис «МОСТа», ставший известным под названием «маски-шоу».

Были, по словам известного российского журналиста, и другие причины: «Например, в самом начале президентского срока Путина, и даже до его начала за некоторое время, все-таки определенную роль играла ельцинская «семья», а у этой «семьи» были довольно яркие воспоминания о 1996 годе, когда победа Ельцина в значительной степени была обеспечена правильной работой со СМИ».

После 2000 года Кремль максимально расширил свой контроль российских федеральных медиа, и Евгений Киселев уверен, что этот контроль не будет сокращаться: «Привычка – вторая натура, а он уже привык все контролировать, и вообще он любит контролировать. И, кроме того, я не вижу, зачем ему отпускать вожжи в ситуации, когда четко работает отлаженный механизм контроля за всеми основными медийными ресурсами, и все телевизионные начальники стали фактически «вечными дежурными».

  • 16x9 Image

    Данила Гальперович

    Репортер Русской Службы «Голоса Америки» в Москве. Сотрудничает с «Голосом Америки» с 2012 года. Долгое время работал корреспондентом и ведущим программ на Русской службе Би-Би-Си и «Радио Свобода». Специализация - международные отношения, политика и законодательство, права человека.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG