Линки доступности

Переговоры об урегулировании конфликта в Закавказье закончились ничем

  • Василий Львов

В Женеве завершился девятый раунд переговоров между Грузией, Абхазией, Южной Осетией, Россией и США стороны вновь попытались договориться об архитектуре безопасности в Закавказье. Прийти к компромиссу им не удалось.

Заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин – он участвовал в переговорах – утверждает, что представители Грузии не захотели обсуждать проект договора о ненападении между Грузией, Абхазией и Южной Осетией. В свою очередь, грузинская сторона настаивает на том, чтобы ее беженцы вернулись в Абхазию и Южную Осетию, а также, чтобы российских пограничников в регионе сменили международные миротворцы.

Начало переговорному процессу по обсуждению «будущего статуса Южной Осетии и Абхазии и путей обеспечения их прочной безопасности» положил пункт 6-й плана «Медведев-Саркози». Соглашение, подписанное в августе 2008 года президентами России и Франции, было призвано урегулировать ситуацию, сложившуюся после войны.

Москву неоднократно обвиняли в невыполнении условий этого соглашения. В частности, за то, что создавала буферные зоны на территории Грузии. Оказалось, что в разногласиях виноват неточный перевод. Французский министр иностранных дел Бернар Кушнер объяснил, что при переводе соглашения с французского на русский предлог «в» заменили на «для», и это позволило говорить о безопасности для этих республик, а не просто в них самих.

Русская служба «Голоса Америки» попросила прокомментировать женевские переговоры и обоюдные претензии сторон Константина Затулина, члена депутатской группы по связям с парламентами Абхазии и Южной Осетии. «Я отношусь к этим переговорам как к ритуалу, – сказал Затулин. – Понимаю, что переговоры лучше, чем отсутствие переговоров, но это, пожалуй, единственное, что можно сказать в защиту самой необходимости таких переговоров».

Константин Затулин считает, что «переговоры при нынешнем политическом режиме в Грузии вряд ли могут привести к каким-то политическим подвижкам». Тем не менее, он добавил, что «отсутствие таких переговоров – плохой тон и повод для упреков в адрес России, что она не способствует проведению переговоров. Вот мы и играем в эту игру, которая заведомо обречена на то, чтобы дать нулевой результат».

На вопрос о судьбе грузинских беженцев он ответил так: «Безусловно, беженцев необходимо возвращать. Проблема в том, что беженцы в район компактного расселения частично вернулись – я имею в виду Гальский район Абхазии. Это произошло еще в 1990-е годы (возвращение началось в 1999 году – В. Л.). А беженцы при дисперсном расселении – это крайне сложная проблема, и она, безусловно, не может решаться в атмосфере вражды и бряцанья оружием, частью которого является отказ от подписания договора о ненападении».

Иной точки зрения придерживается бывший глава МИД Грузии Тедо Джапаридзе: «Я с самого начала, до печальной августовской войны был за подписание договора о неприменении силы». Джапаридзе также предположил, что Тбилиси мог бы проявить гибкость и пойти на уступки Москве и ее союзникам, несмотря на то, что «Россия, видимо, считает зонами конфликта территории, которые находятся за пределами Осетии».

«Я не знаю, причин, которые побуждают грузинскую сторону занимать такую позицию. Возможно, есть там какая-то логика, есть какие-то нюансы, о которых мы не знаем, – допустил Джапаридзе – В новом документе об урегулировании этих конфликтов, который Грузия подписала на днях, она декларирует, что собирается решать все эти проблемы мирным путем. Я думаю, что следующим шагом должно было бы стать подписание такого договора. На месте грузинского руководства я бы сам инициировал подписание такого документа».

Независимый военный обозреватель Павел Фельгенгауэр, напротив, полагает, что «такая декларация Грузии ничего не дает». «Главное, – подчеркнул он, – это в принципе для Грузии невозможно. В Тбилиси говорят, что готовы на такие декларации, но тогда и другая сторона должна предпринять какие-то шаги. В Грузии говорят, что Россия должна вывести свои войска, в соответствии с соглашением, которое Москва подписала в августе 2008 года. Также должно быть обеспечено возвращение беженцев…». Однако эти проблемы переговоры в Женеве не решили, и, по словам Фельгенгаура, он не понимает, изменит ли ситуацию следующий раунд дискуссий.

Фельгенгауэр считает, что «сложившаяся ситуация не оставляет возможности ее мирного разрешения. То есть шансы на это есть, но с учетом нынешних позиций сторон, это выглядит маловероятным». Возникновения вооруженных столкновений между Грузией, Абхазией и Южной Осетией не исключает и Константин Затулин, хотя и считает, что, по крайней мере, в этом году их не будет.

Следующий раунд переговоров под эгидой ООН, ЕС и ОБСЕ должен пройти 30 марта. Первая встреча такого формата состоялась в октябре 2008 года.

Напомним, что Абхазия и Южная Осетия провозгласили свою независимость. В Тбилиси эти республики считают сепаратистскими. Россия их признала. К ней присоединилась Венесуэла. Абхазию также признали Никарагуа и Науру.

XS
SM
MD
LG