Линки доступности

Ловля экстремистов в социальных сетях

  • Виктор Васильев

Ловля экстремистов в социальных сетях

Ловля экстремистов в социальных сетях

Глава МВД РФ насчитал в России 7,5 тысяч экстремистских сайтов

В России действуют около 7,5 тысячи экстремистских сайтов, заявил в среду 3 августа министр внутренних дел РФ Рашид Нургалиев, выступая в Хабаровске на выездном заседании межведомственной комиссии по противодействию экстремизму, передает РИА «Новости».

Нургалиев высказал уверенность в необходимости разработать комплекс мер, которые позволят ограничить деятельность интернет-ресурсов, подпадающих в этот разряд.

«Мы уже внесли изменения в федеральный закон о СМИ, теперь в определенных случаях интернет-сайты будут относиться к СМИ», – цитирует РИА «Новости» главу МВД.

Нургалиев также сказал, что одновременно средства массовой информации могут вносить свой вклад в противодействие экстремизму, и очень важно учитывать их роль в своевременной профилактике этого явления.

При этом министр не назвал ни одного конкретного сайта из тех, которые он причислил к экстремистским. На момент публикации материала на официальном сайте МВД никакой информации на этот счет тоже не появилось.

Некоторые российские эксперты выражают озабоченность тем, что благодаря вносимым изменениям к «нехорошим» сайтам можно будет применять разные санкции вплоть до закрытия, другие считают это вынужденной, но необходимой и правильной мерой.

А где критерии?

Член Общественной палаты РФ, профессор кафедры конституционного и муниципального права юридического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова, доктор юридических наук Елена Лукьянова полагает, что если в России министр МВД будет решать, что такое экстремизм, а что – нет, то «беда будет полная».

«Наш закон об экстремистской деятельности довольно новый, и само понятие экстремизм научно недостаточно обосновано в мире. Сегодня в формулировке, данной законом, под экстремистскую деятельность можно подвести даже публичную критику начальства», – заявила она в разговоре с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».

На ее взгляд, и закон, и само определение экстремизма нуждаются в очень серьезной экспертной оценке и серьезном совершенствовании.

«Необходима выработка механизма, кто, кого и как будут признавать экстремистами», – добавила профессор.

Относительно этого аспекта с ней только отчасти согласен член российской делегации в ПАСЕ, депутат ГД (фракция «Единой России), член профильного комитета Госдумы по законодательству Дмитрий Вяткин. По его словам, он прекрасно понимает, что та формулировка, которая содержится в законе о противодействии экстремистской деятельности, нуждается в уточнении и конкретизации.

«Это вне всякого сомнения. Однако в данном случае вопрос ни в коем случае не стоит о том, чтобы преследовать оппонентов по каким-то политическим или иным моментам. Об этом и речи нет», – сказал он в интервью «Голосу Америки».

По его мнению, речь идет о том, чтобы отделить зерна от плевел, а реальную политическую конкуренцию и свободу слова разграничить с вседозволенностью.

«Опасные идеи, которые вбрасывают те или иные круги, необходимо вылавливать в Интернете, запрещать в том числе», – уверен он.

Лукьянова думает, что сейчас задача СМИ – запросить у Министерства внутренних дел публичные критерии, по которым те или иные эксперты ведомства относят сайты к разряду экстремистских, и подвергнуть анализу эти критерии.

«Это очень важно. Мы этого просто так не оставим», – подчеркнула Лукьянова.

Она твердо пообещала, что Общественная палата возьмет на экспертизу законопроект и устроит его серьезное экспертное обсуждение.

«Это могут сделать Институт по мониторингу правоприменения, комиссия по СМИ Павла Гусева и, безусловно, комиссия по контролю над деятельностью правоохранительных органов Анатолия Кучерены», – предположила эксперт.

Кто рождает «норвежских стрелков»?

Как сообщал «Голос Америки», когда два года назад Английская лига обороны заявила о своем рождении, число ее членов не достигало и 50 человек. Теперь в этой ультраправой организации, ставшей источником вдохновения для «норвежского стрелка» Андерса Брейвика, состоит более 10 000 человек. За столь головокружительный рост популярности лидеры движения благодарят Facebook и другие социальные сети.

Помимо Facebook, Myspace и Twitter, члены ультралевых, ультраправых и экстремистских организаций общаются в Сети на самых различных форумах. По данным за прошлый год, только в Германии крайне правым группировкам принадлежало более 1 000 сайтов и 38 онлайн-радиостанций, причем многие из них нацелены на вербовку новых членов. Социальные сети и песни политического содержания привлекают молодежную аудиторию, которая в последнее время предпочитает получать информацию в обход традиционных СМИ.

Дмитрий Вяткин признает, что проблема с сайтами радикальной направленности есть, и она существует как в европейском, так и мировом масштабе.

«Нам нужен какой-то другой порядок по выявлению подобных сайтов, возможно, необходимо создание специальной службы, которая бы этим занималась. Требуется ввести правила установления запретов для провайдеров, предоставляющих интернет-услуги, по ограничению доступа в социальные сети отдельных пользователей», – резюмировал он.

Нынешний порядок в России, к его сожалению, слишком медлительный и громоздкий и не позволяет оперативно реагировать на появление в Интернете информации неофашистского и экстремистского характера.

«Такая информация распространяется с большой скоростью. Это лишь надводная часть айсберга – 7,5 тысяч сайтов», – уточнил Вяткин.

Он не исключил, что копии сайтов, так называемые зеркала, разбросаны по серверам по всему миру в огромных количествах.

«Это подрывает не только государственную безопасность стран. Это в целом разрушает общество, вносит в него конфликт, раскол. Трагедия, которая произошла в Норвегии, – это в том числе следствие бесконтрольного распространения экстремистской информации, идей, бесконтрольной деятельности экстремистских и неофашистских организаций в интернет-поле. Это крайне опасно», – предупреждает депутат.

Как ранее упоминал ранее «Голос Америки», разведывательные и правоохранительные органы Европы относятся к таким ресурсам неоднозначно. С одной стороны, они сознают их способность вовлекать людей в агрессивную деятельность. С другой – такие сайты позволяют отслеживать подозрительных элементов и ловить нарушителей.

По оценке Вяткина, вся западная Европа занимается отслеживанием информации в сетях. В качестве примера он привел также Китай, который жестко контролирует интернет-портал.

«Хотим мы или не хотим, нам надо идти по этому же пути, использовать опыт стран, где созданы специальные подразделения. Где-то этим занимаются эксперты внутренних дел, где-то прокуратура, где-то спецслужбы, которые круглосуточно ведут поиск подобных страниц, материалов, сайтов, и по их представлениям, рекомендациям провайдерам запрещается доступ пользователей к этим ресурсам», – заключил депутат.

Напомним, определение «языка ненависти» варьирует в зависимости от страны. В США эта сфера регулируется в основном Первой поправкой к Биллю о правах. Так, в отличие от многих европейских стран, в Соединенных Штатах отрицание Холокоста не считается подсудным делом. Кроме того, американские законы защищают интернет-компании от ответственности за контент, публикуемый пользователями.

А например, с точки зрения службы контрразведки Чехии, судя по ее прошлогоднему отчету по терроризму, Интернет – «главное орудие пропаганды экстремизма».

Другие материалы на социальную тему читайте в разделе «Общество»

XS
SM
MD
LG