Линки доступности

Церковь и государство при Путине

Скандал вокруг панк-группы Pussy Riot можно сравнить с эффектом фотоувеличения – с нечасто встречающейся резкостью высветилась старая, но не стареющая проблема: взаимоотношения церкви и государства. Характерно, что среди высказавшихся по животрепещущему вопросу – официальный глава российского государства Дмитрий Медведев.

«Если говорить о моей позиции как человека воцерковленного, – к такой формулировке прибег Медведев в своем прощальном президентском интервью, – я скажу аккуратно… на мой взгляд, участники того, что сделали, получили то, на что рассчитывали».

Высказываются, однако, и другие мнения. «С моей точки зрения, президент светского государства не должен публично заявлять о своей воцерковленности», – сказал в интервью «Голосу Америки» профессор МГУ Юрий Семенов. «Но, увы, – прибавил историк, – ничего другого в данном случае ожидать не приходится».

Почему же «не приходится»? Для начала напомним позицию руководства РПЦ. «Противостояние Церкви и антихристианских сил становится все более очевидным и острым», – указывается в обращении Высшего церковного совета Русской православной церкви от 3 апреля нынешнего года. «Антицерковные силы, – так раскрывается сущность происходящего в этом документе, – опасаются усиления Православия в стране, их пугает возрождение национального самосознания и массовой народной инициативы. Такие люди немногочисленны, но некоторые из них обладают влиянием и готовы использовать свои финансовые, информационные и административные ресурсы для дискредитации иерархов и клириков, для порождения расколов и отторжения людей от храмов. К этим силам присоединяются те, кто продвигает ложные ценности агрессивного либерализма... Особенно заметными атаки стали в предвыборный и поствыборный период, что свидетельствует об их политической подоплеке, в том числе антироссийской».

Светские политики тоже не молчат. «Это месть патриарху за его косвенную поддержку Путина во время президентской избирательной кампании», – считает член Общественной палаты Сергей Марков. «Эта информационная атака, – продолжает Марков, – является частью той антихристианской кампании, которая сейчас разворачивается в Европе».

«Ничего подобного, – возражает Юрий Семенов. – Это просто стихийное недовольство агрессивной политикой церкви, лезущей буквально во все. Надоело – причем даже людям, в целом сочувственно относящимся к церкви. Ведь посмотрите, что происходит: запускается ракета – ее освящают, спускают на воду ледокол – освящают и его. Мало того: церковь пытается подмять под себя науку. Богословие пытаются объявить наукой. В МИФИ, к примеру, дали Алексию Второму звание заслуженного профессора – чего стоит один этот факт! Конечно, они клянутся, что между религией и наукой нет противоречий. Но ведь кампания-то против Дарвина ведется! Ведь его проклинают! А чего стоит скандал вокруг этих девиц? Если бы во главе РПЦ стояли умные люди, они спустили бы это на тормозах. Сказали бы: “Да, это святотатство, но мы как христиане их прощаем”. А они: кампания, рушатся святыни! Да нет никакой кампании! Другое дело что недовольство церковной алчностью – стихийное недовольство – постепенно нарастает».

Итак, недовольство. Вот только стихийное ли? «В России общественно-политические процессы, находящиеся в центре внимания, не возникают стихийно», – убеждена Ирина Павлова – российский историк и публицист, проживающий в США. «Стихийные протесты, – подчеркивает она, – не выводятся в информационный топ и не раскручиваются по примеру так называемого панк-молебна. У медийных событий всегда есть куратор. Это правило действует и в отношении раскручиваемых медийных персонажей типа Ксении Собчак и Алексея Навального. К сожалению, это устоявшаяся практика политических процессов в условиях, когда в стране действует диктатура спецслужб».

Кто же сыграл роль куратора на этот раз? По мнению Павловой, «имея в виду почерк и контекст, можно предположить, что это деятели типа Марата Гельмана или Константина Рыкова».

Московская журналистка Светлана Солодовник думает иначе. «Ничто не дает оснований полагать, – сказала она в интервью Русской службе «Голоса Америки», – что за [группой Pussy Riot] стоят какие-то более основательные люди. Не могу сказать, что это какая-то безумно известная группа, но некоторые акции они уже устраивали, и известность у них действительно есть. Современное и актуальное вообще тяготеет к церковной теме. Возможно, Марат Гельман и оказал на них какое-то влияние как один из лидеров актуального искусства, но что он непосредственно руководил этой акцией, – в это не верю».

Тяготение к церковной теме? Не забудем немаловажную деталь: участницы «перформанса» призвали Богородицу «изгнать» не патриарха Кирилла, но Владимира Путина. «Если говорить о верхушке церкви, – считает богослов и публицист Яков Кротов, – то она выполняет, в общем, ту же роль, что марксисты при большевиках. Марксистская демагогия властям больше не нравится, а нравится церковная. Правда, рано или поздно они убедятся в том, что, в отличие от Маркса, Христос жив и может за себя постоять. Иными словами, рано или поздно эта демагогия развеется как дым».

«Кстати, эта поощряемая правительством религиозность, – продолжает Кротов, – всегда одинакова: иудаизм государственного раввина Берла Лазара ничем не лучше православия патриарха Кирилла: та же самая спекуляция на религии. Политотдел!»

Итак, «православизм» (термин Якова Кротова) – взамен марксизма-ленинизма? По мнению Светланы Солодовник, утверждать подобное было бы преувеличением. «“Православизм”, – считает она, – это не столько консолидированная идеология элиты, сколько личная идеология многих чиновников. Которые, впрочем, так или иначе ее воплощают в жизнь. Очень многие действительно стоят на таких позициях – кто искренне, а кто в силу сложившейся моды. Но сказать, что это – цельная государственная идеология, пока что все-таки нельзя».

«Формально – нет, а на самом деле – да, – считает Юрий Семенов. – Если наши лидеры стоят со свечками в церкви, то это и есть признание того, что православие стало государственной религией. Конечно, им приходится терпеть и ислам, и другие конфессии. Но именно православие навязывается сверху – всеми силами».

Таково мнение историка. Если дело обстоит так, спросил его корреспондент «Голоса Америки», то почему?

«Почему? – переспрашивает Семенов. – А Гейне помните? “Легенда о радостях неба, / Которой баюкают глупый народ, / Чтоб не просил он хлеба”. Причина все та же – чтобы народ смирялся. Нельзя же править без какой бы то ни было идеологической основы».

Не время ли, однако, вспомнить о либеральных ценностях? «В том-то все и дело, – считает Юрий Семенов, – что у большинства народа либерализм вызывает отторжение. Недаром наши правые партии получают либо процент, либо полпроцента. Потому-то, хотя Путин и Медведев, по существу, проводят либеральную экономическую политику, в идеологии они от либерализма буквально шарахаются. Потому что на либерализм невозможно опираться. Вот и выходит, что кроме православной риторики в запасе ничего нет. И приходится прибегать к старым, привычным приемам».

Религиозное, впрочем, переплетается с национальным. «Расчет делается на антизападные настроения, – продолжает историк, – им кажется, что если сказать, что против них ведется кампания с Запада, то люди перейдут на их сторону. Ведь что помогло Путину получить больше голосов? Распущенный властями слух, что оппозиционеры получают деньги от американского посла. Так и тут: дескать, если подпустить патриотизма, то все у них выйдет. Не выйдет. И одна из главных на то причин – их образ жизни. Кричащая, демонстративная роскошь – на фоне бедности большинства населения».

Другие материалы о событиях в России читайте в рубрике «Россия»

  • 16x9 Image

    Алексей Пименов

    Журналист и историк.  Защитил диссертацию в московском Институте востоковедения РАН (1989) и в Джорджтаунском университете (2015).  На «Голосе Америки» – с 2007 года.  Сферы журналистских интересов – международная политика, этнические проблемы, литература и искусство

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG