Линки доступности

Пушкин, поп, купец, Балда…

  • Анна Невская

Пушкин, поп, купец, Балда…

Пушкин, поп, купец, Балда…

Может ли Россия превратиться в религиозное государство? Эксперты о влиянии РПЦ на общество

Не так давно стало известно, что в Армавире по инициативе местного православного священника, заведующего кафедрой Армавирского православного социального института отца Павла была откорректирована сказка Пушкина «О попе и о работнике его Балде». Российские эксперты указывают на то, что этот случай стал лишь одним из проявлений усиления влияния православной церкви в российском обществе.

По сообщению информационного портала yuga.ru, новая версия «Сказки о попе и о работнике его Балде», изданная тиражом в 4 тысячи экземпляров, представляет собой редакцию произведения А.С. Пушкина, в которой она была впервые опубликована в 1840 году. Тогда персонажа по прозванию поп, толоконный лоб, по цензурным соображениям заменили на другого героя – купца по имени Кузьма Остолоп. По словам отца Павла, пишет yuga.ru, об этом просил сам автор сказки – в том случае, если ее будут издавать после его смерти. Что и сделал Василий Жуковский, перед которым поставили задачу опубликовать неизданные произведения Пукшина.

Отец Павел пояснил РИА «Новости», что данным переизданием он хотел восстановить историческую справедливость и доказать, что Пушкин «не был богохульником». Пресс-служба патриарха Московского и всея Руси поддержала начинание армавирских священников, назвав его «вкладом в изучение и популяризацию наследия великого русского поэта».

Это не единственный случай в последнее время, когда Русская православная церковь выражает свое мнение по поводу повседневной жизни россиян. Так, например, в январе представители РПЦ выступали с предложением ввести в России православный дресс-код. А в феврале Тульская епархия осудила творчество рок-музыканта Бориса Гребенщикова, известного своей приверженностью как к православию, так и к буддизму, что, по мнению некоторых церковных деятелей, не отвечает канонам РПЦ.

«Это проявление комплекса неполноценности в церковной среде по поводу собственной необразованности, – рассуждает директор Института религии и права, старший научный сотрудник Института Европы РАН Роман Лункин. – Со времен Пушкина, конечно, уровень образования духовенства вырос, и его социальное положение укрепилось, но разрыв церкви и общества остался. От народа РПЦ по-прежнему отделяет отсутствие внимания священнослужителей к простому человеку с его социальными проблемами».

«У кого какой длины юбка – не самая большая проблема современного общества, – соглашается православная христианка и известный петербургский театральный критик Елена Герусова. – Гораздо более опасной кажется проблема ханжества или недостаточной образованности церковных служителей. Наивное желание религиозных цензоров переписывать хрестоматийные тексты выглядит мракобесием. Кстати, работы в таком ключе найдется предостаточно. Почему бы не изъять из библиотек сочинения Льва Толстого, при жизни от церкви отлученного? Желание церкви распространять свое влияние в обществе – ее миссия и право. Но в равной степени и обязанность государства, и право гражданского общества – защищать свой светский, а не клерикальный характер».

«Конечно же, в части религиозной практики церковь критике не подлежит. Но одновременно, как общественный институт, она нуждается в конструктивной критике современного общества. И это вызов времени», – добавляет Елена Герусова.

«Духовное образование сегодня имеет процентов 30 священников, особенно в провинции, где некоторые служители и светского-то образования не имеют, – признает протоиерей Александр Степанов, главный редактор радио Санкт-Петербургской митрополии «Град Петров». – В этом смысле наш клир – это срез российского общества. Образованные священники, имеющие светское и духовное образование, обычно занимают сдержанную позицию по спорным вопросам взаимодействия РПЦ и общественности. Эта позиция не всегда совпадает с мнением прогрессивных культурных деятелей, но она сдержанная, корректная. И такая дискуссия имеет право на существование. Что же касается цензуры в отношении произведений Пушкина, то лично я тоже считаю, что это дикость».

По мнению протоиерея Александра Степанова, в демократическом обществе церковь имеет полное право и должна открыто высказывать свою позицию. «В последние 20 лет участие церкви в общественной жизни действительно набирает обороты, – говорит он. – Сначала это было не столь заметно из-за осторожной, выжидательной позиции, которую занимала церковь в первые годы после советской власти. В клире сильна была инерция, выработанная десятилетиями притеснений, которым подвергалась РПЦ. Сейчас уже выросло два поколения священнослужителей, которые лишены этого подкожного страха. Поэтому церковь будет все громче и громче заявлять о своей общественной позиции. А принимать или не принимать эти советы – личное дело каждого».

С отцом Александром согласен директор информационно-аналитического центра «СОВА» Александр Верховский, занимающийся вопросами противодействия ксенофобии и национализму. «То, что церковные деятели имеют возможность высказываться на эти темы – ничто иное как проявление свободы слова. Проблемы возникают тогда, когда государство с подачи религиозных деятелей начинает предпринимать шаги, ограничивающие права и свободы граждан. На высшем уровне ничего подобного не наблюдается», – считает эксперт.

Однако, замечает он, с приходом к власти Дмитрия Медведева действительно наметился некоторый сдвиг в этом направлении. «Дмитрий Медведев вообще гораздо ближе к церкви, чем Владимир Путин, чаще прислушивается к мнению церковных деятелей и пошел навстречу церкви в целом ряде вопросов, которые она пыталась решить годами», – напоминает Александр Верховский.

Между тем Роман Лункин видит в усилении влияния церкви в обществе и положительную сторону. «Это создание общественного центра, альтернативного власти», – объясняет он. «Но РПЦ также выступает за то, – продолжает эксперт, – чтобы государство помогло ей стать монополистом на рынке духовных услуг. При этом церковь и сама начинает вести себя, как государственная бюрократия. Спикеры РПЦ говорят то как боссы «Единой России», то как чиновники. Означает ли это сращивание с государством?»

«Да, это движение к сращиванию, которое в демократическом обществе приведет к конфликту части региональных элит с РПЦ и к конфликту РПЦ и части общественности», – предостерегает Роман Лункин.

И все же превращение России из светского государства в религиозное вряд ли возможно. «В России всего несколько процентов церковных людей. Подавляющее большинство россиян относится к религии как минимум индифферентно. Поэтому повсеместно внедрить православные нормы и правила в жизнь россиян не получится», – констатирует протоиерей Александр Степанов.

Другие материалы о событиях в России читайте в рубрике «Россия»

XS
SM
MD
LG