Линки доступности

По мнению политолога, в будущем Россия не сможет полностью игнорировать вопрос территориальных разногласий с Китаем

Развернулась ли Москва в сторону азиатских соседей? Как будут складываться отношения между Москвой и Пекином после подписания газового договора и шанхайской встречи президента РФ Владимира Путина с китайским лидером Си Цзиньпином? В понедельник эти вопросы послужили предметом дискуссии экспертов в вашингтонском Центре стратегических и международных исследований (CSIS).

Известный политолог Збигнев Бжезинский, бывший советник национальной безопасности при администрации президента Джимми Картера, полагает, что в результате соглашения об экспорте газа в Китай Пекин выиграл больше, нежели Москва.

«Отношения России с Евросоюзом уже находятся в тупике и, видимо, будут ухудшаться, – говорит Бжезинский. – Так что основной интерес тут – со стороны России. Китай тоже заинтересован в поддержке России, которая обеспечивает определенную степень стабильности. Но что, если в последующие годы появятся новые возможности [в сфере энергетики] – к примеру, со стороны Ирана? Или новые возможности приобретения энерготоваров у Саудовской Аравии? У Китая уже есть соглашение с Туркменистаном, которое тот явно хочет сохранить, и оно может быть расширено. У меня складывается впечатление – несмотря на то, что это соглашение является взаимно выгодным, со стратегической точки зрения оно выгоднее для Китая, нежели для России. Китай оставляет за собой варианты, которые не являются открытыми в той же степени для России. Я не знаю, какова была цена этого соглашения, но из разговоров с представителями стран Центральной Азии у меня сложилось впечатление, что россиянам пришлось пойти на серьезные уступки».

Бжезинский считает отношения Китая и России асимметричными по ряду причин.

«Президент Обама недавно пытался низвести Россию в разряд региональных держав, – поясняет он, – однако я вынужден признать, что во всем, что касается ядерного оружия, Россия является глобальной державой, которая практически нам равна. Китай в этом плане не является равным ни нам, ни России. Китайцы вообще придерживаются позиции минимального ядерного сдерживания – даже минимальный удар будет достаточным для того, чтобы привести к желательным для них политическим последствиям».

«При этом – Китай – растущая экономическая держава, Россия таковой не является, – продолжает политолог. – Россия – держава на спаде, в лучшем случае – региональная экономическая держава, и эта проблема становится для россиян все серьезнее. И не исключено, что украинское “приключение” приведет в итоге к самым тяжелым геополитическим территориальным последствиям за всю историю российской империи. В целом развитие шло в положительную сторону – с некоторыми откатами назад, но эти откаты никогда не были решающими. Крымская война в 1850-х годах была таким отходом назад, война с японцами была откатом с последствиями для Дальнего Востока. Проигрыш в 1940-х мог бы стать откатом – но Россия победила. Однако возможность потерять Украину может стать серьезным территориальным поражением для России. Это будет означать потерю более 40 миллионов человек. В принципе украинцы не держали зла против России – но аннексия Крыма создает чувство интенсивной враждебности в отношении России».

Збигнев Бжезинский убежден, что территориальные разногласия между Россией и Китаем еще станут предметом открытого диспута в будущем.

«У Китая достаточно плохие отношения с соседями, с взаимными претензиями, – напоминает он. – Россиян и прочих это беспокоит. Самая большая часть территории, потерянная Китаем, оказалась в руках России. Пока китайцы не поднимали этот вопрос открыто. Однако в разговорах с некоторыми людьми – включая меня – они говорят об этом достаточно недвусмысленно. И это проблема для будущего, которую россияне не могут полностью игнорировать».

При этом, добавляет Бжезинский, соперничество за сферу влияния в Центральной Азии является стратегическим как для Китая, так и для России.

«Россия движется в негативном направлении, различные показатели развития – негативны, – говорит политолог. – Население сокращается. Таланты покидают страну. Частный капитал – каждый преуспевающий представитель среднего класса пытается перевести деньги в другое место. Нет сомнения, что это происходит и в Китае, и что ядро миллиардеров пытается вывезти большую часть своего капитала, но в общем и целом там нет ничего похожего на то, что происходит в России».

Бжезинский также полагает, что голосование в ООН по кризису в Украине было показателем сложности отношений России и Китая: «Китай воздержался – он не поддержал Россию, не попытался заблокировать резолюцию, а это означает, что Россия не занимает главную позицию в приоритетах Китая – он больше считается с США».

В будущем, подытожил политолог, если Россия решит враждовать с США, Китай ей будет необходим – но тогда ей придется отказаться от влияния на Дальнем Востоке и стать по сути вассалом Китая.

Политолог также высказал критику по поводу концепции «поворота в сторону Азии» американской администрации: «Зачем надо было делать такой акцент именно на военный аспект этого поворота? Достаточно было сказать, что США присутствуют там с 1905 года и будут присутствовать в дальнейшем. Вовсе необязательно говорить при этом о военных кораблях и солдатах».

Стэплтон Рой, бывший высокопоставленный американский дипломат, специализирующийся на странах Азии, сказал Русской службе «Голоса Америки», что, по его мнению, газовый договор между Китаем и Россией «отражает сложности положения, в котором находится Россия, когда у нее больше нет уверенности в долгосрочной перспективе в европейском рынке для своего газа, поэтому растет нужда в экспорте газа на китайский рынок».

«У Китая всегда был интерес получить доступ к российскому природному газу, – пояснил он. – Понадобилась комбинация развития событий в Европе и в восточной Азии, чтобы они достигли соглашения по поводу цены, детали которого нам до сих пор неизвестны».

Рой согласен с Бжезинским, что в газовой сделке Россия была в более слабой позиции, чем Китай: «В рамках этого соглашения Россия будет поставлять Китаю ежегодно 38 млн кубометров газа – при этом по оценкам самих китайцев, к 2020 году их потребление природного газа вырастет приблизительно до 220 млрд кубометров в год».

Является ли поворот Москвы в сторону Азии угрозой для интересов США?

«Я ожидаю того, что страны будут действовать, исходя из своих национальных интересов, – говорит Стэплтон. – И я думаю, что США вполне способны справиться с нынешней российской дипломатией».

Эксперт предупредил, что ни в коем случае не следует пытаться анализировать отношения между Россией и Китаем в упрощенном виде, и напомнил, что на протяжении долгого времени Россия не была готова вкладывать свои ресурсы в развитие китайской экономики из-за ее быстрого роста. По его мнению, события в Украине серьезно повлияли на готовность России сотрудничать с Китаем, однако отношения между странами все еще остаются крайне асимметричными.

«При этом ни России, ни Китаю не нравится идея мира с единственной сверхдержавой», – констатировал Рой Стэплтон

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG