Линки доступности

Поделись! Выпуск 199

Заместитель пресс-секретаря Госдепартамента Мари Харф:

«Мы располагаем новыми доказательствами того, что Россия намерена снабдить силы сепаратистов в Украине более мощными ракетными установками, и что российские военные обстреливают позиции украинской армии из артиллерийских орудий со своей стороны границы».

Наташа Мозговая: Здравствуйте, в эфире «Голоса Америки» проект «Поделись», с вами Наташа Мозговая.

Президент Института Брукингса Строб Талботт пишет в Твиттере: «Как говорят россияне, давайте называть вещи своими именами: Путин ведет войну с Украиной. Уловка, будто речь идет о гражданской войне, испарилась».

@myroslavapetsa в Твиттере: «После Ньюзуика, Путин оказался на обложке Тайма. И еще там есть тень…»

На новой обложке журнала «Тайм» – это далеко не первый раз, когда российский президент Владимир Путин занимает обложку этого журнала – на этот раз действительно есть тень. Тень самолета – сбитого лайнера малазийских авиалиний. И подпись – «Вторая "холодная война". Запад проигрывает Путину в его опасной игре». Еще один заголовок – «В России – преступление без наказания».

С нами на связи из Славянска автор этой статьи, корреспондент журнала «Тайм» Саймон Шустер.

Саймон, добрый вечер…

Саймон Шустер: Добрый вечер.

Наташа Мозговая: Вы пишете, что каждый кризис делает президента Путина сильнее. Почему?

С. Ш.: Ну, я думаю, как мы видим в последний год, уже не первый раз, как минимум, начиная с кризиса в Сирии, потом в Крыму, потом на востоке Украины – каждый раз во время этих кризисов Путин оказывается в центре глобального внимания, и западные лидеры к нему постоянно обращаются – просят, иногда даже умоляют – прекратить свои действия, те или иные, по разжиганию или усугублению этих конфликтов. Таким образом, по крайней мере, для его публики, аудитории, российского электората – он выглядит значительно сильнее, реально как лидер, который смог «поднять Россию с колен», как любят выражаться. И действительно, сделать ее такой державой, с которой западный мир должен, как минимум, считаться.

Н.М.: Изменил ли что-то принципиально инцидент с самолетом? Все-таки гражданский самолет, так много жертв…

С.Ш.: Я не думаю, что эта трагедия нужна была кому-либо, чтобы кто-то хотел, чтобы сбили самолет, нет, ничего подобного. Но явно последствия подчеркивают, опять же, тот факт, что Путин управляет ситуацией в Украине, и что западные силы могут реально повлиять на войну на востоке Украины только через давление на Путина – а рычаги такого давления у них весьма слабые.

Н.М.: Но вот президент Путин пообещал все же после того, как самолет был сбит, употребить свое влияние на сепаратистов, чтобы обеспечить доступ следователей международной комиссии к месту аварии. Сдержал ли он слово на данный момент?

С.Ш.: Надо не забывать, что была некая пауза – три дня.. Во-первых, в ночь после трагедии Путин тут же обвинил Украину в том, что это ответственность той страны, над которой эта трагедия произошла. Потом два-три дня – я находился на месте крушения самолета – там ополченцы вели себя довольно нагло, не пускали европейских наблюдателей, и не было никаких признаков того, что со стороны России дали приказ, или надавили на них, чтобы они с уважением, и более профессионально, по крайней мере, относились к телам погибших, и к обломкам самолета. Только на третий день, когда давление со стороны западных стран и Малайзии и вообще международного сообщества было очень сильным – тогда уже Путин немножко отступил, и действительно, как вы сказали, публично призвал повстанцев допустить и наблюдателей, и следователей к месту крушения. Но тоже, как вы говорили уже в вашей программе, продолжается обстрел украинской территории, продолжаются, по данным американской разведки, поставки оружия повстанцам. Так что это отступление произошло, во-первых, с серьезной задержкой – и это отступление не очень значительное, по крайней мере в том, что касается самого конфликта в Украине.

Н.М.: Вообще обложка журнала предполагает личную ответственность Путина за инцидент с самолетом – в общем, при том, что официально Запад говорит так, более объемно, что «Россия создала условия для этой трагедии», вооружая сепаратистов. Правильно ли мы трактуем то, что изображено на обложке «Тайм»?

С.Ш.: Да, совершенно правильно. Именно вот эта трагическая война, конфликт на востоке Украины, создал те условия, при которых эта трагедия была возможна – думаю, это тяжело отрицать. Ну, и если смотреть на то, каким образом разжигается этот конфликт – здесь волонтеры из России и оружие из России играют чуть ли не решающую роль.

Н.М.: Ну, судя по информации корреспондентов, хорошо оплаченные волонтеры…

Вы, кстати, утверждаете, что санкции, введенные Западом против России, являются неэффективными. Какие варианты остаются у Западаи, и кто вообще виноват в том, что этот вариант не очень эффективен?

С.Ш.: Ну, я думаю, слабое звено здесь скорее Европа, или отдельные европейские страны. США, я думаю, правильно делают, что не вводят в одностороннем порядке наиболее сильные санкции – стараются не отходить от Европы по вопросам санкций. Но чтобы держать эту солидарность – единую позицию по санкциям – это очень тяжело, и пока не получается из-за таких стран, как Франция, которая продолжает продавать оружие России, несмотря на весь этот конфликт. Австрия, которая строит газопровод «Южный поток». Италия, которая лоббирует внутри Европы наиболее мягкий подход к санкциям из-за, опять же, своих экономических интересов. И из-за этого Европа не может, даже на фоне этой трагедии, реально ввести такие санкции, которые серьезно повлияли бы на экономическую ситуацию в России, или бы даже вывели санкции на тот же уровень, где сейчас американские санкции. Так что там уже наблюдается трансатлантический разрыв – американцы выходят вперед и действуют в одностороннем порядке, а европейцы пока не готовы применять такие же меры.

Н.М.: Давайте коснемся ситуации внутри Украины. Вчера премьер-министр Арсений Яценюк объявил об отставке, грядут, видимо, парламентские выборы. Удачное ли это вообще время для выборов, ну и, кстати, для заявления об отставке?

С.Ш.: Мне кажется, это довольно циничный поступок. Мое видение этой ситуации – это то, что те партии, те политические силы, которые пришли к власти через революцию в феврале, они хотят зафиксировать ту поддержку, которая пришла на фоне войны и, как известно, во время военных действий в стране растет уровень патриотизма, растет поддержка президента и власти в целом. И, как мне кажется, отставка Яценюка и развал коалиции в парламенте – что это делает? Это инициирует парламентские выборы – в то время, когда большая часть восточных регионов – Донецк, Луганск – не могут участвовать в этом демократическом процессе. Силы в Киеве хотя зафиксировать свой этот довольно высокий уровень поддержки, чтобы в ближайшие пять лет они могли держать это количество депутатов, мандатов в Верховной Раде. Но, по-моему, для конфликта в целом это очень циничный подход – и неправильный, потому что он отстраняет про-российские и восточные регионы и людей от политического и демократического процесса.

Наташа Мозговая: Спасибо большое. С нами был Саймон Шустер, корреспондент журнала «Тайм». Следите за развитием событий на сайте «Голоса Америки», пишите нам в Твиттере по адресу @podelis. Всего доброго!

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG