Линки доступности

Пол Пиллар размышляет о настоящем и будущем международного терроризма

Пол Пиллар, профессор Джорджтаунского университета (Paul Pillar, Georgetown University). Он 28 лет проработал в разведывательном сообществе США, в том числе – занимал пост заместителя директора Контртеррористического центра ЦРУ.

Пол Пиллар – автор нескольких книг, в том числе – «Терроризм и внешняя политика США» (Terrorism and U.S. Foreign Policy) и «Разведка и внешняя политика США» (Intelligence and U.S. Foreign Policy: Iraq, 9/11, and Misguided Reform).

Алекс Григорьев: Как Вы оцениваете степень террористической угрозы?

Пол Пиллар: Ситуацию недавно точно охарактеризовал президент Барак Обама. Он сказал, что основные структуры «Аль-Кайды», организовавшие теракты 11 сентября, ныне серьезно ослаблены и являются лишь бледной тенью того, чем они некогда были. Обама также совершенно справедливо отметил, что террористические угрозы, с которыми мы сталкиваемся сегодня, намного более децентрализованы: некоторые из них исходят от группировок, которые принято называть «филиалами» «Аль-Кайды» или отколовшимися от нее структурами.

Барак Обама напомнил, что террористическая угроза исходит сегодня не только от организаций, но и от одиночек, в том числе – живущих в США. Взрывы на Бостонском марафоне продемонстрировали, что оценка точна: этот теракт провели два выходца из иного государства, которые, тем не менее, провели большую часть своей жизни в Соединенных Штатах и, насколько известно сегодня, они не действовали по поручению или в интересах какой-либо определенной организации.

А.Г.: Что можно сказать об идеологиях, которые используют современные террористы?

П.П.: Важно помнить, что не существует какой-то одной идеологии, которая берет на вооружение терроризм. Терроризм – это техника, которая может быть использована любым, с самыми разными целями. В последние несколько десятилетий наибольшую обеспокоенность вызывали идеологии религиозного плана, особенно, исламистские.

В истории терроризма есть несколько идеологических «волн», в их числе были идеологии анархизма, «новых левых» и антиколониальные. Если мы вернемся к этому вопросу лет через 20-30, возможно, мы будем говорить о каких-то новых идеологиях. Это невозможно предсказать. Но, на мой взгляд, религиозно мотивированный терроризм еще некоторое время будет оказывать воздействие на мир.

А.Г.: Для чего и насколько успешно некоторые государства используют в своих интересах террористические организации?

П.П.: За последние три десятилетия заметно уменьшилось количество государств, спонсирующих терроризм. Нынешняя ситуация кардинально отличается от того, что мы наблюдали в 1970-е – начале 1980-х годов, когда террористов активно поддерживали такие государства, как Ливия, Сирия, Северная Корея... Ныне государства-спонсоры далеко не так активны, в их интересах совершается намного меньше терактов.

Одна из наиболее важных причин этого заключается в том, что таким государствам стало невыгодно становиться международными париями, оказываться в изоляции и подвергаться действию санкций. В век глобализации им приходится платить высокую цену за поддержку террора.

Некоторые государства продолжают прибегать к террористическим методам. Госдепартамент США считает Иран спонсором терроризма номер один. Военные возможности Тегерана уступают возможностям его потенциальных противников, поэтому Иран может рассматривать терроризм, как один из методов нанесения ассиметричного ответного удара.

А. Г.: Судя по всему, у террористов нет проблем с рекрутами. Почему это происходит?

П.П.: В мире хватает конфликтов и поводов для недовольства, которые иногда называют «глубинными причинами», а иногда – на мой взгляд, это точнее – «факторами риска» вовлечения в террористическую деятельность. Но не существует одного, определенного фактора, который заставляет человека встать на этот путь.

На Ближнем Востоке и в Азии пылают межрелигиозные и межэтнические конфликты, существует недовольство действиями авторитарных режимов, иностранной оккупацией – все это приводит к появлению различных видов протеста и выражения недовольства. В большинстве случаев, эти протесты носят мирный характер. Однако не следует удивляться тому, что небольшие группы людей берут на вооружение крайние методы, они прибегают к насилию и, иногда, к терроризму.

А.Г.: Появились ли новые методы контртеррористической борьбы?

П.П.: Контртеррористические методы, которыми мы обладаем, с течением времени претерпели немного изменений. Большей частью мы располагаем все тем же арсеналом инструментов – мы можем использовать дипломатию, проводить расследования, применять определенные военные операции, обеспечивать безопасность с помощью правоохранительных органов…. Сохраняют значение и обычные защитные меры – от сторожевых собак до металлодетекторов.

Вероятно, сейчас наиболее заметны технические нововведения – в частности, дроны. Мы видим, что США крайне активно используют беспилотные летательные аппараты для проведения контртеррористических операций. Однако, об этом президент Обама напомнил в своем выступлении, это лишь один из многих инструментов.

В США эта тема приобрела особое значение, поскольку здесь необходимо принимать в расчет такие факторы, как государственный суверенитет и скрупулезный выбор целей для нанесения ударов. Ни Соединенные Штаты, ни любое другое государство не имеют права серьезно рассчитывать только на этот инструмент.

А.Г.: Как Вы оцениваете ситуацию с тюрьмой на Гуантанамо? Правильным ли было решение об организации этого центра?

П.П.: Тюрьма Гуантанамо была создана на американской военной базе, находящейся на территории Кубы для того, чтобы на ней не действовали никакие законы – международные, американские или кубинские. Позднее Верховный суд США вынес вердикт, что заключенные находятся под защитой американской Конституции.

Гуантанамо следует закрыть. И главная причина того, что это еще не было сделано – политические разногласия в США. Некоторые члены Конгресса считают Гуантанамо символом борьбы с терроризмом, что, на мой взгляд, неверно.

У США есть долгая и успешная практика привлечения террористов к ответственности в федеральных гражданских судах и их наказания, в том числе и в обычных тюрьмах.

Гуантанамо лучше закрыть, потому что в глазах многих людей эта тюрьма стала символом беззакония. Я был рад услышать, что президент Обама вновь подтвердил, что намерен сделать это.

А.Г.: Какое воздействие на международный терроризм оказало уничтожение Усамы бин Ладена?

П.П.: В течение последних нескольких лет перед этим, Бин Ладен не осуществлял заметного оперативного руководства террористическими операциями. В большей степени он был идеологом, если хотите – символом, и именем, которое известно всем. Уничтожив его, мы не могли рассчитывать на то, что это кардинально повлияет на действия даже «Аль-Кайды», не говоря уже о других террористических структурах.

Но, без сомнений, это был серьезный психологический удар по террористам, который продемонстрировал, что наиболее известные террористы никогда не смогут чувствовать себя в безопасности.

А.Г.: На ваш взгляд, как ситуация с терроризмом будет складываться в ближайшем будущем?

П.П.: В ближайшие несколько лет мы будем продолжать наблюдать активность религиозных – особенно исламистских – террористических организаций. Но я предполагаю, что постепенно эта волна пойдет на спад.

Важные изменения будут наблюдаться и в том, как терроризм влияет на нас самих. Безусловно, теракты 11 сентября 2001 года оказали очень серьезное воздействие на США, на приоритеты и воззрения американцев. За прошедшие годы этот эффект несколько ослабел, и как я ожидаю, этот процесс будет продолжаться.

Я хочу напомнить, что терроризм существовал практически всегда. Поэтому всегда будет оставаться вероятность того, что найдутся люди или организации, готовые прибегнуть к террористическим методам.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG