Линки доступности

Режиссер Дон Портер – о своем фильме «В ловушке»

Клиники, где делают аборты, переживают сейчас нелегкие времена, особенно на Юге США. Начиная с 2010 года, легислатуры южных штатов приняли сотни законов, ограничивающие и затрудняющие их деятельность, вынуждающие многие из них закрыться. Эти ограничительные меры получили название законы TRAP (Targeted Regulations of Abortion Providers – целевое законодательство по абортам).

Режиссер-документалист Дон Портер (Dawn Porter) назвала свой фильм «В ловушке» (Trapped), фокусируя внимание на борьбе этих клиник за выживание. 20 июня фильм демонстрируется на телеканале PBS, а осенью, как сообщила Дон Портер «Голосу Америки», будет доступен подписчикам сервиса Netflix.

В эти дни, как ожидается, Верховный суд США должен принять решение по иску сети медицинских клиник Whole Woman's Health, которое и должно определить соответствие законов TRAP Конституции США.

Дон Портер показывает в своем фильме, в каких тяжелых условиях работают клиники, где делаются аборты, на примере таких учреждений в Техасе, Алабаме и Миссисиппи. В Техасе, например, их осталось менее десяти, остальные закрылись и-за бюрократических «капканов» и угроз со стороны экстремистов. Чтобы сделать аборт, женщинам приходится порой ехать за сотни миль и платить немалые деньги.

Фильм «В ловушке» получил специальный приз жюри «за социальную направленность» на кинофестивале Санденс.

Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» по телефону побеседовал с режиссером фильма «В ловушке» Дон Портер.

Олег Сулькин: 20 июня – телевизионная премьера фильма. Как ваше настроение?

Дон Портер: Очень волнуюсь. И жду решения Верховного суда, которое должно быть оглашено со дня на день. Должна определиться судьба пакета законов штата Техас, непомерно и бессмысленно ужесточивших требования к клиникам, где делаются аборты.

О.С.: Трудно представить более подходящее время для премьеры. Вы специально так подгадали с телепоказом?

Д.П.: Когда я закончила колледж, то работала какое-то время судебным адвокатом. Я встретилась со славными женщинами из центров репродуктивной медицины, и они мне рассказали о судебных баталиях, которые разгорелись из-за неправомочных мер властей ряда южных штатов в отношении клиник абортов. Один из этих исков был принят на рассмотрение Верховным судом. И я подумала, что будет очень интересно проследить за судьбой этого иска, за основными перипетиями борьбы за право женщинам самим распоряжаться своим телом. Так совпало, что мы закончили фильм и узнали, что решение Верховного суда запланировано на конец июня. Обычно проходит немалое время, от нескольких месяцев до года, прежде чем PBS, приобретя право на показ того или иного фильма, ставит его в сетку эфира. Но мы сказали им, что было бы важно показать нашу картину зрителям именно сейчас, пока суд еще не принял решения. И они согласились.

О.С.: Реалистично ли рассчитывать на то, что члены Верховного суда увидят фильм до принятия решения?

Д.П.: Надеюсь, что да. Надо все время помнить, что они обычные люди, правда, облеченные очень высокими полномочиями. Мы знаем наверняка: судьи внимательно следят за социальным и культурным контекстом рассматриваемых ими дел. Вот пример: когда в 1973 году был принят исторический вердикт по делу «Роу против Уэйд», узаконивший аборты в стране, судья Верховного суда Харри Блэкмун обнародовал свое досье по этому вопросу. Там были вырезки из прессы, свидетельства очевидцев. Но даже если судьи не увидят нашего фильма, они наверняка узнают о реакции широкой публики на проблемы, в нем поставленные. Имейте в виду, что с января этого года, когда наш фильм был закончен, его показали на 285 общественных просмотрах с последующими обсуждениями. Нельзя, просто нельзя отмахнуться от публичных дискуссий в социальных медиа, от настроений общества, от позиции десятков миллионов женщин. Тем более, что из девяти членов Верховного суда трое - женщины.

О.С.: Вы выразительно показываете, как власти южных штатов атакуют эти клиники, фактически лишая их права на существование и обрекая тем самым женщин на унижения и страдания. Как бы вы объяснили очевидный консервативный крен в этих регионах Америки, объявивших настоящую войну абортам?

Д.П.: Смотрите, в 2008 году избрали президентом Барака Обаму, и спустя короткое время стала проявлять себя негативная реакция консервативных сил на его избрание. Появились на национальной авансцене такие одиозные персонажи, как Сара Пейлин, как активисты движения «Чаепитие». Именно тогда южные штаты начали принимать законы TRAP, главная цель которых – уничтожить центры репродуктивного контроля, помешать женщинам делать аборты. Сегодня, когда Трамп рвется к президентству, когда активизировались христиане-фундаменталисты, особенно очевидно, что Америка расколота. Причем преобладающая ее часть выступает против консервативного отката в прошлое. Но времена нынче бурные, всякое может случиться.

О.С.: Вы показываете в фильме как массовые манифестации, так и одиночные пикеты протеста перед стенами клиник. Эти люди гневно выражают свое неприятие «убийством детей» - так они трактуют аборты. Какую роль в этих акциях играют вера, религия?

Д.П.: Большинство этих активистов – евангелические христиане. В нашей секулярной стране наблюдается странная, я бы сказала, шизофреническая раздвоенностью. С одной стороны, провозглашается свобода верить или не верить в бога, и церковь формально отделена от государства. С другой стороны, на наших деньгах есть надпись In God We Trust («мы доверяем Богу»), заседания Сената и другие важные события начинаются с молитвы. Религия тихой сапой все активней вползает в политику. Очень опасно, когда религиозное меньшинство навязывает свои взгляды гораздо более толерантному большинству. Почему-то именно евангелисты задают тон и диктуют тексты законов.

О.С.: Те, кто протестуют против абортов, утверждают, что эмбрион – это уже человек, и прерывание беременности на поздних сроках сродни убийству.

Д.П.: Я много беседовала с медиками, серьезными специалистами. Они подтверждают неверность утверждений, что плод на стадиях развития до 29 недель может ощущать боль. Это не так, у эмбриона еще не сформирована нервная система. Очень печально, что законодательные инициативы базируются на искаженных представлениях о физиологии. Что же касается тех, кто поддерживает право женщин на аборт, должны отказаться от словесного камуфлирования. Надо научиться не стесняться, называть вещи своими именами, отвергнуть стигму, которую навязывают консерваторы. Не бойтесь называть аборт абортом, в нем нет ничего стыдного. Треть американских женщин делают аборты (эту статистику, обнародованную исследовательским центром Guttmacher Insitute, противники абортов оспаривают. – О.С.). Причем у половины из них уже есть по меньшей мере один ребенок и есть планы родить еще в будущем.

О.С.: В вашем фильме есть такой выразительный эпизод. Законодатель Уэнди Дэвис пытается заблокировать билль против абортов и укоряет своих коллег по сенату Техаса: вы, мужчины, почему-то решаете за женщин, как они должны распоряжаться своим телом.

Д.П.: Да, в этой кампании против абортов очень много лицемерия. Три четверти женщин, делающих эту процедуру, либо малоимущие, либо живущие за чертой бедности. Они просто не могут себе позволить еще одного ребенка, они просто не могут его элементарно прокормить. А еще добавьте к этой безрадостной картине фактическое отсутствие государственной помощи по части предоставления оплачиваемого отпуска по уходу за родившимся ребенком. Короткий оплачиваемый отпуск есть у работающих женщин, да и то он часто сопровождается риском потерять работу. Когда я сама ждала ребенка, то долго копила больничные дни, чтобы позволить себе посидеть с малышом подольше. И все равно пришлось брать отпуск по нетрудоспособности.

О.С.: Вы следовали подробному сценарию, работая над фильмом?

Д.П.: Нет, все получалось спонтанно. Доктор Уилли Паркер согласился комментировать происходящее, и я, живя в Нью-Йорке, следовала за ним в поездках по стране – в Техас, в Джорджию, Алабаму, Миссисиппи, Чикаго. Работа над фильмом заняла около трех лет. Мы отсняли несколько сотен часов пленки. Страшновато порой было: как из этого огромного количества материала сделать связное, логичное повестование. Монтаж занял несколько месяцев. Все это напоминало американские горки.

О.С.: Вы планируете снимать продолжение?

Д.П.: Все зависит от решения Верховного суда. Его с нетерпением ждет главная истица Эми Хагстрем-Миллер из Whole Women's Health, одна из героинь нашего фильма. От этого вердикта зависит судьба ее клиники и многих других.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG