Линки доступности

«Мы пожизненно в долгу у индейцев Амазонии»


Кадр из фильма «Объятия змея». Courtesy photo

Кадр из фильма «Объятия змея». Courtesy photo

Колумбиец Сиро Герра снял самый завораживающий фильм года

Один из пяти претендентов на премию «Оскар» в категории «лучший фильм на иностранном языке» выходит в американский кинопрокат. На предстоящей неделе артхаусная компания Oscilloscope Laboratories познакомит зрителей США с одним из самых экзотичных фильмов оскаровского сезона – лентой колумбийского режиссера Сиро Герра «Объятия змея» (Embrace of the Serpent). Картина получила мировую премьеру в мае прошлого года на Каннском кинофестивале, где в секции «Двухнедельник режиссеров» получила главный приз.

Как отмечает мировая пресса, «Объятия змея» – первый игровой фильм, снятый в джунглях Амазонки за последние тридцать лет и первый, когда-либо номинированный на «Оскара» фильм из Колумбии.

В центре сюжета – индейский шаман Карамакате, последний уцелевший представитель своего племени, который в разные годы сопровождает в опасных путешествиях по неизведанным территориям двух путешественников. В основу сценария положены дневники этих бесстрашных исследователей Амазонии 20-го века – немца Теодора Кох-Грюнберга и американца Ричарда Эванса Шультеса. Оба они искали в диких лесах священное для индейцев редкое тропическое растение якруна, обладающее целебным и наркотическим эффектом. Сценарий, написанный режиссером совместно с Жаком Тулемондом, прослеживает оба путешествия, совершенные с разницей в три десятилетия, в параллельном монтаже.

Сиро Герра (Ciro Guerra) родился в Колумбии в 1981 году. Первый фильм – «Блуждающие тени» – он снял в 2004 году. Вторая его игровая картина – «Путешествия ветра» – показывалась на Каннском кинофестивале в программе «Особый взгляд». Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» попросил Сиро Герру ответить на несколько вопросов.

Олег Сулькин: Очень любопытно, почему вы решили снимать в черно-белом формате. Могу представить, какое буйство красок могло бы быть на экране, если бы вы снимали в цвете.

Сиро Герра: Любое цветное изображение джунглей Амазонки представит их в искаженном плане. Это просто невозможно. Представьте, в языках индейцев есть примерно пятьдесят слов для обозначения различных оттенков зеленого цвета.

О.С.: Вы понимаете языки индейцев?

С.Г.: Нет. На съемках мы общались с ними на испанском, они все говорят по-испански. Общаться с ними одно удовольствие. Они искренние люди, никогда не лгут в своих эмоциях.

О.С.: В пресс-материалах к фильму вы говорите, что культура Амазонии потеряна окончательно и бесповоротно. Что вы имеете в виду?

С.Г.: Амазония, которую вы видите на экране, вовсе не похожа на Амазонию, куда вы можете приехать. Мой фильм – попытка воскресить потерянную Амазонию. Множество культурных слоев утрачено в ходе так называемого цивилизационного освоения мест обитания индейцев. Многих племен уже нет в реальности. Мы пожизненно в долгу у индейцев Амазонии.

О.С.: Как вы узнали о существовании дневников Теодора Кох-Грюнберга и Ричарда Эванса Шультеса?

С.Г.: После двух своих предыдущих, очень личных фильмов, я вплотную занялся этим проектом. Снять фильм об индейцах Амазонии было моем стародавней мечтой. Мой друг, антрополог, посоветовал начать изучение материалов с этих двух дневников европейских путешественников. Эти истории никогда не переводились на экран.

О.С.: В фильме есть по меньшей мере два шокирующих эпизода – посещение затерянного в лесах аббатства, где священник-садист истязает детей-послушников, и еще одного квазирелигиозного сообщества, которым верховодит полубезумный сатанист. Вы следуете дневникам или это продукт творчества, ваш и вашего соавтора?

С.Г.: И то, и другое. Факты были изложены в дневниках, но, конечно, мы тоже внесли лепту в эти образы и ситуации. Такой самопровозглашенный мессия существовал. Его звали Анисетто. Он был беглым рабом с каучуковых плантаций, который прибыл в конце 19-го века на границу Бразилии и Колумбии и провозгласил себя сыном бога. У него появились тысячи последователей, и то, что происходило в реальности, затмевало то, что мы показали в фильме.

О.С.: Вы привлекли представителей одного племени или нескольких? Они охотно согласились сниматься? Обговаривали условия?

С.Г.: Амазония – огромное пространство, где существовали множество культур. В том месте Колумбии, где мы снимали, индейцы говорят на семнадцати языках. Главное в отношениях с индейцами – честность. Пока ты честен с ними, они с тобой охотно сотрудничают. Мы перевели сценарий на языки индейцев и с их помощью насытили его древней мифологией. Процесс доработки сценария оказался долгим и занял два с половиной года.

О.С.: Что было самым сложным для вас – логистика съемок в условиях дикой природы, опасности, которые подстерегают пришельца в джунглях?

С.Г.: Самое трудное – совместить европейскую традицию кинорассказа с особенностями аутентичного мышления индейцев. В какие-то моменты хотелось все бросить от отчаяния добиться искомого результата, и я ощущал, что теряю рассудок. Крайне сложно построить нарративный мост, по которому западная аудитория могла бы пройти, чтобы понять сознание и образ жизни народов Амазонии.

О.С.: Многие критики и рецензенты упоминают книгу «Сердце тьмы» Джозефа Конрада, связанный с ней фильм Фрэнсиса Форда Копполы «Апокалипсис наших дней», и фильм Вернера Херцога «Фицкарральдо». Мессия-сатанист напоминает полковника Курца из фильма Копполы, а сцена, когда путешественник-европеец заводит пластинку классической музыки на патефоне, воскрешает в памяти оперную коллизию в «Фицкарральдо». Правомерно ли сказать, что вы вдохновлялись этими вещами?

С.Г.: Конечно, я знал о них. Но эти параллели – случайные совпадения. Я вовсе не собирался никого копировать. Для меня главное – создать образ индейской культуры, индейской эстетики мира. Я отказался от европоцентризма.

О.С.: Вы согласны, когда ваш стиль называют «магическим реализмом»?

С.Г.: Пожалуй, нет. Этот термин подходит к Маркесу и другим представителям колумбийской литературной традиции. Я же задался целью добраться до первоисточника этих традиций. Предпочитаю термин «поэтический реализм». Он более точен.

О.С.: Как складывался проект с производственной точки зрения?

С.Г.: Очень долго и мучительно. Мы три года искали партнеров, инвесторов. Люди не верили в возможность успешного завершения столь необычного и рискованного проекта.

О.С.: Как вы отреагировали на включение фильма в финальную пульку номинантов на премию «Оскар»?

С.Г.: Мы завтракали всей съемочной группой, когда узнали об этом. Возник эффект молнии, люди стали кричать и прыгать от радости. Мы пережили момент общего ликования.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG