Линки доступности

Александр Подрабинек: «Системе надо противостоять»


Александр Подрабинек, фото «Радио Свобода»

Александр Подрабинек, фото «Радио Свобода»

Российский правозащитник награжден Медалью Свободы

Фонд памяти жертв коммунизма (The Victims of Communism Memorial Foundation) объявил, что ежегодной награды фонда удостоены два известных правозащитника – кубинец Гильермо Фариньяс Эрнандес и россиянин Александр Подрабинек. Медаль Свободы, носящая имена президентов Гарри Трумэна и Рональда Рейгана, будет вручена им в пятницу, 12 июня, на торжественной церемонии в Вашингтоне.

Медаль Свободы Трумэна-Рейгана ежегодно вручается тем, кто на протяжении всей жизни демонстрирует приверженность свободе и демократии, оппозиции к коммунизму и иным формам тирании и подавления личности. В числе лауреатов этой награды в прошлые годы – бывший министр обороны США Дональд Рамсфелд, Папа Иоанн Павел II, а также журналист и писатель Уильям Ф. Бакли.

«Вручить эту награду Гильермо Фариньясу Эрнандесу и Александру Подрабинеку для нас большая честь и привилегия, – заявила исполнительный директор Фонда памяти жертв коммунизма Марион Смит. – Эти два человека живут в разных странах, но разделяют неизменную преданность идее освобождения будущих поколений от ужасов коммунизма. Этой наградой мы воздаем почести их храбрости и приверженности борьбе за важнейшие права человека».

Психолог, журналист и политический диссидент Гильермо Фариньяс Эрнандес посвятил свою жизнь борьбе за свободу информации против подавления инакомыслия режимом Кастро на Кубе. За 11 лет тюремного заключения он объявил более двадцати голодовок протеста. Его усилия помогли предать гласности факты вопиющего нарушения прав человека на «острове свободы». В настоящее время Фариньяс – генеральный координатор Объединенного антитоталитарного форума (FATU), объединяющего сторонников ненасильственного протеста. В 2010 году Евросоюз наградил его Сахаровской премией мира. Фариньяс выступает против объявленной президентом Обамой «оттепели» в отношениях между США и Кубой, полагая, что она едва ли улучшит ситуацию с правами человека у него на родине.

Александр Подрабинек – известный правозащитник и участник диссидентского движения в Советском Союзе.Изучая применение методов психиатрии для подавления инакомыслия, он предал свои наблюдения гласности в книге «Карательная медицина». Был арестован и сослан на пять лет в Сибирь. Написал и отредактировал несколько диссидентских книг, неоднократно подвергался арестам. Недавно вышла в свет его книга «Диссиденты». В настоящее время ведет программу «Дежавю» на Радио Свобода.

Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» попросил Александра Подрабинека ответить по телефону на несколько вопросов.

Олег Сулькин: Вы прежде получали российские или иностранные награды?

Александр Подрабинек: Нет, не получал никогда. Правда, президент Польши недавно наградил меня орденом. Но при вручении оказалось, что не была исполнена процедура согласования награждения с президентом России. И я отказался от ордена, полагая неправильным, что это надо согласовывать с российским президентом. Это была очень необычная ситуация, поляки хватались за голову, многие просто не знали об этой странной процедуре. Попытка наградить меня была, но успехом не увенчалась. Я так и не взял польский орден.

О.С.: Ваша передача на Радио Свобода называется «Дежавю». Понятно, что речь идет об откате России от демократических ценностей в некое подобие советского режима. Но что-то отличает теперешнюю ситуацию в России от той, к которой вы апеллируете в этом названии?

А.П.: Должен сказать, что сюжеты для программы я нахожу все легче и легче. Если рассматривать ситуацию статично, то нынешняя ситуация несколько лучше той, советской. Но если рассматривать динамику, тренд, то очевидно, что мы стремительно движемся в прошлое, к авторитарной модели государственного управления.

О.С.: Вы полагаете, что президент Путин обладает властью, сравнимой с властью генсека?

А.П.: Я так не думаю. Он обладает меньшей властью. Но идет процесс концентрации власти в одних руках, в руках одной политической группировки. Это отчасти напоминает Политбюро, ЦК КПСС, систему власти, при которой мы жили в советское время.

О.С.: Очень многие комментаторы – и вы тоже в своих статьях – подчеркивают значение телевидения для управления человеческой массой, как сильнейшего оружия пропаганды. И роль журналистов сегодня важна, как никогда. Не так давно Владимир Яковлев, журналист и создатель «Коммерсанта», обратился к своим российским коллегам с призывом, смысл которого – «хватит врать!». Насколько реалистичен этот призыв?

А.П.: Призыв прекраснодушный и довольно бессмысленный. Все же понимают, что они делают. Журналисты свободны настолько, насколько хотят быть свободны. Проблема не в том, что эти люди лгут, а в том, что тем, кто говорит правду, не дают этого делать во весь голос. Я не думаю, что надо задаваться целью перевоспитать людей. Если предоставить всем людям равные права на информацию, то проблема будет решена. Я в этом убежден. Что касается телевидения, оно и в советское время было главным оружием массовой пропаганды. Но удельный вес его сегодня меньше, чем в советское время, потому что конкуренцию ему составляет Интернет, удельный вес которого растет с каждым днем. Не случайно власть предпринимает такие значительные усилия, чтобы контролировать глобальную сеть.

О.С.: И все-таки – разве не должны журналисты нести ответственность за свои действия?

А.П.: Печально то, что журналисты, мои коллеги, отдают свою свободу без должного сопротивления. Отдают свои газеты и телеканалы во власть Кремля. Надо занимать более жесткую позицию в отношении власти. К сожалению, сегодня мы этого не наблюдаем. Недостаточно активны и зарубежные СМИ, которые, помнится, в советское время очень мощно влияли на общественное сознание в стране. Нужны, видимо, желание, политическая воля и ресурсы, чтобы создать подлинно независимые средства массовой информации, вещающие на Россию.

О.С.: Запад все больше укрепляется во мнении, что в российском обществе должны сформироваться внутренние рычаги воздействия на нынешнюю власть. Говорят, в частности, что жесткие экономические санкции в какой-то момент заставят Кремль пересмотреть свою политику, как внутреннюю, так и внешнюю. Вы согласны с этой позицией?

А.П.: Я согласен, что общество само должно осознать необходимость перемен. Но для меня сомнительно, что это можно сделать с помощью экономических мер со стороны Запада. Запад здесь следует известным стереотипам. Если здесь, в Америке и в Европе, экономическая ситуация ухудшается, то правительство несет за это ответственность и на следующих выборах терпит поражение, уходит в отставку. Это нормально для демократического государства. В России ситуация другая. Политическое руководство не отвечает перед народом. Выборов по существу нет, они фальсифицируются.

О.С.: Согласно опросам, политику Путина поддерживают 84-85 процентов избирателей...

А.П.: Это вовсе не так, это миф. Социологические службы находятся под не меньшим властным воздействием, чем штабы телевизионной пропаганды. Обратите внимание на цифры электоральных побед президента Путина. Он ни разу не набрал больше половины голосов всех российских избирателей. Многие голосуют ногами, не приходят на участки, другие портят бюллетени, третьи голосуют за кого попало, лишь бы не за него. Протестный электорат составляет более половины населения России.

О.С.: Много пишут, что теперешние элиты, которые привыкли хорошо жить и кормиться на Западе, в какой-то момент придут к тому, что нынешний курс для них пагубен и совершат что-то вроде госпереворота. Вам такой сценарий представляется возможным?

А.П.: Он возможен, но маловероятен. Прежде всего потому, что у власти находится группа, спаянная общими интересами, и не только экономическими. В критический момент они предпочтут оставаться у власти, как у источника внутренних доходов, даже если лишатся возможности хранить деньги в западных банках и посылать своих детей учиться в западные университеты. Надеяться на коренное изменение курса нет смысла. Должна измениться вся система, сложившаяся за последние 10-15 лет.

О.С.: В России сегодня звучат заявления о возможности нанесения превентивного ядерного удар в случае прямой конфронтации с Западом. Как на эти новые вызовы должен, по вашему мнению, реагировать Запад?

А.П.: У Запада замедленная реакция на события в России. Запад начинает реагировать на угрозы, когда они достигают трудноразрешимой стадии. Нужно реагировать гораздо раньше, когда начинают нарушаться права человека. Все это неумолимо ведет к репрессиям внутри страны и агрессии в отношении соседних государств. Так рано или поздно происходит со всеми тоталитарными режимами.

О.С.: В США дебатируется вопрос: надо ли поставлять тяжелое вооружение Украине, противостоящей российской агрессии. Вы «за» или «против»?

А.П.: Повторю, у Запада позднее зажигание. Меры, которые предпринимаются сейчас, должны были осуществляться гораздо раньше. Безусловно, Украине нужна военная поддержка, поставка тяжелых вооружений. Страх западных лидеров понятен, но он не должен управлять действиями разумных людей. Понятно, что Путин намерен и далее размахивать ядерной дубиной, и если Запад будет податлив и уступчив, он этот удар нанесет. Все это похоже на положение в Европе второй половины 30-х годов, когда западные державы пытались умиротворить Гитлера. Чем больше Запад будет ублажать Путина, тем больше у него вырастут аппетиты. Западный мир должен был адекватно отреагировать на аннексию Крыма, но этого не произошло. Если бы реакция тогда была адекватной, то сегодня не произошло бы того, что происходит на востоке Украины.

О.С.: Известно, что в советское время вас, как видного диссидента, КГБ угрозами выталкивал из страны. Но вы отказались уезжать, остались и продолжали борьбу с режимом. Сейчас, после убийства Немцова и заметного наступления на оппозицию, ваши планы не изменились? Вы подумываете об отъезде? Каково ваше настроение? Извините за этот прямой вопрос, но я не могу вам его не задать.

А.П.: Настроение, прямо скажем, паршивое. Но убийства случались и раньше, это не первое. И, к сожалению, наверное, не последнее. Но этой системе надо противостоять. Бежать от нее, кстати, невозможно. Бегство ничего не дает в политическом плане. Если все люди, способные что-то сделать для страны, уедут, то это только усилит вероятность большой войны, которая уже маячит на горизонте.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG